Там алеет заря 3 (СИ) - Ефремов Александр - Страница 50

А вот на завесу подводных лодок конвой нарвался в 30 милях южнее корейского мыса Чансангот. Но японцы при движении применили хитрое построение. Свои броненосцы и два броненосных крейсера они окружили гражданскими судами конвоя, так что подобраться к ним подлодки не смогли. Поэтому обе субмарины атаковали крейсера, которые шли на внешней линии конвоя. "Щука" выпустила две торпеды в крейсер "Сума" и не попала ни одной. Но все-таки парный минный залп не прошёл совсем бесследно. Одна из торпед все-таки попала, но не в крейсер, а в японское судно из конвоя водоизмещением в 3-4 тясячи тонн, которое затонуло примерно за полчаса. На этом охота на конвой для капитан-лейтенанта Гадда закончилась. А вот для капитана 2 ранга Беклемишева атака вышла более удачная. Из двух самоходных мин в "Мацусиму" попала только одна, но зато она похоже вызвала взрыв погребов, после чего японский крейсер фактически переломился надвое и довольно быстро ушёл под воду.

Русские миноносцы атаковали конвой ночью уже на траверзе корейского порт Мокпхо. Несмотря на многочисленную охрану один из отрядов миноносцев смог прорваться к судам конвоя и выпустить самоходные мины. Были отмечены два взрыва, но миноносники разошлись во мнении, кто из них попал и по какому судну и кораблю. А вот прикрывавшим их прорыв крейсерам пришлось нелегко. Каждый из них хоть пару японских снарядов, но "поймал". Больше всего не повезло крейсеру "Норманн", который "словил" кроме снарядов среднего и малого калибра ещё и один восьмидюймовый в надстройку, повредивший заодно заднюю дымовую трубу. Русские крейсера развили при атаке конвоя максимальную скорострельность, но судить о возможных потерях у японцев от артобстрела было трудно.

Этой же ночью была совершена попытка повторного нападения на русскую эскадру в Дальнем. 4 японских миноноски незамеченными пробрались в залив и атаковали самоходными минами русские броненосцы. Но эскадра стояла за боном с выставленными противоминными сетями. Так что атака японцев фактически не удалась, а три из них были потом потоплены на отходе корабельной артиллерией и кораблями охраны рейда.

Итогом пары последних недель стала проводка японского конвоя к Ялу ценой минимальных потерь со стороны противника, за что Алексееву уже от Великого Князя Александра Михайловича также было выражено крайнее неудовольствие. При этом так и осталось неизвестным, намеревались ли изначально японцы прорываться непосредственно в порт Дальний, или это были необоснованные страхи адмирала Алексеева.

На этом русские неприятности не закончились. Как потом оказалось, пока все внимание русской эскадры было приковано к японскому конвою и британской эскадре, в Инкоу, к этому времени занятому японской армией, пришли 4 английских парохода с небольшой осадкой и начали выгружать военные грузы для японцев. Так что спустя несколько дней, когда к порту пришел русский отряд, состоящий из миноносцев и двух канонерок, след британских контрабандистов уже давно простыл. Канонеркам только и оставалось, что обстрелять причалы Инкоу, на которых ещё оставалось некоторое количество не вывезенных японцами грузов. А ночью миноносцы набросали у устья реки три десятка привезенных мин. Но этого было явно мало. Мин там нужно было добавить ещё. Проблема была в том, что, во-первых, японцы их могли вытралить после обнаружения минных постановок, а во-вторых, даже если порт Инкоу удастся блокировать минами, то имелась ещё железная дорога европейской колеи от Пекина до Инкоу, построенная англичанами, по которой теоретически японцы могли получать грузы. И вот как поступят китайцы в отношении снабжения японской армии, если на Пекин дипломатически надавит Британия, было совершенно непонятно. Японцы ещё до войны успели провозгласить лозунг "Азия для азиатов" и настойчиво навязывали официальным китайским властям свою дружбу, одновременно ни в грош не ставя самих китайцев. Как бы то ни было, теперь вице-адмиралу Дубасову приходилось учитывать ещё и этот канал снабжения японской армии, который теоретически мог идти через чисто китайские порты и как-то уделять внимание поставкам контрабанды ещё и через континентальный Китай. Для этого нужны были корабли, хотя бы вспомогательные крейсеры. Об этом он и сообщил в Санкт-Петербург.

Японский штурм Цзиньчжоуского перешейка превратился для армии Оку в натуральную бойню. По русским оценкам японцы потеряли в сражении никак не меньше 12-15 тысяч солдат и офицеров убитыми и ранеными. У русских потери составили около 5 тысяч. Но вот как потом было выяснено, у Ялу японцы сгрузили в разобранном виде 8 11-дюймовых мортир и начали их транспортировку вдоль побережья к Цзиньчжоу. Так что теперь порт-артуровский дирижабль "Беркут" через день летал бомбить медленно ползущий на юг японский артиллеристкий обоз. И не безрезультатно. В отражении штурма перешейка "Беркут" тоже поучаствовал, бомбя расположение японской гаубичной артиллерии, спрятанной в складках местности. Тогда же выяснилось, что с армией Оку японский флот не поделился самодельными зенитными пушками. Так что максимум, что похоже грозило дирижаблю, это обстрел из ручного оружия.

27 августа в особняк наместника в Порт-Артуре неизвестным, который был при попытке к бегству после теракта застрелян, была брошена бомба. При этом погибли сам наместник Алексеев, четверо офицеров включая Великого князя Кирилла Владимировича и двое гражданских лиц администрации города при полутора десятках раненных и контуженных.

Высадка японского десанта у Ялу, численность которого оценивали в 40-50 тысяч штыков, и десанта в Гензане подвигла командующего русской армией в Манчжурии генерала Линевича к началу активных действий до намеченного ранее срока. Ждать, пока японцы через перевалы доползут до предместьев Ляояна, он теперь не мог. Но и торопиться Линевич собирался не спеша. С одной стороны его армия вроде бы сильнее японской, а с другой - не настолько, чтобы быть полностью уверенным в итоге предстоящего сражения. К тому же все предыдущие бои ясно показали русскому командованию, что японцы - это совсем не китайцы, и что одними шапками их не закидаешь.

Шестидневная битва на подступах к Ляояна, где русские войска атаковали, а японцы в основном стояли в обороне кроме своего правого фланга, победителя так и не выявила. Потери оказались велики как с одной стороны так и с другой. Обе стороны кроме центрального участка пытались обойти противника с востока по предгорьям. Там фронт смещался то в одну сторону на десяток верст, то в обратную, но в итоге все вернулось к позициям, которые противники занимали до начала сражения. Примерное равенство сил с некоторым перевесом в пользу русских не позволило Линевичу достичь поставленной задачи если не разгрома японцев, то хотя бы их вытеснения в предгорья и освобождения от них прямой дороги на Инкоу.

-----------------

Новости из Квантуна князь Агренев узнавал регулярно. И уже потом, сложив воедино все известное насчёт проводки японского конвоя и одновременной поставки военных грузов в Инкоу, Александр мог только восхититься тем, как британцы "сделали" русских адмиралов. Умеют же, суки!

А вот на гибель от рук террориста наместника Квантуна и сына Великого Князя Владимира Александровича, главного над Гвардией, князь отреагировал мгновенно. Великовозрастного повесу и хама ему было ничуть не жалко. Назначенный Цесаревичем балбес поехал за воинской славой и получил своё от рук террористов? Так это нужно раскрутить в прессе и в высшем свете так, чтобы в сторону британцев командующий Гвардией Великий князь Владимир Александрович казал только звериный оскал. В Москву Сытину и Григорию Долгину ушли пространные телеграммы, всячески выпячивать героическую смерть Великого Князя от рук проклятых британских наймитов, которые получают свои 30 серебренников чуть ли не в английском посольстве. Эту тему нужно муссировать в прессе снова и снова, высказывая самые невероятные гипотезы. Чем их больше будет, тем лучше. Нужно непрерывно капать на мозги Владимиру Александровичу и его жене. Свет любит всякие слухи, вот и нужно эти слухи создавать. За достоверность создаваемых слухов можно не особо беспокоиться. Каждому слою общества собственные слухи. А уж общество само отсортирует те, которые ему более по душе. Ну, и бригаде Сытина следовало освежить все антибританские темы.