Урок шестой: Как обыграть принца Хаоса - Звездная Елена - Страница 1

Елена Звездная

Академия Проклятий. Урок шестой: Как обыграть принца Хаоса

© Звездная Е., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

– Адептка Риате, – низкий чувственный голос лорда-директора словно наполнил весь кабинет, – если вы будете продолжать вот это загадочное молчание, я, пожалуй, прибегну к повторной переэкзаменовке.

Великий Риан Тьер, член ордена Бессмертных, Первый меч империи, магистр темной магии и Искусства Смерти, временный правитель Третьего королевства и по совместительству тот единственный, кто заставлял мое сердце то биться быстрее, то вовсе замирать, вот как сейчас, коварно улыбнулся.

– Нет у вас совести, лорд-директор, – была вынуждена признать я.

– Риате, у меня даже жены нет, – магистр развел руками. – Что уж говорить о совести?

– У меня мужа тоже нет, – резонно возразила адептка Академии Проклятий.

– Что возвращает нас к вопросу о твоем моральном облике, – наглая улыбочка и проникновенное: – И я готов выслушать ваше безоговорочное «да», госпожа Риате.

– Я вам уже трижды высказала мое безоговорочное «нет»! – вспылила я, подскочив со стула.

Когда с кресла с обманчивой медлительностью поднялся лорд-директор, я быстренько села обратно, но было поздно.

– Дэя, – обходя стол и приближаясь ко мне, протянул магистр, – ты пойдешь на этот бал.

– Не пойду, – насупившись, заявила я, скрестив руки на груди.

– В качестве моей невесты. – Риан остановился рядом со мной.

– Ни за что!

– И будешь представлена ко двору, как будущая леди Тьер.

– Нет!

Мне вдруг протянули руку. Удивленно смотрю на лорда-директора, тот с улыбкой вносит предложение:

– Поиграем в три безоговорочных «да»?

– Н-н-не хочется, – протянула я.

– Давай же, это просто игра. – Мне его обманчиво-честный тон не понравился совершенно.

И загадочный взгляд черных, чуть мерцающих глаз, в которых я, говоря откровенно, давно и безвозвратно утонула, но почему-то каждый раз ощущаю, что тону снова. И как-то само собой получилось, что я поднялась, после совсем без моего участия оказалась в объятиях лорда-директора, а вот в поцелуях мне свое участие отрицать было бы нечестно.

– Итак, смысл игры, – выдохнул Риан, практически не отрываясь от меня, – я спрашиваю, ты отвечаешь. Правила ясны?

– Предельно, – слукавила, так как в моем положении рассуждать трезво было затруднительно.

– Вопрос первый, – нежный поцелуй, – ты меня любишь?

– Да, – выдохнула я, почти не задумываясь.

– Вопрос второй, – еще один умопомрачительно нежный поцелуй, – ты будешь рядом со мной всегда?

– Да. – Как хорошо, что он меня держит, потому что ноги стоять отказываются.

– В том числе и на императорском балу?

Я бы сказала «нет», но мне просто не дали такой возможности, а когда остановились, на «нет» оказалась уже не способна.

– И, – теперь в прикосновениях Риана было значительно больше страсти, чем нежности, – все узнают, что у меня, наконец, есть невеста, да, Дэя?

– Да, – простонала я, обвивая руками его шею.

– Какая у меня послушная невеста, – прошептал довольный полученными ответами магистр Темного Искусства.

– Какой у меня настойчивый жених, – не сдержалась я.

– Какой есть, других не будет, – «утешили» меня.

Смотрю в его черные глаза, на черты аристократического лица, взгляд замирает на четко очерченных губах лорда-директора, и я чувствую, как сердце начинает биться быстрее. И была я льдом окована, а теперь и зачарована, и заколдована лордом Рианом Тьером.

– И мне интересно, – чуть отстранившись, но продолжая обнимать его, начала я, – ты вот это имел в виду, говоря: «И когда единственной ценностью для тебя останусь я, мы поговорим о жизненных приоритетах»?

Загадочная улыбка, коварный блеск в глазах и уклончивое:

– Не совсем.

– Да? – Так любопытно стало. – А что же тогда?

– Мм-м…

Риан подхватил меня на руки, отнес к окну, усадил на подоконник и, наклонившись к моим губам, прошептал:

– Леди Митас в секретарской?

– Д-д-да… кажется. – Кажется, мне и это уже не важно, что совсем не радует.

– Тогда не покажу, – нагло сообщил он.

Я улыбнулась, протянув ладонь, прикоснулась к его щеке, Риан улыбнулся в ответ… Иногда появляется ощущение, что за спиной вырастут крылья и я просто взлечу в небо от счастья. Невероятного, огромного, переполняющего мое сердце счастья…

– Будешь на меня так смотреть – я растаю, – предупредил магистр.

– Или сгоришь? – предположила я.

– Опасение сгореть возникает каждый раз, когда ты со стоном произносишь мое имя, – прошептал Риан, – а вот когда так восторженно-восхищенно на меня смотришь, я всерьез опасаюсь растаять.

– Не могу смотреть на тебя иначе, – честно созналась я. – Чем больше я узнаю о тебе, тем больше восхищаюсь и…

– Тогда мы в равном положении. – Комплиментов в свой адрес Риан не переносил даже от меня. – Так что у нас с балом?

Утреннее весеннее солнце заливало кабинет лорда-директора ярким светом, через открытое окно слышалось пение птиц, шелест стремительно зазеленевших ветвей, и доносился аромат цветущих аллей Ардама. Весна – мое любимое время года. И магистр Тьер в черном строгом костюме, с собранными волосами и загадочной улыбкой – мой самый любимый мужчина во всех мирах.

– По поводу бала ты уже добился от меня безоговорочного «да», – напомнила я, застегивая ворот ученической формы.

– Добился, – не стал отрицать Риан, – и с одной стороны мне бесконечно нравится сама мысль, что мои поцелуи сводят тебя с ума, но с другой… Ты действительно нужна мне там, родная.

– Правда? – Как же приятно это слышать.

– Дэя, – нежный поцелуй, – в ином случае значительно спокойнее было бы оставить тебя в академии, она неприступна. Но, учитывая результаты допроса Алитерры…

Он не стал продолжать фразу, но лицо магистра вмиг потемнело, взгляд он отвел. Для темного лорда предательство кого-либо из второго круга – это всегда удар.

– Все будет хорошо, – прошептала я.

– У нас с тобой – даже не сомневаюсь, – тихий ответ и нервное: – Но хотелось бы знать, сколько еще жизней принесет в жертву эта развеселая компания из проклятийника, морской ведьмы и одного темного лорда как минимум. А как максимум я подозреваю не менее двух десятков участников.

Что тут можно было сказать, я не знала. И потому, потянувшись, просто обняла любимого.

В дверь постучали, раздался осторожный голос леди Митас:

– Лорд-директор, тут к вам…

Я мгновенно спрыгнула с окна, Риан оправил мою одежду и вернулся за стол, чтобы громко произнести:

– Входите. Риате, вы свободны.

Я проскользнула в дверь, миновав леди Митас, окинувшую меня подозрительным взглядом, и чуть не врезалась в высокого, широкоплечего мужчину с золотыми волосами до плеч. Эти волосы, широкий подбородок да черный костюм – все, что я увидела, так как рассматривать посетителя лорда-директора не было никакого желания.

– Простите, – извинилась, не глядя.

И хотела обойти, но мне неожиданно заступили дорогу и тихим, очень странным, чуть вибрирующим голосом загадочно протянули:

– Вы меня не узнаете?

Я вскинула голову, удивленно разглядывая его лицо. Особенно смутно-знакомыми показались черные, чуть мерцающие глаза, и все же.

– Простите, мы знакомы? – осторожно спросила я.

Мужчина улыбнулся, и я невольно улыбнулась в ответ, сразу подумав: «Инкуб». И вспыхнула картинка из воспоминаний – этот самый мужчина, лежащий в постели и единственный из всех Бессмертных снявший маску из непроницаемой тьмы.

– Узнали, – догадался. – Я очень рад вновь видеть вас, милая и скромная невеста лорда Тьера.

Леди Митас грохнулась в обморок.

– Вот… Бездна! – выругалась я, уже предчувствуя разгул сплетен по академии.

Леди Митас поднял подошедший Риан и, несмотря на массивные формы секретаря, донес ее до диванчика у стены, уложил, скомандовал мне: