Всё имеет свою цену (СИ) - Лейк Оливия - Страница 21

— Поздравляю, вы стали мужем и женой! — сдержано произнес Элронд.

Арагорн поздравил королевскую пару и отошел к дальней скамье. Он не знал: то ли смеяться, то ли плакать. Способ, который применил владыка, чтобы убедить сестру остаться, был рискованный и жесткий, но он был рад, что Эсмерленд с Таурэтари остаются в Средиземье и будут под защитой Лесного королевства. Трандуилу, конечно, придется не просто, вряд ли она быстро сменит гнев на милость, но Эсмерленд, что бы ни говорила, любит мужа и обязательно будет с ним счастлива. Улыбнувшись своим мыслям он повернулся на голос сестры.

— Галандиль, ты уверена, что хочешь поехать со мной? — осведомилась новая королева Лихолесья.

— Конечно, я думаю вам еще понадобятся мои услуги, — с почтением ответила она, бросив украдкой взгляд на короля.

— Оставь этот официальный тон! — пренебрегая своим титулом, бросила королева. — Брак, как оказалось, дело не постоянное, я ведь еще могу вернуться, — уже тише произнесла Эсмерленд.

— Мы уезжаем, — отрезал Трандуил и предложил руку жене.

Она же, не обращая внимания на затянутую в кожаную перчатку ладонь, гордо подняла голову и пошла к выходу.

Вещи были упакованы и давно лежали в повозке, ожидая, когда королевская чета попрощается с обитателями Ривенделла и прикажет вознице двигаться в путь. Эсмерленд последний раз обняла владыку Элронда, которого, наверное, еще долго не увидит, и пошла к ожидавшей её Бане.

Таурэтари уже сидела на белоснежном жеребце Трандуила и увлеченно ему что-то рассказывала. Дети! Как же быстро они привыкают ко всему новому. Сначала малышка страшно расстроилась, узнав, что они покидают Ривенделл и расстаются с Элрондом и его семьей, которые очень любили и баловали девочку. Но отец отвлек её захватывающим рассказом про лес, дворец и лесных эльфов, и Таурэтари, находясь под огромным впечатлением, уже готова была трогаться в путь, в надежде поскорее добраться к своему новому дому.

Эсмерленд ослабляла уздечку, когда к ней подошла Галандиль.

— Не тягай лишний раз тигра за усы, — шепнула эльфийка.

— Я только начала, — ответила ей воспитанница и запрыгнула на свою лошадь.

Галандиль только взволнованно покачала головой. Когда столкнутся упрямство Эсмерленд и гордость Трандуила, от его дворца может и камня на камне не остаться.

***

Уезжая из дворца, король приказал очистить дорогу через лес от пауков и прочих опасных тварей, сделав их путь безопасным настолько, насколько это возможно. Трандуил не хотел пугать дочь и пытался всеми способами избежать какого-либо сражения в пути. Усилиями воинов Лихолесья во главе с принцем, король с семьей спокойно преодолели путь от Долины Ривенделла до дворца Лесного королевства.

Заехав во двор, Трандуил окинул взглядом толпившихся подданных. Лесные эльфы собрались, чтобы поприветствовать и выразить почтение своему правителю и его супруге.

Королева гордо вскинула голову и посмотрела в улыбающиеся лица собравшихся эльфов. Когда она несколько лет назад уезжала отсюда не все лица были такими дружелюбными. Ироничная улыбка застыла на её губах, а во взгляде сквозила насмешка.

Леголас склонил голову в приветствии перед отцом и его женой, а потом протянул руки к сестре. Королева прохладно ему кивнула и улыбнулась стоявшей в толпе Тауриэль. То, что именно Леголас оповестил отца о намерениях Эсмерленд покинуть Средиземье, не было для нее откровением, но из-за методов, выбранных королем, она злилась и на его сына. Королева сейчас чувствовала себя куклой, которую сначала за ненадобностью убрали в чулан, а потом решили достать и поиграть еще. А это было неприятно. Но еще больше обижало, что он хотел не столько её вернуть, сколько получить дочь, а жена ко всему этому прилагалась.

— Ну наконец-то! — произнес светловолосый синда, пробираясь через толпу придворных.

— Синголло, я конечно рад тебя видеть, но, что ты здесь делаешь? — слегка удивившись, спросил владыка.

— Ваше Величество уже забыли, что приглашали меня посетить свои владения? Я приехал, а короля нет, Леголас принял меня, — улыбнулся синда и тише добавил:

— Я узнал о Наримель, прими мои соболезнования, — прикоснувшись к груди в скорбном жесте, произнес Синголло.

Трандуил склонил голову и повернулся к жене, которая в этот момент слушала, как Леголас объясняет сестре, почему дворец вырублен в горе, и кто все эти, собравшиеся во дворе, эльфы.

— Синголло, познакомься с Эсмерленд, моей женой и королевой лесных эльфов.

Синда поклонился и, когда королева подошла, поцеловал ей руку.

— Миледи, счастлив снова видеть вас, — учтиво произнес Синголло, на что она только кивнула и высвободила руку.

Владыка подхватил на руки дочь и сказал:

— Это Таурэтари — моя дочь.

— Здравствуйте, принцесса.

Таурэтари, падкая на внимание, начала стеснительно улыбаться красивому эльфу и прижиматься к отцу.

— Мама, а где моя комната? — спросила малышка, повернувшись к матери.

— Сейчас найдем, — с улыбкой ответила Эсмерленд. — Моя комната надеюсь, там же? — холодно осведомилась у мужа Эсмерленд.

— Конечно, — в тон ей ответил король.

Королева взяла дочь из его рук и пошла внутрь дворца.

— Я так понимаю, над вами пронеслась гроза? — понимающе спросил Синголло. Трандуил кивнул без каких-либо эмоций и двинулся во дворец.

Он вошёл в свои покои и скинул тяжелый плащ. За всю дорогу жена практически не разговаривала с ним, только при Таурэтари она фальшиво улыбалась и сдержанно отвечала на его вопросы. Владыка устало потер переносицу и направился в купальню. Нужно смыть дорожную пыль и снять напряжение, а потом он намерен поговорить со своей королевой.

Через полчаса Трандуил стоял в своей спальне и спокойно рассматривал наглухо запертую резную дверь, соединяющие их комнаты. Король открыл ящик письменного стола и взял небольшой серебряный ключ. Какое-то время он вертел его в руке, продолжая созерцать дверь и, наконец, бросил обратно в ящик. Он решил дать Эсмерленд время остыть и заново привыкнуть к мысли, что они женаты. Владыка не хотел вламываться к собственной жене и надеялся, что ему не придется использовать кардинальные меры.

Таурэтари, смеясь, прыгала на большой кровати матери и с детским восхищением рассматривала шикарные покои, в которых теперь они будут жить. Трандуил перед отъездом велел обновить комнаты Эсмерленд в соответствии с её вкусами и предпочтениями, которые он прекрасно помнил, и надеялся, что это хоть как-то сгладит их с женой конфликт.

Также рядом были подготовлены несколько комнат для принцессы. Он хотел, чтобы дочь жила в непосредственной близости к родителям, но и не забыл про уединение, которое им с женой понадобится. Поэтому покои Таурэтари были обширными, но никак не соединялись с комнатой королевы.

Эсмерленд расчесывала волосы и смотрела, как веселится дочь, когда услышала шаги в гостиной. Трандуил вошёл в её спальню и окинул взглядом проделанную мастерами работу.

— Папа, ты видел какая у меня теперь большая комната и даже не одна? — воскликнула Таурэтари, спрыгивая с кровати.

— Нет, малышка, ещё не видел, — подхватив её, ответил владыка.

— Пойдём, я покажу тебе.

Покинув покои королевы, они немного прошли по коридору и открыли соседнюю дверь. Новая обитель принцессы включала небольшую гостиную, комнату для няни, гардеробную и купальню, ну и, конечно, выдержанную в персиковых тонах спальню.

Обстановка была уютная и по-детски милая. Средних размеров кровать была украшена балдахином бледно-розового цвета и таким же покрывалом с неимоверным количеством оборок. По мягкому бежевому ковру были разбросаны бархатные подушки всех размеров и цветов, а низкий столик с такими же стульчиками располагался возле большого окна, заливая игровое место ярким дневным светом. Трандуил обратил внимание на какие-то причудливые игрушки и мягко улыбнулся. Леголас давно вырос, и владыка позабыл уже, что требуется ребенку. Хорошо, что его управляющий с помощниками все предусмотрели, за что непременно их нужно будет наградить.