Решение (СИ) - Яблочкова Наталья - Страница 20

— А это возможно? Я бы пока хотела повременить… — на миг опустила взгляд

— Хорошо… Если решишь, просто пожелай этого, — не стал настаивать Вий и поднялся с корточек.

Сел напротив меня на невидимое ложе, которое, как и в моём Доме, здесь имелось, и замолчал. Первой не смела нарушать молчание, ожидая того, что последует дальше и одновременно безумно боясь этого «дальше». Мужчина нервным движением снял перчатки, одну за другой, покрутил их в руках и, решившись, начал говорить.

Глава 11

— Ты мне сразу понравилась, — на этих его словах, что-то поменялось в атмосфере помещения.

Меня накрыло странным смешением эмоций: страх, надежда, волнение, нежность, отчаяние… Чего там только не было, и я с трудом вдохнула воздух, так неожиданно было то, к чему получила доступ.

— Увидел тебя… и с трудом смог продолжить разговор, — его глазами видела обнажённую себя и испытывала вместе с ним эмоции, вызванные нашим знакомством.

Покраснела мгновенно, стоило понять, как сильно он хотел меня в тот момент… Безумно просто, и потом, когда со мной разговаривал, и ультиматум ставил… радуясь при этом, что именно ко мне в Дом просится. В ответ на то, что Вий испытывал когда-то, низ живота сильно заныл, а соски напряглись. Судорожно вздохнула, глядя на мужчину расширившимися глазами и не в силах произнести ничего в ответ.

— Чем больше я узнавал тебя, тем больше восхищался. Тобой, твоей силой духа, твоим нестандартным мышлением. Ты бросала нам всем вызов и этому миру тоже, ничего не боясь. За это я уважал тебя и чем дальше, тем больше, — то, что он говорил, было абсолютной правдой, и я слушала, и чувствовала то, что чувствовал он, затаив дыхание и, понимая, что начинаю невольно улыбаться. — Когда тебе было плохо, пришла нежность, — и меня накрыло волной этой нежности и сумасшедшего обожания, в которых я потерялась, не в силах думать о своих прежних страхах и сомнениях. — Мне так хотелось защитить тебя… И сделать так, чтобы ты перестала чувствовать себя одинокой. Но ты не верила мне и не подпускала близко… Временами, на меня накатывало отчаяние. Я не понимал, как могу достучаться до тебя. Как могу доказать, что не замышляю против тебя ничего плохого… Что просто хочу быть рядом. Стать близким человеком, которому ты, не задумываясь, готова будешь довериться в сложный момент, — и я чувствовала его тоску, горечь, печаль. Ему и вправду было очень плохо из-за того, что не верила ему. — Ты мучилась сомнениями и в какой-то момент высказала их… Это стало переломным моментом, Ева. Я ведь как никто другой знаю — я на тебя никак не воздействовал! И если тебя тянет ко мне, как ты сказала… То это ты всё сама, без моего в этом участия, — он смотрел пристально, не отпуская своими глазами моего взгляда, а я не в силах была отвести взор.

— Не верю, — произнесла неуверенно, ощущала же его эмоции, его реальное отношение ко мне, знала, что сказанное им — правда, а поверить никак не могла. — Нет, этого просто не может быть…

— Я долго думал, почему именно так. Почему ты не хочешь взглянуть правде в глаза… Мне кажется, ты боишься. Боишься поверить, начать доверять. Ты боишься быть преданной мной. Но разве ты не видишь и не слышишь? Я не в силах тебя предать. Кого угодно, но не тебя… Я болен тобой… И уже давно, — он грустно мне улыбнулся.

— Я бы хотела доверять, — говорить было трудно, как и купаться в сдержанной, осторожной нежности, направленной на меня. — Но не получается… Прости меня… Мне не на кого положиться в этом мире. И если я положусь на тебя, а ты используешь меня в своих целях или предашь, никогда не смогу оправиться от этого удара. Ты же не станешь отрицать того, что в своих играх, зачастую используешь грязные методы… Что ты манипулируешь людьми… и…

— Не стану. Но с тобой я себе этого никогда не позволю, — он опустил взгляд на собственные руки и добавил. — Вижу, что даже моя открытость тебя не убедила.

— У меня есть ощущение, что ты сейчас просто контролируешь эмоции. Очень хорошо контролируешь, поэтому я сомневаюсь, — призналась о причинах недоверия абсолютно честно.

— Есть только один способ… Я могу попробовать научить тебя доверять мне… Мне хватит и терпения, и нежности.

— И как ты собираешься учить меня доверять тебе? — несмотря ни на что, те эмоции, которые он испытывал, и которые я чувствовала как свои, заставляли меня радоваться неизвестно чему, и ощущать себя невозможно счастливой.

Всего лишь понимание — я дорога ему, очень дорога, если всё, что сейчас происходит, конечно, правда — подняло мне настроение и заставило довольно улыбаться. И научило, кажется, немного доверять собеседнику. Вон как безропотно подчинилась, когда он встал, держа в руках появившуюся из ниоткуда широкую ленту ткани и спросил:

— Ты позволишь?

— Да, — само сорвалось с губ, прежде чем успела подумать.

— Благодарю за доверие, — чинно произнёс он, завязывая мне глаза.

Предвкушение, оно мигом проснулось, заставляя ожидать чего-то неожиданного и непривычного.

— Я просто покормлю тебя, если ты не против, — мягко произнёс Вий, и меня снова накрыло с головой нежностью, излучаемой им.

Протестовать не стала, в душе расцветали: ответная нежность и желание узнать, что мужчина задумал. От волнения немного потряхивало и совсем не немного дрожали руки. Спину подпёрло что-то мягкое и очень удобное, на которое я с удовольствием, и некоторым трепетом откинулась, продолжая одновременно бояться и радоваться из-за того, что мог задумать и осуществить Вий.

Напряжённо ждала дальнейших действий мужчины, которые оказались полной неожиданностью для меня. Урмыт очень чувственно и мягко провёл пальцем по моим губам и велел шёпотом:

— Открой рот, пожалуйста, — от его тона и прикосновения волна дрожи пробежала по коже, заставив дрогнуть сердце, и отдалась жаром внизу живота.

Долго думать не стала, сделала так, как он просил, и почувствовала, как губ коснулось что-то круглое и прохладное.

— Эйлам, — прокомментировал он своё действие. — Растёт на Руалонэ. Очень редкий фрукт… Попробуй, тебе должно понравиться…

Неуверенно ухватила губами предложенное угощение, коснулась его языком и попробовала на зуб. Фрукт разлился по языку нежным, благоухающим вкусом ванили, вперемешку с чем-то острошоколадным… Изумительно вкусно и так необычно, что я непроизвольно облизнулась, прожевав еду. И тут же получила в ответ столь яркую эмоцию, полученную от мужчины, что, кажется, вновь покраснела. Уж слишком откровенно подействовало движение моего языка, от урмыта полыхнуло жаром желания, адресованным мне.

— Нравится? — тихо спросил Вий.

— Да, — ответила дрогнувшим голосом, пытаясь справиться с тем потоком эмоций, что постоянно получала от урмыта.

И они такие откровенно на секс направленные были, и в то же время, смешаны с изрядной долей восхищения и с… это чувство я боялась озвучить даже самой себе, что мне стало невыносимо сложно держать себя в руках и не вытворить чего-нибудь сумасшедше-нежного в ответ.

— Ты не против, если я свяжу тебе руки? — этот вопрос стал неожиданным для меня и ответила на него не сразу.

— А это точно надо? — недоверие вернулось, и непроизвольно нахмурилась.

— Если не хочешь… — судя по эмоциям, расстроился из-за моего отказа, хоть на голосе это никак не сказалось.

— Х-х-хорошо, — ответила, совсем не будучи уверенной в том, что поступаю правильно.

— Я аккуратно, — чувства мужчины сразу же скакнули от грусти к радости, что я тут же и ощутила.

Вий и вправду очень аккуратно завёл мои руки за спину и чем-то их в таком положении и закрепил. Теперь я была полностью во власти урмыта, чем, как мне казалось, он обязательно не преминет воспользоваться. Но блондин вновь удивил меня, не став приставать, пусть его желание стало только сильнее, что я знала, чувствуя все его эмоции. Вместо приставаний, он снова коснулся пальцами моих губ и попросил:

«Открой ротик ещё раз»