Охотник на драконов (СИ) - Пирс Анастасия - Страница 13

Первые теплые лучи с легкостью пробивались сквозь открытые окна. После вчерашнего шторма теплое солнышко самое то. Виктора в комнате уже не было, на столе лежали таблетки, пирожки и термос. Видимо боялся, что я перетружусь если дойду до чайника.

Я на удивление очень хорошо себя чувствовала поэтому, умывшись и закусив изрядной порцией таблеток, видимо исключение уколов из моей жизни привело к увеличению другого, я даже убралась в доме и все-таки не смогла отказать себе в удовольствии понежиться в ванной. На столике я обнаружила такую же коробочку с едой что и вчера, только в два раза больше и записку.

«Привет.

Ухожу сегодня в ночную смену. Срочно вызвали.

Приду только к утру. Не жди.

Выздоравливай!»

Что то мне подсказывало что «срочно вызвали» = вызвался сам. Ну раз у него даже не было времени или желания сообщить лично, то что я уже могу сделать?

Уже через несколько часов я не знала, чем занять себя от скуки. Было обидно от такого отношения Виктора, я думала, что мы стали ближе. Хотя я и понимала, что обижаться на него не имею права, он ничего мне не обещал, и просто помог мне, когда мне была необходима эта помощь. И все равно я не могла отделаться от навязчивой мысли, что меня специально избегают и эти опасения только укоренялись со временем. Во все следующие дни Виктор приходил, когда я уже спала и уходил, когда я еще спала, а иногда вообще не приходил. Неизменна была только коробочка с едой, которую все чаще привозил курьер, а не Виктор. Постепенно количество таблеток становилось все меньше и меньше, а когда кончились совсем боли уже не было.

День моей выписки начался с прихода врача, который объявил, что я могу продолжить обучение, но первые три недели без физической нагрузки. Я была рада даже такому исходу, поэтому, как только врач вышел из комнаты я принялась собирать свои скромные пожитки, хотя слово пожитки явно преувеличено, из моего здесь было только платье и две книги, которые Виктор принес на днях. Не удержавшись от соблазна, я забрала еще и рубашку Вика, думаю он и не заметит, у него их все равно на все случаи жизни.

Когда с сборами было покончено и вещи были сложены в рюкзак я собиралась уходить и в дверях столкнулась с Виктором.

— Привет, не думала, что ты придешь. — Я действительно не ждала его, обычно в это время Виктор всегда на работе.

— Привет, ну проводить то тебя я должен. — Опять никаких эмоций на лице, голос тихий, ничего не выражающий, не знаю почему, но это меня взбесило.

— Ты мне ничего не должен Виктор. Ты помог мне тогда и все. Ты думаешь я не замечаю, что ты меня избегаешь? — Я была настолько зла, что все мои эмоции просто вырвались, я кричала и некрасиво тыкала пальцем в грудь Виктора.

В этот момент мне было все ровно на манеры и как должна вести себя девушка, мне было так же плевать на то что я должна быть благодарна ему. Я и раньше была не безразлична к нему, а сейчас он стал буквально спасителем что и развивало мою симпатию еще больше.

Я хотела, чтобы он уделял мне больше внимания, чтобы он переживал за меня как в тот дождливый вечер. Я столько всего хотела, что все мои ожидания в этот момент ударили всей своей тяжестью. Я буквально задыхалась от злости на себя, за то, что я нафантазировала того чего не может между нами быть. Ведь по своей наивности предполагала, что наверно я ему хоть немножко нравлюсь. Злилась на него за то, что он такой правильный, не смог бросить студенту в беде, за то, что не оправдал моих ожиданий.

Да все мои упреки были беспочвенны, но на тот момент я была настолько зла, что мне было все равно на голос разума, который отчаянно пытался пробиться.

— Я вовсе не избегаю тебя, я был занят. — Виктор сделал шаг назад, видимо для того чтобы я не тыкала в него пальцем, должно быть это больно, так как рука у меня уже болела.

— Не нужно Вик, пожалуйста, не ври. Такая загруженность бывает только когда находят следы драконов. А судя по разговорам из двора никоих вызовов не было. И я много слышала о том, что ты теперь почти живешь в кабинете, хотя раньше ты не любил это место и часто избегал его. Кто-то из адептов даже шептался о том, что наткнулся на тебя спящего в аудитории. — Все это я действительно слышала, сплетни и подслушивание чужих разговоров разбавляли мое скучное существование в этой комнате.

— Знаешь Элис, тебя не касается где и сколько времени я провожу. Я дал тебе все что я могу тебе дать. У нас ничего не было и быть не может. Поэтому пожалуйста не усугубляй ситуацию.

Виктор был на грани срыва, хоть его лицо ничего и не выражало, но в глазах ясно горела злость. Голос уже не был такой тихий, а с каждым словом становился все громче и громче.

— Не нужно было тогда меня сюда приводить. — Я не хотела это говорить, но как известно слово не поймаешь. Запоздало, но я поняла, что сказала лишнего.

— Я спас тебя, но в клоуны я не нанимался, я не должен приходить веселить тебя. И да видимо действительно зря ты осталась тут.

Я хотела извиниться за свои слова, но обиженная гордость взяла верх. Я чувствовала, как слезы застилают глаза и в надежде на то что Виктор их не увидит смахнула их рукой.

— Ты глупый, Виктор. — Оттолкнув его от двери я побежала в свою комнату.

Насколько же это было глупо, еще и разревелась как ребенок и сама во всем виновата. Неужели нельзя было просто поблагодарить и уйти спокойно.

Рыданиям Элис вторил треск стола, полетевшего в стену в комнате Виктора.

2.8

За неделю моего больничного все поуспокоились. Никто не лез драться со мной, не было никакого давления, к которому я уже настроилась за свой больничный.

Конечно шептались почти все, но для многих я стала героем, первая кто вступился за кого то. В частности из-за меня запретили темные, от которых страдала большая часть академии, не имеющие власти адепты радовались. Кто-то тихо, кто-то не скрывал счастья.

Под дверью комнаты я находила цветы и разные сладости. Сначала я боялась отравления, мало ли кто может что-либо подсунуть, но со временем мои страхи развеялись. В частности, из-за Римы, эта девушка была со мной на одном курсе. Мы стали чаще общаться, а я узнала, что она таки ближе к аристократам. Её семья была владельцем нескольких магазинов в городе. Конечно мы и раньше общались, но сейчас наша дружба лишь крепла. Чуть позже я узнала, что девушка, которую я в тот вечер спасла приходится дальней и менее удачной родственницей семьи Римы. Те парни явно не знали об этом, иначе вряд ли они бы решили выбрать её в тот вечер. Никто не любит громких разбирательств.

Мы с Виктором сторонились друг друга и по возможности избегали всех возможностей пересечься. Мне было стыдно, а он наверно был зол на меня. Я больше не приходила на наше место.

Вот так спокойно потекли дни, мы учились, Рима познакомила меня с Тимом и теперь мы вместе отдыхали вечерами. Каждый месяц у нас были не большие экзамены, то по теории, то по практике и третий курс заметно редел. Бывали не большие стычки, но зачинщики быстро терялись, ведь я больше не была одна, со мной всегда были друзья.

Друзья, которых я бросила и к которым возвращаюсь в надежде что они меня снова примут как тогда.

Старые воспоминания бередили старые раны, повинуясь сиюминутному решению сходить в карьер я аккуратно спрыгнула с крыши. Чем ближе я подходила к карьеру, тем сильнее билось мое сердце. Была ли любовь к Виктору действительно побочным эффектом связи с Кером или это было мои настоящие чувства. Теперь я связана с Ирис, может ли это отразиться на мне, на моем отношении к Виктору? Когда я была связана с Кером мне казалось, что отношении к Виктору лишь напускное, но сейчас, я окончательно запуталась во всем.

И вот пока я спускалась вниз по карьеру не заметила корень растения и кубарем полетела вниз. Ну вот, теперь я буду еще и грязной. Солнце только начинало освещать землю. Наверно красивая картина я скатываюсь под первыми лучами солнца. В конце концов я остановилась сидя на попе, потирая ушибленную ногу и сквернословя на чем свет стоит.