Пара для дракона, или игра в летнюю ночь (СИ) - Чернышова Алиса - Страница 57

Не спрашивала, конечно, а утверждала — поняла. Чему удивляться? Они знали друг друга, как облупленные, дрыхли, обнявшись, на голой земле, чуть не сдохли вместе сотни раз. Если уж на то пошло, именно Зелёнка помогла ему подправить документы и обставить все так, что герцог Брильо сгинул во тьме, оставив после себя отбитого наёмника Брана.

Да, неудивительно, что она поняла.

Полулиса едва хватило даже на то, чтобы поднять-опустить ресницы, но Мике этого хватило; она кивнула. Бран испытал что-то навроде обречённого облегчения: Зелёнка точно знает, что делать в таких случаях, благо, видела то же, что и он. Должна не хуже помнить знаменитых "возвращенных" военнопленных, в которых были зашиты магические заряды второй категории мощности.

Тысячи жертв, павшая крепость, много крови. Они тоже погибли бы, не умей Мика делать по-настоящему хорошие щиты.

С тех пор они всегда убивали возвращаемых издали — так это работало. И сейчас, конечно, не война, но…

— Я вытащу тебя отсюда, — сказала она, — А там разберёмся.

Именно этот момент выбрал мрачный донельзя Ос, чтобы материализоваться в комнате. Мика тут же нахохлилась — в драконьем семействе явно не все было ладно. Скользнув по ней беглым взглядом, Ос сконцентрировался на Бране и тихо спросил:

— Ты меня помнишь?

— Да тебя, пожалуй, забудешь, — хмыкнул Бран.

— И где же мы встретились?

— В таверне "У придурка", ты изображал зельевара. Паршиво изображал, если тебя волнует мое экспертное мнение.

Ос склонил голову набок, ещё внимательней вглядываясь в лицо полулиса.

— Спасибо, я учту. И как меня называла Мика в то время?

— Чудом. Я, конечно, все понимаю, но к чему все эти вопросы? Это я, у меня нет амнезии, да по ауре проверьте…

Водный дракон устало потёр переносицу.

— Я, признаться, впервые спрашиваю у кого-то о подобном, но… Ты ведь знаешь, что не дышишь?

В жизни Брана бывали стремные минуты, но это выбивалось изо всех возможных рамок. В первый момент он малодушно понадеялся, что Ос шутит, но тут же отбросил эту мысль — не с таким выражением глаз.

— Вы там что, обкурились? — Мику сбить с толку не так-то просто, — Это бредятина какая-то!

Полулис и рад бы был с ней согласиться, но…

— Это правда, — тихо сказал Бран, — Вот что казалось мне странным.

Он ещё раз осмотрелся и тихо спросил:

— Мика, ты же видишь ту панель на противоположной стене, правильно?

Зелёнка нахмурилась, но потом поняла-таки.

— Смутно, — сказала она, — Там довольно темно.

Бран кивнул. Он-то думал, что это такое странное магическое освещение, а оказывается — нет, он просто теперь так видит в темноте. Полулис нервно хихикнул, и Мика тут же шагнула поближе.

— Не подходи! — на этот раз они с Осом выступили в унисон, но Зелёнка только фыркнула сжала ладонь Брана в своей.

Удивительно горячей.

— Да ты же ледяной, — пробормотала она, — Тебе холодно?

— Нет!

"Нет, мне страшно, хочется рыдать и звать маму," — так подумал Бран, но не сказал, конечно — чего уж там.

— Что же, — выдал он вместо этого, — Поздравляю, ребята: кажется, вам нужно меня упокоить, пока я не превратился во что-нибудь эдакое, воняющее разложением и низкоинтеллектуальное.

— Щас, — рявкнула Мика, — Так легко ты не отделаешься! И учти, Ос: если ты сейчас заикнёшься…

— Не буду заикаться, — прервал её дракон мягко, — Я знаю, ты злишься…

— Злюсь?! Я в гребаном бешенстве!

— Хорошо, — смиренно согласился первый советник, — Ты в необличимом в цензурные слова бешенстве. Но пойми: я не говорил тебе о ситуации с Браном, чтобы не волновать раньше времени.

— Ос, я беременная, а не слабоумная! — рявкнула Мика. Где-то за стеной зашумела вода, и Бран просто понадеялся, что их не затопит.

— Зелёнка, — сказал Бран, — Кончай дурить. От того, что ты узнала бы раньше, ни шиша не изменилось бы, только волнений прибавилось.

— Угу, — мрачно буркнула Мика, — Зато сейчас у меня их вот прям убавилось!

Ос тихонько вздохнул и подошёл к Брану. Мика напряглась, очень явственно готовая защищать полулиса… или ту неведомую жуть, в которую он превращался. Водный, однако, агрессии не проявлял, он задумчиво оглядел Брана так и эдак, коснулся его кожи, просканировал ауру.

— Должен признать, я испытываю смешанные чувства, — сказал он, — У меня есть теории насчет природы случившегося, но они все, если честно, не выдерживают критики. Пока что могу предположить, что тебя каким-то образом — скорее всего, с помощью божественного вмешательства, другой метод тут бы не подошёл — превратили в представителя так называемой высшей нечисти.

Бран с Микой переглянулись.

— Но это же миф, — возразил полулис неуверенно, — Нам в академии каждый день вдалбливали: нечисть не бывает разумной, не испытывает чувств. Но я — да! Ну, или пока да…

Ос вздохнул и повел рукой, заставляя один из стульев подлететь к Мике. Та покосилась раздраженно, но послушно села, всем своим видом выказывая готовность слушать.

— Да, в большинстве учебных заведений придерживаются такой линии преподавания, — сказал дракон, — Юные маги должны не сомневаться, убивая нечисть, потому что очень многие могущественные не-мёртвые умеют потрясающе убедительно имитировать жизнь и сознание; мгновения жалкого сомнения в том, насколько разумно стоящее перед тобой создание и этично ли его убивать, стоили многим жалостливым личностям жизни.

Бран криво улыбнулся.

— То есть, переведя с дипломатического на приземлённый, нас потчуют враньем, намеренно обобщают, очерняют противника, чтобы мы убивали охотнее. Ничего нового под луной.

— Верно, — кивнул Ос невозмутимо, — Но тут следует уточнить некоторые детали. Во-первых, в нашем мире высшая нечисть (в том смысле, который все привыкли вкладывать в данный термин) встречается крайне редко — как правило, ближе к Разделяющему Хребту. Во-вторых, в руки магов эти существа попадают ещё реже, да и убить их, мягко скажем, непросто, а для существа слабо подготовленного и вовсе невозможно. В целом, стоит упомянуть малоизвестный факт: с точки зрения магической науки к высшей нечисти можно также отнести демонов, старших жрецов хтонических божеств, русалок, змеиц и даже некоторых драконов, тот же Призрачный дом. Последнее, впрочем, я не посмею повторить при свидетелях, дабы не спровоцировать агрессию со стороны господина Призрачного Старейшины.

Мика хмыкнула.

— Ясно, — протянул Бран мрачно, — И чьим же старшим жрецом я стать-то исхитрился? Потому что ни русалкой, ни змеицей, ни демоном, ни тем более драконом я себя не ощущаю.

— Справедливо, — улыбнулся Ос, — Но уверяю тебя, что стать старшим жрецом темного божества и не заметить этого — ещё нереальнее, чем обратиться за одну ночь драконом. Что бы там ни думали по поводу этого некоторые личности, истинное жречество может получить не каждый встречный — задатками обладают единицы. И то, боги долго выбирают самых достойных, проводят их такими дорогами, которые нам и вообразить трудно, так что нет, тут другой случай. Полагаю, ты можешь быть только одним из так называемых Проклятых. Это может быть, конечно, лич, ворлок или прочие типы переродившихся колдунов, но пока что я склоняюсь к тому, что ты каким-то непостижимым образом стал высшим вампиром.

В камере стало очень тихо.

— Так, — сказала Мика, — Развей мои сомнения: это наш Бран теперь из тех самых красавчиков-сосунов, про которые пишут тупые книги для молоденьких магичек?

Ос вздохнул:

— Ну, несколько утрировано, но в целом — верно.

Колдунья нервно хихикнула.

— Бран, радуйся: теперь все несмышленные малолетки — твои, — сообщила она полулису, — Только нарядись в какой-никакой таинственный шмот да скажи с придыханием: я — вампир, и твоя кровь особенная для меня!

Ос покачал головой.

— Это абсурдно, между прочим, — отметил он, — Даже высшие вампиры не вступают в отношения с людьми, не считая некоторых особенно эксцентричных отщепенцев.