Однажды, или Навсегда (СИ) - Траумер Ронни - Страница 21

Я так счастлива, я всё ещё не могу поверить, надо позвонить родителям, они переживали больше, чем я.

— Доча, что там? — сразу начинает мама.

— Всё супер, мам, я еду в Великобританию, в университет Вестминстер, буду проходить год аспирантуру по организации мероприятий и управлению, потом стажировку в отеле «Хилтон».

— Это замечательно, доча, ты молодчина, мы очень тобой гордимся.

Когда надо будет ехать? — В августе.

— Время ещё есть.

— Ладно, мам, папе привет. Целую.

Когда все закончили, мы решили отпраздновать. Кристин предложила не заморачиваться и идти на набережную, никто не был против, кроме Терезы и Дэвида, ну мы никогда и не гуляли с ними. По дороге к набережной позвонила Майклу и рассказала всё, Кристин позвала Элизу, Кристофер тоже с кем-то разговаривал, не знаю с кем.

— Ну что, кто и как устроился? — спрашивает Кристин, как только сели на набережной.

— Я отлично, год в Вестминстерском университете, потом год стажировки в отеле «Хилтон», — сказала я. — Вы?

— Я буду в Университете Пикардии на курсе языков и иностранных культур, и так как я знаю много языков, стажировку буду проходить в ресторане «Ривие» при отеле «Хокстон», — сказала Кристин.

— Круто, — говорю я.

— Очень, очень круто, — с широкой улыбкой добавляет она. — Ты что скажешь, Кристоф?

— Да почти то же самое, только страна другая. Университет Леуфана в Люнебурге, полтора года, и год стажировки в отеле «Хейдпарк».

— Мне бы сказали три года назад, когда мы в первый раз сюда пришли, что с нами такое случится, я бы не поверила, — сказала Кристин.

— Да, я тоже, — добавила я.

Пришли Элиза, Пол и Виктор, приняли их поздравления и выпили шампанского немного, у всех работа ещё.

********************

Кристофер

Ненависть к Александре была сильной, но ещё сильнее была тоска по ней. Находится в своей квартире, было невыносимо, я держался не плохо, пока отношения между Александрой и Майклом не были секретом уже. И что я сделал? Нашёл утешение в объятиях Алисы, молодец Кристофер, мужик. И даже если утешить Алиса пыталась сильно, было не то, все было не то. Но за два месяца, я смог закопать чувства к Александре далеко, ненависти ушла сразу как я только ее встретил, после зимних каникул, и общались мы как старые приятели.

Профукать возможность получить образование и стажировку в Европе я не стал. Я хоть и тусовщик…был им точнее, потому что как только устроился на практику, я стал ответственным и серьёзным человеком, детство кончилось и давно уже. Поэтому я очень хорошо подготовился к конференции, и конечно гордился тем что смог получить место в хорошем университете в Германию, вот правы были родители когда заставили меня учить немецкий.

22

Александра

Время так быстро летит, что не успеваешь понять куда оно так спешит то. Вот уже собрались всей группой в последний раз, все экзамены сдали, все закончили практику, все получили дипломы, всё классно. С группой посидели по-скромному, а после устроили крутую вечеринку с нашей компанией, как раньше, ну не совсем как раньше, многие из нас «плюс один», так сказать. Кристофер никогда не приводил Алису на наши вечеринки и в этот раз не сделал исключения, и я без пары, Майкл не смог, так как его отец в городе, я, если честно, не расстроилась.

Мы веселились по полной, до самого утра, это же в последний раз. Когда прощались, все девочки расплакались, я в том числе, обещали друг другу поддерживать связи и разошлись в разные стороны.

Так как я встречаюсь с директором ресторана, где проходила практику и получала зарплату, я осталась до августа ещё поработать.

Конец июля, у меня все чемоданы собраны, завтра еду на неделю к родителям и потом в Англию, осталась сегодня в общежитии, Майкл заберёт меня в полдень и отвезёт домой. Проверяю всё ещё раз, и мне звонит телефон, я чуть не упала, когда увидела на экране «Кристофер», с чего это вдруг он мне звонит? Мы не виделись и не разговаривали с той последней вечеринки на набережной.

— Алло!

— Привет, как дела? — в его голосе слышится волнение, как и в моём.

— Нормально, ты как? — спрашиваю я.

— Я тоже неплохо, я в городе, и из наших только ты ещё здесь, может, выпьем кофе?

— Можно.

Зачем мне это надо? Между нами давно уже ничего нет, и у меня есть парень, но мои чувства к нему никуда не делись, я их просто спрятала далеко в своём сердце.

— Ну я зайду за тобой.

— Хорошо, я только переоденусь и выйду.

У меня всё уже упаковано, оставила только шорты и футболку на завтра, так и пойду, что делать.

Сидим в нашей кафешке «Малибу», едим пиццу.

— Ты как здесь? — спрашиваю его я.

— Приехал забрать один документ из института, ты когда уезжаешь?

— Завтра.

— Уже завтра?

— Завтра Майкл отвезёт к родителям на неделю…

— Майкл… — перебивает он. Я смотрю на него, он смотрит в другую сторону.

— …потом лечу в Англию, — продолжаю я, — пока познакомлюсь с городом, с вузом, и оформляться надо. Ты когда?

— Я через две недели лечу.

Это, наверное, первый раз, когда мы вот так сидели, вдвоём, в кафе, просто разговаривали о всяком. Он проводил меня до общежития, и возле ворот мы просто молча смотрели друг на друга, такая тишина вокруг.

— Я, наверное… — начинаю я, но его губы закрывают мои. Я его отталкиваю…

— Ты чего? — спрашиваю я, он молчит, молчит и просто смотрит на меня. Я смотрю в его глаза и, понимая, что вижу в последний раз эти прекрасные карие глаза, бросаюсь ему на шею и целую. Не знаю, сколько времени мы обнимались и целовались у ворот моего общежития, он останавливается и спрашивает:

— Такси вызвать?

Я просто киваю, и он начинает звонить, то ли машина была рядом, то ли время с ним так быстро проходит. Мы уже входим в его квартиру…

— А ты что, ещё живёшь здесь? — спрашиваю я.

— Нет, я просто взял ключ у соседа, они мою бывшую комнату ещё не сдали.

В этой комнате столько воспоминаний, но сейчас тут всё не так, никаких его вещей, ни одной фотографии, всё так пусто, прямо как в моей душе. Он принёс откуда-то чистые простыни, мы застелили постель вместе, «вместе», я так волнуюсь, как в первый раз. Он включает телевизор, для фона, я стою возле кровати, он поворачивается и подходит ко мне.

— Всё нормально? — спрашивает он тихо. — Да, да, конечно, — ещё тише отвечаю я.

Он убирает мне волосы за ухо и, беря меня за голову, целует меня в щеку очень нежно, потом в другую, он такой трепетный и мягкий, что я сейчас заплачу. Поднимает меня так, что я оказываюсь на его бёдрах, и, целуя, ведёт к кровати, медленно опускает и снимает с меня футболку, я кусаю его нежно за нижнюю губу, и он приятно вздыхает, снимаю с него футболку и начинаю спускать его спортивные шорты, он поднимается, чтобы мне было легче снять их с него, и я вижу, что он полностью готов. Опускает меня на спину и снимает с меня шорты, поднимает обратно и снимает бюстгальтер, кусает мою грудь, держа её одной рукой. Я уже вспотела, как грешница в церкви, второй рукой он стягивает с меня трусы и раздвигает мне ноги, я чувствую его член у своей вагины, он не торопится входить. Мы продолжаем целовать друг друга и просто наслаждаться прикосновениям. И когда он наконец входит в меня, я понимаю, что только он может подарить мне такое наслаждение, только он может заставить чувствовать себя на седьмом небе от удовольствия, только он может вызвать у меня столько эмоций. Он сегодня другой, осторожный и нежный, он не перестаёт любоваться моим неидеальным голым телом, а я не перестаю смотреть в его глаза, и он всё время меня целует. Когда мы просто лежим, чтобы отдышаться, он вдруг говорит:

— Я тебя никогда не забуду, Александра! — целует меня в лоб и засыпает, а у меня слезы текут по щекам, как у ребёнка.

Просыпаюсь одна в постели, осматриваю комнату, вся его одежда здесь, значит, не сбежал.

— Доброе утро, красавица! — как давно я не слышала это от него.