Дорога в центр (СИ) - Ютин Макар - Страница 59

Вадиму не удалось убить всех своих врагов, но ни исправить что-то, ни хотя бы просто посмотреть на результат своего труда он не мог. Ему предстояло выполнить последнее условие призванной сущности.

"Теперь плата", — Подумал он, глядя на воронку неподалеку от своей головы. Приподнявшись на локтях, Вадим сунул левую руку в этот водоворот. Ощущение от нее тут же пропало и назад показался лишь пустой рукав белой когда-то рубашки. Однако воронка рядом с ним не исчезла, только слегка уменьшилась в размерах.

Закряхтев, Вадим развернул корпус и сунул в прожорливую сущность ногу. С ней произошло тоже самое, что и с рукой, но в этот раз призванное существо удовлетворилось принесенными жертвами. Воронка пропала, как и давящее чувство где-то в глубине мозга.

"Я сделал все что мог. Остальное зависит от вас", — Вадим улыбнулся, чувствуя, как его покидает сознание. Почему-то чувствовал, что как-то изменил судьбу его семьи.

"У них есть будущее!" — С этой мыслью лидер общины потерял сознание. Он сделал все, чтобы спасти свою семью, и тихо ушел, исчерпав свои силы. Его разом обмякшее тело начало быстро погружаться в чернильную лужу, пока на поверхности не остались только глаза и нос. После этого раздался свистящий звук, и маслянистая жидкость исчезла также быстро, как и появилась. Искалеченное тело Бригадира исчезло вместе с ней.

— А он хорош: оставил за собой последнее слово! — Военный спрятал свой пистолет и перевязал руку. Закончив, он выплюнул изо рта выбитый зуб и пальцем пошатал остальные, убедившись, что с ними все в порядке.

— Быстрее, помоги мне с этой девкой! — Просипел, держась за живот лже-Вайпер.

— Что нужно делать? — Посерьезнел его подчиненный.

— Подтащи ее ко мне и дай какой-нибудь нож! — Распорядился командир. Пока солдат выполнял его приказ, он вдохнул в себя воздух, словно перед прыжком в воду, и запустил руки в безобразную рану на животе.

Крик, исторгнутый его глоткой, больше походил на рев раненого зверя, чем на человеческую речь. Однако, как бы военному ни было больно, он продолжил свое дело.

Отдышавшись, лже-Вайпер начал шарить рукой у себя в требухах, а затем просто потянул кишки на себя. Вытащенные внутренности едва заметно дымились, а вонь заставила скривиться даже бывалого солдата. Тот как раз нашел чистый нож на кухне и подтащил извивающуюся Яну к лже-Вайперу.

Командир, не говоря ни слова, ударил ее кулаком в лицо, пытаясь заставить ее лежать неподвижно.

— Мне нужно, чтобы она замерла. Не важно как ты это сделаешь. Можешь подрихтовать ей личико, только быстрее, — Распорядился командир.

— Ладно, — Пожал плечами его подчиненный, и взял маленький перочинный ножик.

— Ничего личного, красавица, — Сказал он ей, и приблизил лезвие ножа к глазу, — Нам просто нужно, чтобы ты не брыкалась.

— Пошел на хуй! — Она плюнула ему в лицо.

"Если бы она только могла поднять руку!" — С отчаянием подумала она. Конечности были словно в огне, и совсем ее не слушались. Попытки хоть как-то ими пошевелить не приносили ничего, кроме страданий.

"Нет, бесполезно. Теперь уже точно конец", — Наконец, сдалась Яна, и притухшая было ярость разгорелась с новыми силами.

— Как знаешь, — Поморщившись сказал солдат и надавил на нож.

Она заорала от невыносимой боли в потерянном глазу.

— Ну, готова сотрудничать?

— Сдохни, палач! — Новый виток ненависти. Единственный глаз заволокла кровавая пелена. Первый раз в жизни она хотела что-то настолько сильно.

"Смерть, смерть им двоим. Нет, им всем!" — Она молилась об их смерти, кричала о мести, пока ей дробили зубы, выворачивали суставы, прижигали раскаленным лезвием кожу. Бесполезно, она только сильнее кричала про месть и ругалась по матери. Наконец, это надоело и командиру, и его солдату. Истерзанную Яну просто и незатейливо вырубили, а уже потом подтащили обратно к раненому лже-Вайперу.

— Сразу нельзя было так сделать? — Ворчливо спросил он, вскрывая живот своей жертвы.

— Может очнуться в самый неподходящий момент, особенно от боли. Не люблю неожиданности, — Пояснил его подчиненный.

— Тоже верно, — Согласился командир, — А теперь самое сложное. Приживление органов.

Живот Яны замерцал, когда лже-Вайпер применил свое умение, а потом резко опустел. Мужчина же наоборот, явно повеселел и легко поднялся на ноги.

— Все прошло успешно! — Он с удовлетворением осмотрел свой живот, на котором не осталось никаких следов раны.

— Ладно, бери труп своего сослуживца и пошли отсюда.

— Добивать не будем? — Солдат показал пальцем сначала на изуродованную девушку, потом на рвущегося в путах Диму.

— Яна! Яна!!! — Голосил он, не обращая внимания на собственные раны.

— Баба сама откинется. Добивать ее — только услугу оказывать, — Лже-Вайпер демонстративно наступил на девушку, и подошел к ее брату.

— Он тоже долго не протянет. Мне даже интересно: сам он ласты склеит, или его загрызет эта девка, когда зомбанется.

— И охота тебе их мучить, — Неодобрительно покачал головой солдат, но останавливать своего командира не стал.

— Охота. Я бы ее еще и трахнул, но времени нет, да и откинется она скоро. Не вариант, — С сожалением протянул он и парочка выживших бойцов покинула здание. Их товарищи давно окончили погрузку, знать не зная о произошедшем бое. Настроение командира снова испортилось, когда он вспомнил о своих промахах.

И никто из них не принял во внимание, ни странное выражение решимости на лице Димы, ни тонкий серый луч, скользнувший из его уцелевшей руки прямо в грудь девушки.

Если бы двое военных не были зациклены на своих проблемах, и остались еще ненадолго, то смогли бы увидеть изменения в теле брата Яны. Как исчезает в кровавой дымке его глаз, как начинает течь кровь из его плеч, как крошаться его зубы, а руки и ключицы покрываются следами от ожогов.

Интерлюдия 3. Под гнетом обстоятельств (3)

Сознание возвращалось к Яне урывками. Сначала пропала боль, сменившись зудом во всем теле, потом появилось сосущее чувство голода, стали постепенно возвращаться тактильные ощущения. Девушка почувствовала, что лежит на твердом полу в одном белье. Какой-то мелкий предмет впился ей в поясницу, а волосы неприятно защемило в трещине между плитками.

Она осторожно подняла веки, внутренне ожидая вспышку боли в потерянном глазу. Однако с ее зрением все было в порядке. Недоуменно моргнув, Яна села на пол и посмотрела на свои колени. Согнула и разогнула правую ногу, потом проделала тоже самое с левой. Все было в порядке. Ничего не болело, как будто и не ей недавно прострелили суставы. Девушка раздраженно потерла плечо. На пальцах осталась красная ржавчина. Все ее руки и ноги были испачканы кровью, а теперь жидкость свернулась, неприятно стянув кожу.

Мысли в голове текли медленно и размеренно, все никак не желая складываться во что-то определенное.

"Что происходит? Где я?" — Она огляделась. Взгляд скользнул по кровавым разводам на полу, отметинам от пуль на стенах, разбросанным по комнате вещам и обломкам мебели. Однако все это вдруг перестало иметь значение, когда глаза Яны нашли повисшее в наручниках тело.

— Дима! — Она и сама не заметила, как вскочила на ноги, в два прыжка очутившись рядом с трупом.

— Димочка, братик! — Слезы сами собой текли из глаз, пока девушка избавляла его труп от наручников. Бережно уложив тело на пол, она пригладила упавшую на глаза челку таким привычным движением.

Левого глаза не было.

"Что? Но как…" — От страшной догадки ее пронзил ужас. К невыносимой душевной боли прибавилось ощущение чего-то непоправимого. Вздрогнув, Яна поспешно закатала рукава испачканной рубашки. Ее предположение полностью подтвердилось: плечевые суставы оказались прострелены, при этом не было ни следа пули или разрывов на рукавах одежды.