Неделя и я сделаю тебя своей (СИ) - Климова Анастасия - Страница 13

— По какому вопросу вы к нему?

"Вот настырная…"

Желания стоять в сыром подъезде и пытаться что-то объяснить матери взрослого мужчины, который бросил девушку в парке на растерзание уродам, совершенно не было. Поэтому Князев склонился ближе к двери и голосом, больше похожим на рычание, проговорил:

— Если не хочешь, чтобы у твоей сыночка были проблемы с полицией, позови его сюда. Поговорить нужно.

Напористость и властность его голоса пугала даже мужчин, что уж говорить про Светлану, которая и в жизни не отличалась смелостью. Быстро засеменив в комнату Максима, женщина попросила своего сына выйти в подъезд, а она тем временем вызовет полицию.

— Мам, не нужно. Он мне ничего не сделает, я думаю.

Собрав всю свою крысиную смелость в маленький кулачок, Максим вышел к Князеву и прикрыл за собой двери.

— Что вам нужно?

— Мне что нужно? Ты вчера бросил девушку в парке! — яростно прорычал Виктор и прижал Максима к стене, — ты хоть представляешь, что с ней могли сделать?!

— Ну ничего же не случилось…

— А тебе от куда знать?! Ты же трусливо сбежал!

Давно у Князева не появлялось желание ударить другого человека, но сейчас оно зажглось в его сердце и совершенно не давало покоя.

— Кто вы такой?..

— Я кто? — обернувшись по сторонам, чтобы убедиться, что никого в подъезде нет, Виктор со всей силы ударил Максима в живот и тут же второй удар пришёлся по рёбрам, — я тот, кто не даст тебе спокойно жить. Если я ещё хоть раз увижу тебя рядом с Даяной или узнаю, что ты звонил ей, писал, хоть как-то пытался выйти на связь, чтобы в чём-то обвинить или что-то ей сделать, поверь, тебе будет лучше самостоятельно застрелиться. Потому что я сделаю твою жизнь невыносимой. Я заставлю тебя оглядываться, когда ты будешь выходить на улицу и даже дома. Я достану тебя из-под земли. Ты меня понял?!

Не в силах сделать нормальный вдох, Максим быстро закивал головой, чтобы мужчина не ударил его в третий раз. Однако Князев даже не собирался этого делать. Он прекрасно знал, что такие люди как Максим боятся всего и всех, так что этого урока ему будет достаточно.

Оказавшись в своей машине мужчина спокойно выдохнул и посмотрел на правую руку, где были видны покраснения из-за удара.

— Да ладно… Нужно будет возобновить тренировки, а то скоро превращусь в такого, как этот Максим, вот стыдоба тогда будет.

Тем временем в университете студенты готовились к предстоящей паре с самым страшным для них преподавателем.

— Ты спишь?

Геля осторожно прикоснулась рукой к подруге, чтобы вернуть её в реальность.

— Прости, задумалась.

— Тебя завтра не будет в университете?

— Нет.

— Понимаю… Слушай, если хочешь поговорить с кем-то, то я готова выслушать.

Студенты стояли возле аудитории и ждали Князева, который опаздывал уже на десять минут.

— На эту тему я точно разговаривать не хочу.

Геля поджала губы и думала о том, как бы подбодрить подругу, но все её мысли разрушили грубые, размеренные, мужские шаги, которые приближались с каждой секундой всё ближе и ближе. Преподаватель страхования молча повернул ключ, открывая двери, и пропустил студентов в кабинет. Его взгляд был как всегда суровым. Даже более того, сегодня он был жестокий, будто его что-то очень сильно разозлило. Ну, или кто-то…

— Значит так, — без лишних предисловий сказал Князев, когда все расселись по своим местам, — Миронов и Ярославская. Попрошу вас покинуть кабинет. Вы не прислали мне работы, а значит к экзамену вы допущены не будете.

— Но, Виктор Андреевич, — на глаза Даяниной одногруппницы Ярославской Жени выступили слёзы, — я почти доделала всё, мне осталось буквально…

— Я не ясно выразился?

Миронов вышел из кабинета, громко хлопнув за собой двери, а девушка так и стояла на месте. Её руки начали дрожать, а глаза судорожно бегали по аудитории, пытаясь найти что-то, что могло бы ей помочь.

"Всё равно терять уже нечего".

— Виктор Андреевич, — Даяна смело поднялась со своего места и сложила руки за спиной, как часто делала её мама, — задание, которые вы нам дали, очень сложное, с учётом того, что у нас месяц не было пар, а вы провели всего лишь одну лекцию. Но и та была с разбором наших ошибок на тесте.

Ангелина накрыла голову руками и опустилась чуть ли не под парту, когда увидела яростный блеск в глазах Князева. Мужчина терпеть не мог неповиновения, особенно, когда оно было публичным.

— Смело, Орловская. Очень смело и очень глупо с твоей стороны. У тебя у самой работа написана ужасно. Так что я бы посоветовал подумать о себе, а не о Ярославской.

Спокойный монотонный даже немного скучающий голос, успешно скрыл настоящие чувства. Если бы в кабинете он был с Даяной наедине, то сложно представить, что бы он с ней сделал и вряд ли здравый смысл остановил бы его звериный порыв.

— Тогда может мне тоже следует уйти? Всё равно работа плохая.

Князев внимательно всматривался в печальные глаза девушки, пытаясь найти причину её поведения. Она раньше не позволяла себе при всех что-либо ему говорить. Неужели после вчерашнего она окончательно сдалась и больше не хотела воевать с ним? Но больше всего мужчину смутила мертвецкая бледность её лица. От былой улыбки не осталось и следа. Даже когда она боялась его, её глаза сверкали, а теперь будто жизнь в них практически угасла.

— Евгения, много вам осталось доделать?

— Нет! Я сегодня вам всё отправлю на почту, обещаю!

Даяна перевернула жизнь Князева так же, как и он её. Преподаватель никогда раньше не отступал от своих принципов обучения, но сейчас он готов был дать заплаканной студентке второй шанс, который мог бы спасти её. Но что больше удивило Виктора — это то, что он почувствовал какую-то ноющую боль в сердце, когда смотрел на Даяну. Он винил себя за то, что довёл её до такого состояния.

— Если до восьми вечера я не получу от тебя письмо, на экзамен можешь даже не приходить.

— Спасибо! Я всё сделаю!

Князев встал возле доски и обвёл глазами всю аудиторию, как и при первой встрече считывая эмоции каждого студента. В их глазах он видел страх, у кого-то даже ненависть. Только глаза Даяны выражали дикую боль и одновременно безразличие к нему.

— Сегодня проведём обычную лекцию. Напомните, на какой теме вы закончили?

— Он признал поражение? — еле слышным шёпотом спросила Ангелина.

— Сомневаюсь в этом.

Впервые пара по страхованию прошла самым обычным образом. Преподаватель читал лекцию, иногда замолкая, чтобы студенты успели сделать заметки в своих конспектах.

После окончания занятий, Даяна сама подошла к столу преподавателя, подождав, пока все студенты покинут аудиторию.

— Я тебя слушаю.

— Спасибо за то, что вчера помогли мне в парке.

— Даяна, ты действительно плохо написала работу. Я не занижал тебе оценку. Что-то случилось?

— Нет. Ставьте ту оценку, на которую я написала. Мне всё равно. До свидания.

— Орловская…

Но девушка молча вышла из аудитории и вместе с Ангелиной направилась на физкультуру, хотя впервые за долгое время заниматься совершенно не хотелось. Редко, когда Князев переживал за кого-то и волновался, но сейчас был тот самый, редкий момент.

"Что ж ты со мной делаешь…"

Среда. Финал

С самого утра на душе было неспокойно. Князев ходил по своей квартире и постоянно то телефон где-то оставлял, то не получалось завязать галстук, то из рук что-то падало.

— Да что б тебя!

Виктор прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Ему казалось, что именно сегодня должно произойти что-то ужасное, что-то такое, за что он никогда себя не простит. Даже за рулём машины у него всё шло не так, как нужно. То он не заметит красный свет, то подрежет кого-то…

Вчерашний взгляд Даяны не давал ему покоя всю ночь. Боль. Ей было больно. После парка он причинил ей физическую боль, которая ни в какое сравнение не шла с её душевными страданиями. Только Князев не мог понять, был ли он причинами их или же что-то другое тревожит девушку настолько сильно, что она потеряла абсолютно весь интерес к жизни за один лишь день.