Пуля для дублера (СИ) - Салов Юрий Борисович - Страница 47

- Два раза в неделю?

- У Гасана здесь любовница, - объяснил Мансур.

Вот дерьмо, подумал Юрий.

− Он сейчас с ней?

- Да.

- И без телохранителей?

Беликов не мог в это поверить. Несмотря на то, что Карелин сказал ему, он думал, что у Сабитова и Фархадова будет кто-то, кто поможет им.

Это объясняло, почему Сабитов так хорошо знал этот район. Должно быть, он часами сидел у окна, где бы оно ни было, и смотрел на площадь. Когда вы знакомы с ежедневными ритмами жизни на улице или в районе, вы приобретаете чувство того, что нормально в этом месте. Новое лицо или изменение в распорядке дня-это как сигнал тревоги.

- Дядя Лева, где тебя черти носят? - спрсил Беликов у Карелина.

-Мы уже на полпути.

- Послушай, когда ты доберешься до сада Хагани, - сказал Беликов, - я буду там.

- На твоем телефоне джи-пи-эс, Юра. Мы точно знаем, где ты.

- Он слишком задерживается, - сказал Кирилл, имея в виду Беликова, разговаривавшего по телефону-автомату. Он сидел в "Мерседесе" Мандрыкина, в квартале от сада Хагани. Марина сидела на заднем сиденье рядом с Мандрыкиным, а Кирилл сидел рядом с водителем и работал с радиоаппаратурой, которая поддерживала связь с его людьми на площади. - Он говорит с Карелиным или Фархадовым, рассказывая им, что происходит.

- Не знаю, - ответил Мандрыкин. - План Фархадова будет очень сложным. Он захочет дать себе достаточно места, чтобы все проверить и перепроверить.

- Он ничего не записывает, - сказал Кирилл.

- Гасан ему этого не позволит, - ответил Мандрыкин. - Беликов может запоминать маршрут, временную последовательность. Может, повторить его Гасану, отрепетировать.

- А может, он просто изливает душу, - настаивал Кирилл.

- Знаешь, - сказал Мандрыкин, - это мог сделать Евгений. Он был достаточно безумен, чтобы рискнуть и не застрелить его. Но Юрий не такой жесткий, у него нет такой самодисциплины.

- Но он слишком задерживается, - предупредил Кирилл.

По правде говоря, Мандрыкина тоже беспокоило, сколько времени Беликов проводит за телефоном. Кирилл, наверное, прав, черт побери.

- Где сейчас Карелин? - Спросил Мандрыкин, брызгая себе на лоб.

- Они только что проехали парк.

- Отлично, - сказал Мандрыкин. - Подождите, пока они не приблизятся к переулку ведущему к дому, и сделайте это там.

- Женя, - нарушил молчание Сабитов. - Оставайся на месте. Я отключусь на несколько минут, но потом вернусь.

- Что? Стой! - рявкнул Беликов.

- Просто оставайся на месте. Оставайся на телефоне. Поговори со своим человеком. Я вернусь. Сделай это.

Юрий не мог в это поверить.

- Он просто отключил телефон, - сообщил он Карелину.

- Отключил телефон? Что ты имеешь в виду?

- Он отключил чертов телефон. Сказал мне так по телефону. ждать его звонка.

- Черт, он бежит, - сказал Карелин. - Он бежит, черт побери!

Человек Мандрыкина в аптеке видел Юрия через окно. Он следил за ним одним глазом, обходя ряды полок в маленьком магазинчике. Сначала там никого не было, а потом вошла полная женщина с ребенком, одним из тех детей, которые просто смотрят на тебя в трезвом молчании и никак не могут быть очарованы. И все же она не переставала смотреть на него. У него мурашки побежали по коже.

Аптека имела Г-образную форму, поэтому он завернул за угол в другой ряд полок, чтобы уйти от взглядов, хотя все еще держал Беликова в поле зрения. Лучше взять журнал. Он полистал несколько ярких пустышек и взял одну из них как раз в тот момент, когда другая женщина вошла через заднюю дверь магазина, которая выходила в типичный внутренний двор.

Женщина была симпатичной, лет двадцати пяти, ее темные волосы были коротко пострижены. На ней была голубая достаточно короткая юбка и кофточка, застегнутая спереди на все пуговицы. Верхняя пуговица была расстегнута, создавая типичный набор офисной женщины. Он скользнул по ней взглядом и продолжил наблюдать за Юрием.

Женщина подошла прямо к парню, очевидно, тоже заинтересовавшись журналами. Но она, казалось, хотела видеть тех, что были по другую сторону от него. Осторожно ступая, она попросила у него прощения, и он отступил, пропуская ее. На одно сладкое мгновение они оказались лицом к лицу, когда она проскользнула мимо него, скромно отведя глаза, когда ее грудь проплыла прямо под его носом. Теперь она повернулась спиной к нему, Беликов стоял напротив, и наклонилась, чтобы просмотреть журналы на нижней полке.

Ее положение не могло быть лучше для "топтуна". Ему стоило лишь слегка перевести взгляд с Беликова на грудь покупательницы, где гравитация раздувала ее грудь до предела.

И вдруг маленькая девочка снова появилась поблизости, прямо в центре прохода позади женщины, ее идиотский взгляд снова остановился на парне, ее голова поднялась чуть выше бедер женщины, как будто она балансировала на них.

Сиськи, ребенок, Беликов. Сиськи, ребенок, Беликов. Девчонка с туповатым взглядом раздражала "топтуна" до чертиков. Женщина передвинула несколько журналов, заглядывая под них, ее движения заставляли ее груди двигаться и вращаться. Парень уставился на Юрия. Беликов почему-то изменился в лице и отошел в сторону. Несмотря на худобу, женщина должна была приспособиться, просовывая красивую руку вглубь полки.

Идиотские глаза девочки слегка переместились на правое плечо мужчины, выражение ее лица все еще было немым, как камень.

Тонкая рука, скользнувшая по его плечу и закрывшая рот, едва позволила ему успеть заметить, как опасная бритва сделала свое дело на его горле. Он понял, что умирает. Женщина выпрямилась и прошла мимо него, словно его и не было. Затем он почувствовал, что его тащат назад.

Последнее, что он заметил, был немой, глупый взгляд маленькой девочки, которая не бежала, не моргала и не реагировала на то, что видела. Похоже, она считала, что наблюдать за убийством в закутке бакинской аптеки-дело обычное.

Глава 38

Беликов вцепился в телефонную трубку и наклонил голову к телефонной будке, словно прислушиваясь. На самом деле ничего не происходило. Тишина на обоих концах. К чему все это вело, было за пределами его воображения, почти за пределами веры. Но это продолжалось и продолжалось.

Вдруг Карелин закричал: "Денис! Денис! Берегись! Осторожно! Осторожно!" А потом закричала женщина, и раздался оглушительный грохот.