Маша и Тёмный властелин - Гаврилова Анна - Страница 3

– В каком смысле «прошантажировать»?

– Требовал, чтобы я замуж за него вышла. Взамен обещал спасение.

– Да-а-а?

Теперь в интонациях идейного противника зазвучало веселье, и я, глянув исподлобья, сообщила, что ничего смешного тут нет.

– Не смешно, Машунь, это когда ты без предупреждений переносишь нас в родной мир, – резко посуровев, огрызнулся Волков. – А то, что любимые тобою каноны не сработали – это ржач.

Я сложила руки на груди и громко засопела в ожидании извинений, только Алекс не среагировал. Хуже того – взял и продемонстрировал совершенно хамские, абсолютно мужланские манеры, заявив:

– Эта ваша бабская фигня, ваши так называемые каноны вот уже где. – Он провёл пальцем по горлу и добавил веско: – Вы достали!

– Сами достали, – не осталась в долгу я.

Собеседник глянул с насмешкой, а я признала себя самой нелогичной девушкой в мире. Просто он – гад, негодяй и зараза, и по моим меркам мы не виделись всего несколько часов, но я умудрилась искренне соскучиться. Причём настолько, что в данный момент, невзирая на его зубоскальство, хотелось подойти, прижаться, проверить на ощупь плотность мускулатуры, поводить пальчиком по короткой щетине и, может быть, поцеловать… Ну так, слегка.

К счастью, одной попаданке всё же хватило сил остаться на месте и даже буркнуть изобличающе:

– Дурак.

Алекс возражать не стал. Не попёр, как говорится, против истины.

А спустя ещё миг меня посетило неприятное осознание. До меня вдруг дошло – Волков тут полгода! То есть пока я всеми силами храню этой ехидне верность, он целую прорву местных женщин пере… мм-м… любил.

– Ты… – осознав сию информацию, злобно прошипела я.

В ответ услышала ожидаемо-насмешливое:

– Что, Машунь?

Хотела сказать, уличить, но потом подумала и язык всё-таки прикусила. Не сейчас. Нужно подгадать момент, а то он со своим скудоумием точно неправильные выводы сделает. Решит, что ревную, или ещё какую-нибудь фигню сочинит.

В общем, пришлось собрать волю в кулак, гордо вздёрнуть подбородок и, стараясь не сильно скрипеть зубами, повернуть разговор в другое русло.

– Всего полгода, а ты уже целый повелитель? Как тебе удалось?

Соотечественник заломил бровь, намекая, что вопрос не понят.

– Как-то быстро для тебя, – пояснила я. – Где присущий вашему жанру натурализм? Страдания, кровища, боль? Отсутствие халявы?

Волков выдержал паузу, затем фыркнул и сказал:

– В нашем жанре тоже по-разному бывает.

Теперь не поняла я, а собеседник…

– У тебя, Брехунько, учусь.

Увы, но я снова не сообразила. Только озвучивать своё непонимание всё же не стала – чуяла, что если поинтересуюсь, меня точно тупицей обзовут.

Уже открыла рот, чтобы задать вопрос из другой серии, когда губы визави дрогнули в прямо-таки запредельной улыбке, а такие обыкновенные карие глаза засияли невероятным весельем.

Ещё миг, и из горла Волкова вырвался смешок. За ним следующий. И вот подлость – это однозначно надо мной насмехались!

Пришлось грозно сложить руки на груди (вернее под грудью, у меня же с некоторых пор пятый…) и буркнуть:

– Что ещё?

– Ничего, Машунь, – едва не прыснул Волков. – Твою специализацию прочитал.

Специализацию? Прочитал? Постойте-постойте…

– Опять ваше дурацкое ЛитРПГ? – Я откровенно скривилась.

– Ты имеешь что-то против?

Вообще-то я не имела, но спросила подчёркнуто враждебно:

– И что за специализация?

Повелитель буквально растёкся, а потом…

– «Динамо», – радостно озвучил он.

Я аж привстала от возмущения! Кто «динамо»? Я? Нет, я-то, конечно, примерно такая, но как они смеют?! Как им не стыдно?!

Алекс Волков, глядя на мою реакцию, откровенно заржал, затем бросил ещё один взгляд поверх моей головы, и ржач резко трансформировался в истерику.

– Что? – прорычала я грозно.

Только абонент был не абонент – он реально истерил, хохотал так, что даже слёзы по небритым щекам бежали. Лишь спустя пару минут, когда в этом неадекватном состоянии появился просвет, я услышала стон:

– Твой левел, Машунь…

Левел – это уровень, правильно?

– И что с моим уровнем? – процедила я.

– Восьми… восьми… – кое-кто продолжал рыдать от смеха, – восьмидесятый.

И после короткой паузы, успокоившись на миг:

– Согласно системе этого мира, ты «динамо» восьмидесятого уровня, Маш.

Всё. Терпение кончилось, нервы – тоже. Я резко вскочила из-за стола и заозиралась в поисках режущих предметов. Кому-то срочно требовался сеанс кастрации! Вернее, два сеанса, учитывая тот факт, что этот кобелина целых полгода мне изменял!

– Восьми… восьми… – продолжал угорать Волков. – Брехунько, как тебя изобличили!

– Да пошел ты на фиг! – взревела я, не выдержав.

Идейный противник, увы, не подчинился. Пришлось сжать кулачки, подпрыгнуть от досады, а потом грозно топнуть ногой.

Последнее было зря – я ушиблась и болезненно взвыла. Лишь теперь вспомнила о потерянных в процессе транспортировки до дворца тапках, и расстроилась ещё сильнее. Практически слезами залилась.

И вот тут случилось чудо – один повелитель недоделанный наконец заткнулся. Более того, он окинул девушку взглядом и, сообразив, в чём боль, поднялся, чтобы прогуляться к дверям.

Дальше было приоткрывание одной из створок и приказ, отданный ну очень властным тоном:

– Позовите слуг! Пусть принесут туфли для леди! – Вслед за этим прозвучало что-то ещё, но Волков говорил уже тише, и я не расслышала. Кажется, там было про какой-то особый, «тот самый» гардероб.

К моменту, когда Алекс прикрыл дверь и вернулся, мои слёзы подсохли. Схватив со стола салфетку, я вытерла нос и, опять-таки с запозданием, обратила внимание на одну мелкую, но важную деталь.

Моё появление в этом мире… Стражники говорили про приказ номер один – это порядковый номер, верно? Ещё они упоминали особый приоритет – мол, плевать на совещание и все дела.

Если так, и если я ещё не разучилась анализировать, то это что же выходит? Получается, что, придя к власти, Алекс для начала вспомнил обо мне?

Плюс он желал, чтобы мою персону привели к нему независимо от времени суток и других обстоятельств – то есть я важна и даже поважнее многих? Ну и последнее… Волков ничуть не сомневался, что я появлюсь!

Как отнестись ко всему, я не знала, но от первых двух пунктов стало приятно. Я даже слегка зарделась и сделала шаг навстречу этому кареглазому заразе с целью потискать его атлетичную тушку, но…

Но потом мозг зацепился за самый последний пункт, и я нахмурилась. Подумала и спросила, подозрительно щуря глаза:

– Приказ, согласно которому меня сюда доставили… как ты узнал, что я прибуду?

Волков, который предпочёл не возвращаться на прежнее место и замер по эту сторону стола, в паре метров, небрежно пожал плечами.

– А как иначе? Ты всегда появляешься, Машунь.

Я прищурилась сильнее и гордо вздёрнула подбородок. Спросила строго:

– Намекаешь, что я тебя преследую?

Алекс глянул как-то странно, а спустя миг расплылся в широченной улыбке и заявил:

– Да какие уж тут намёки? Ты в третий мир за мной приходишь.

Он точно хотел вывести из себя, и ему удалось – одна попаданка тихонечко зашипела. А этот негодяй… этот омерзительный тип…

– Но я не против твоих ухаживаний, Машунь. Раз так хочется – дерзай.

Я не просто вскипела, а почувствовала себя паровым котлом, с которого сорвало и крышку, и все заклёпки.

– Ты! – взвизгнула возмущённо.

– Не ты, а вы, – беззастенчиво поправил Волков. Пояснил с улыбкой: – Я тут не абы кто, а повелитель и властелин.

– Да-а?

Я зашипела опять и, забывшись, вновь топнула ногой, однако на сей раз боли не было. Вместо неё случилось кое-что другое: мраморный пол дрогнул, а по стенам и потолку лёгкие трещины побежали.

Лично я слегка струхнула, а Алекс протянул, насмешливо покачав головой:

– Маша, Маша…

Ещё секунда, и в зал, невзирая на приказ не беспокоить, заглянули стражники. Тот, что постарше и поумнее, спросил, обращаясь к повелителю: