Осколки клана. Том 1 (СИ) - Шапочкин Александр Игоревич "Rayfon" - Страница 22

Но всё это похоже на банальные устремления прирождённого альфа-самца, потому как в группе нас - парней - всего двое. А вот в команде он работать просто не хочет, что и продемонстрировал в очередной раз на первой же нашей миссии. Не знаю уж, что это за выверты сознания, а спрашивать Сергея бесполезно, Нинка пыталась, получив в ответ лишь презрительный взгляд и невнятное фырканье.

Мария Сердцезарова, «Пятая» - почти те же яйца, только в профиль. То ли вторая, то ли третья наследница своего клана и на окружающих смотрит примерно так же. Разве что не молчит, а наоборот, постоянно вставляет едкие комментарии, причём особенно сильно достаётся, как ни странно, Аптынову и мне. Девчонок вообще, похоже, за людей не считает, а уж как она вплыла в аудиторию во время первой встречи, опоздав к тому же почти на час! И, похоже, очень оскорбилась тому, что ни я, ни Сергей не бросились немедленно лобызать ей туфельки. А затем увидела Мистериона, покраснела и начала чуть ли не вешаться на бывшего учителя, за что и заработала свою характеристику от Нины.

А вообще, как выразилась Ольга Васильевна: «Обычная проблема несоциализированной клановой молодёжи. Домашнее воспитание в замкнутой среде родового небоскрёба, вместо школы, с постоянным воспеванием собственного величия, плюс минимум контактов с внешним миром. Вот и получаются недоросли с забитыми мозгами, которых нам потом приходится перевоспитывать. Или почему ты думаешь, в Полисах ещё при Святогоре была в начале придумана практика «Боярских детей», а позже и вовсе введён институт Академий?»

Кстати, пришлось в тот раз блеснуть своей неграмотностью. Про тех самых «Боярских детей» мне слышать как-то не приходилось. То, что «Боярами» ранее называли чародеев, выделившихся из общей массы и заслуживших право носить высокие «боярские» шапки (а позже это стало именем нарицательным для приближённых высокопоставленных особ) - я, конечно же, знал. Как и то, что к нашему Бояру Жамбурловичу это никак не относилось, потому как в его случае это было не звание, а имя. А вот по поводу «детей», услышь я это где-нибудь, воспринял бы как упоминание о семьях.

Оказалось, что всё не так. «Боярскими детьми» назывались два, реже три будущих чародея или чародейки, которых каждый, получивший право носить шапку, в обязательном порядке брал на обучение из других кланов. Жили они у себя в родовой крепостице, изучая секреты своих семей, а вот воинскую премудрость постигали уже под руководством наставника. Это была вынужденная мера со стороны Княжьего Стола, потому как кланы, хотя и съехались в обновлённую Москву, оставив свои древние усадьбы, но практически не взаимодействовали, продолжая видеть друг в друге соперников и конкурентов, а то и вовсе старых врагов, с которыми не зазорно и счёты свести.

-     И вообще, ладно вы четверо! Я хоть сейчас соответствующий диагноз поставить могу! - продолжала тем временем возмущаться чаровница, хотя её уже никто не слушал. - Но меня в подобное не втягивайте!

-     У Мистериона своего любимого спроси! - буквально прошипела и так злющая на всех и вся Нинка. - У всех, знаешь ли... «планы»! Мымра...

-      Это кто здесь «мымра»?! - немедленно взвилась Сердцезарова. - Ты... Ты... Обезьяна крашеная!

-    Что?! Да я тебя сейчас...

Ну да... По всем правилам сегодня у нашей группы должен был быть «свободный день». Пусть даже официально занятия ещё не начались, но даже так после каждой выполненной миссии нам, молодым чародеем, полагался минимум день отдыха. Была, правда, в этом железобетонном правиле одна оговорка, сводящаяся к тому, что если родина направит, то мы должны взять под козырёк и поскакать в указанном направлении. То есть если Княжий Стол вдруг возложит на группу новое задание, то отдых отменяется, и отказаться от подобной чести мы как люди подневольные права не имеем.

И, естественно, собирал нас Мистерион, причём в полном составе, с блондинистой стервой в качестве третьей ноги, исключительно для того, чтобы сообщить радостное известие: внеплановый выходной отменяется, потому как городу понадобились наши умения. На лице масочника в этот момент играла такая загадочная улыбка, что, думаю, ни у кого не осталось сомнений в том, по чьей именно инициативе Москве вдруг понадобились услуги студентов, да к тому же без году неделя первокурсников.

Явно ведь, гад мстит за вчерашние косяки, чтобы нам, значит, жизнь рафинадом не казалась. Причём лично у меня сразу же сформировалось подозрение, что наш таинственный и мистический Эдичка будет раз за разом обламывать нам эти самые «свободные дни» и в будущем. Ведь тут какое дело: его послушать, так подобные «внеплановые» миссии очень и очень почётны и выдаются только лучшим из лучших, и так далее, и тому подобное!

Другими словами, под мишурой из восхвалений, произнося которые Мистерион даже не скрывал ехидства, обращённого на нашу супер-команду, скрывались так называемые «низкобюджетные» или «волонтёрские» задания. Оплата за выполнение таковых отсутствовала, потому как заказчикам подобных работ чаще всего едва-едва хватало денег на то, чтобы заставить чиновников совершить пару телодвижений, проведя официальную регистрацию по всем правилам. А «лучшим из лучших» то ли из альтруизма, то ли из патриотизма, но, скорее всего, из-за клинического идиотизма готовым добровольно вкалывать и вкалывать на таких работах, по мнению княжеской бюрократии, деньги по определению не нужны. И да, «отпуск» за подобную деятельность так же не полагается.

Естественно, желающих тратить время и заниматься чем-то подобным было днём с огнём не найти ни среди наставников, которым, кстати, как я потом выяснил, всё же оплачивали какую-то там ставку, ни в рядах учащихся, банально не желающих корячиться в своё свободное время забесплатно. Поэтому волонтёров обычно назначали в добровольно- принудительном порядке в наказание за академическую неуспеваемость или провинности. В общем-то, обоснованием для отправления группы на подобные работы могла стать, например, невыполненная миссия или драка на территории кампуса. А вот чтобы кто-то сам согласился на нечто подобное...

Вот только ослушаться и отказаться выполнить уже полученное Мистерионом предписание мы просто-напросто не могли. Да и вообще, если наставник сказал, что выходной отменяется, значит, он отменяется - и точка. И именно по этой причине мы, встретившись, как обычно, на мосту и дождавшись практически не опоздавшую в этот раз белобрысую фифу, погрузились на старенький, ничем не примечательный паровик и уже через два часа оказались на другой стороне Полиса на втором уровне города. А сейчас переминались с ноги на ногу на территории небольшого государственного клуба перед пятёркой солидных, возрастных мужиков, которые хотели от нас «странного».

-      То есть вы просите, что бы мы сыграли с вами в «Воздушный мяч»? - не обращая внимания на начавшуюся за спиной бабскую перепалку «Четвёртой» и «Пятой», продолжил я переговоры с заказчиками.

И да, вести их пришлось именно мне, потому как наставник куда-то пропал, девочки нашли себе интересное занятие: Ленка у нас вообще молчунья от бога, а Алтынов всем своим видом показывал, что общение с людьми подобного уровня для него просто-напросто невозможно.

-      Ну да, паря... точнее, ваш благородь, - улыбнулся мне седоволосый усан в поношеной полевой форме наёмников. - Вот решили на старости лет тряхнуть муд... точнее, кости размять. В междусобойчике... точнее, турнире местном по «Айрболу» поучаствовать. А так не смотрите, мы все здесь хитровы... точнее, одарённые. Тузовые... точнее, с «аспёктом» все. Просто жисть нас так провернула... точнее, денег по молодости не было, а проблемы были. А так, Петрович вон, вообще, в школе на Свистунах учился! Козырной он у нас... точнее, практически, как вы, чародеи. Правда, студентом так и не стал, потому как довыё... эм... ну, не важно. Вот и хотим, значится, на старости лет понта... силы свои проверить. Почти месяц ждали, покуда вы не откликнулись!

-  Хм, - я в задумчивости потёр подбородок и повернулся к сокомандникам. - Народ! А вы умеете играть в «Воздушный мяч»?