Тонкие грани (СИ) - Доронина Слава - Страница 51

- Ты же понимаешь, после этой ночи, я не смогу делить тебя с Логаном? – глаза Рика вдруг сосредоточились на лице, и я ощутила, как все внутри замерло в немом непонимании. К чему он говорил эти слова? И почему именно сейчас? Разве возможно поделить неделимое?

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, – я на самом деле недоумевала, причем здесь Логан, его чувства и я.

Тело пронзала мелкая дрожь, но я не понимала, чем та была вызвана, – то ли словами, произнесенными наглецом вслух, то ли предчувствием... нехорошим предчувствием. Мы и так зашли слишком далеко, чтобы возвращаться к первоначальной точке отсчета.

Рик внезапно переменился в лице, будто я причинила ему боль, и из уверенного и страстного мужчины в мгновение ока превратился в непредсказуемого, едва управляющего своими эмоциями. Я чувствовала эту перемену всем своим естеством. Рик сделал резкое движение в мою сторону, а я, не совладав с эмоциями, дернулась от него в противоположную, ошеломленная тем, что испугалась его холодного взгляда.

- Я видел тебя и Логана в его спальне в ту ночь… – Рик пристально смотрел в лицо. – Ты можешь сколько угодно обманывать себя, но твое тело говорит само за себя...

Широко распахнула глаза, стараясь собрать воедино расколовшееся на мелкие осколки самообладание, и натянула простынь по самое горло, отталкиваясь ногами от края кровати, стараясь увеличить расстояние между собой и грозноподобным Риком хоть на миллиметр. Что он имел в виду? Он думал, что я провела ночь с блондином, занимаясь с ним сексом, а представляя Рика? Этот мужчина навсегда останется для меня загадкой, мне не хватит и нескольких жизней, чтобы разгадать его…

Совершенно внезапно для меня и решительно для себя он ринулся в мою сторону. Инстинктивно закрыла глаза и напряглась. Не о таком «первом разе» грезилось юному воображению. Но, по-видимому, Рик таким образом собирался заявить на меня свои права... Мужчина властно притянул меня к себе за ноги и уперся твердым и возбужденным достоинством прямо в мой центр, отчего я задрожала еще сильнее, но почему-то отнюдь не от чувства страха. Я-то знала, насколько абсурдно его мнение на счет меня и Логана, и мне хотелось сказать ему об этом, но отчего-то молчала: он все равно меня не услышит. Свела бедра, но Рик мгновенно воспрепятствовал этому и навис надо мной всей своей мощью и душераздирающей красотой. Мне хотелось ему закричать о том, что он совершает непоправимую ошибку, но вместо этого я только смотрела в красивое лицо расширенными от неизвестности зрачками, не в силах произнести и малейшего звука. Казалось, из меня разом вышибли весь воздух.

- Рик… – еле смогла расслышать шепот, сорвавшийся с губ, но, кажется, он не услышал моего голоса. Увидела, как помутнели бездонные зеленые глаза, устремленные прямо в меня, пронизывая остротой своих чувств. – Ты… – я хотела сказать ошибаешься, как его губы такие требовательные, властные и влажные накрыли мой рот, поглощая любые звуки. Поцелуй не был нежным. Казалось, он хотел им убить, показать мне истинное место, которое заслуживала девушка легкого поведения. Я могла предпринять попытки к сопротивлению, но зачем? Сопротивляться чему? Возможно, все в моей жизни скрутилось в такой тугой и замысловатый клубок только для того, чтобы сейчас разрубить его и отрезать хоть малейший путь к отступлению? И если Рик – моя теперешняя точка отсчета, то куда отступать?

Зажмурила глаза, когда почувствовала, как хватка Рика ослабла, и он обрушился на меня водопадом нежных поцелуев. Если это то, что он на самом деле чувствовал ко мне, взяло над ним верх – это почти победа... Но моим размышлениям не суждено было продолжиться: я почувствовала сильную пронизывающую боль между ног и резко дернулась навстречу Рику, впечатываясь в него всем телом. Мой организм, приняв угрозу, послал нервным окончаниям действие борьбы. Я выгнулась под Риком и стала вырываться из рук. Он все еще находился внутри меня и прижимал мое тело весом своего. Как же я сожалела, что не могла видеть его лица и раскаяния в том, что он только что совершил, но боль, пронизывающая каждую мою клеточку, была сильнее. Не прекращая, била его своими маленькими кулачками и стонала то ли от боли, то ли уже от наслаждения, которое перемешалось воедино со всеми чувствами и ощущениями. Рик, несмотря на мое противоречие эмоций и чувств, крепко держал меня в объятиях и непрестанно целовал. Нежно. Неистово. До моего слуха не сразу дошли отголоски слов. Его слов...

- Прости... – всхлипывала, пыталась вырвать свои бедра из его мертвой хватки и освободить себя хоть на дюйм от этого обжигающего тепла, но Рик не отпускал меня, продолжая шептать что-то нежное, едва уловимое.

- Моя… – плавный шепот переходил в не менее плавные движения внутри меня, которые уносили с лица земли. Даже и представить не могла что боль, граничащая с приятными ощущениями, образовывала такой мощный контраст между двумя людьми, связывая тех навеки прочной невидимой нитью. Выгнула спину навстречу телу Рика, прошептав его имя, и задрожала, испытывая нечто до сегодняшнего дня мне неизвестное. Я пребывала в шоковом состоянии: внезапная, поглощающая боль была стерта из памяти эйфорией от полученного удовольствия. Ощущала на своем лице теплые губы Рика… и легкость. В сознании никак не укладывалось все то, что сейчас произошло между мной и Риком, но у меня не было сил о чем-либо думать и размышлять. Я просто хотела жить… и быть рядом с Риком, чувствовать его прикосновения и поцелуи... потерять счет времени и остаться в этом мгновении на целую вечность.

∼ 11.1 ∼ Босиком по снегу vs. Амплитуда колебаний

Страсть затмевает не только глаза, но и разум. Именно это чувство – катализатор к действию. Сколько бы ни вмешивался разум в чувства, он значил ровно столько, как если бы дом строили без стен, компас изобретали вслепую, не зная о существовании магнитных полей. Так и страсть, если бы наш разум спал, в то время как мы испытываем самые сильные переживания в своей жизни, то любое чувство просто бы теряло всякий смысл. Наша сила – это внутренняя борьба за то, что нам действительно принадлежит, за наши чувства и желания, которые мы всячески стараемся защитить, оберегая их внутри себя. Как часто мы делимся с кем-то тем, что имеет для нас ощутимую ценность? Чувства, которые испытывал ко мне Рик, было не чем иным как страстью… разрушительной, приводящей в действие запускной механизм. Но эти чувства не были злыми, отрицательными и разрушающими в том понимании слова, каким зачастую мы привыкли ознаменовать конец. Все эти переживания были, напротив, удовлетворяющими, возносящими, окрыляющими, отчего хотелось еще большего омута и водоворота, который поглотит тебя целиком и полностью, не предоставив и малейшего шанса выбраться на поверхность.

Прежде чем поняла, что окончательно проснулась, ощутила тяжесть в висках... Чувство было такое, будто я всю ночь (а возможно, что и не одну!) уделяла пристальное внимание увеселительным программам со всеми вытекающими последствиями. Но я же не в клубе провела предыдущую ночь?! Нет, далеко не в клубе... Мысли потихоньку стали приходить в себя, а память возвращаться. Неужели так себя чувствовала добрая половина недодевственниц, которые накануне этой самой девственности лишились?! Тихо лежала, стараясь полностью восстановить картину предыдущего дня и уловить в смутном сознании размытые воспоминания «первого раза». Нет, со мной определенно было что-то не так. Ощущалась слабость и неприятное головокружение, несмотря на то, что даже находилась в лежачем положении. Воздух не пах теплом. В комнате, даже сквозь закрытые глаза я ощущала холод и темноту. Возможно, еще было слишком рано для утреннего яркого света, а остров не успел прогреться. Тем более, накануне шла сильная гроза...