Земля 2252 (СИ) - Корвин Флейм - Страница 3

Андрей пнул незапертую калитку и вошел в закиданный бычками двор. Дверь в дом также оказалась открыта. Внутри накурено, в большой комнате с надрывающимся музыкальным центром бухает студентура, а у закрытой двери слева сидит на корточках пацанчик в спортивном костюме и кепке. Типичная гопота.

— Ты Ваня? — спросил Андрей.

Парень встал, демонстративно осмотрел его с ног до головы и кивнул. Он был на голову выше щуплого Ливадова и гораздо шире в плечах.

— Я. А че?

— Кухня там?

Снова кивок. Выглядел он не сильно пьяным.

— Урод ты, Ваня.

Резким движением Андрей захватил своей левой правую руку пацанчика, оттягивая того вниз, и правым локтем наотмашь вмазал по челюсти. Как учили на армейке. Гопник стек по стене на пол и отключился.

Андрей прикоснулся к сонной артерии. Не переборщил ли он? А нет, Ванёк открыл глаза и начал полуосмысленным взором разглядывать обои на противоположной стене коридора. Все нормально с ним.

Ливадов застучал кулаком до двери в кухню.

— Женя! Открывай! Это я!

— Ой! — сестра выглянула в коридор и испугано посмотрела на пацанчика.

— Этот к тебе приставал?

— Он самый. Ты его не убил?

— Жить будет. Поехали.

— Я не одна. Там со мной Маринка и Люся. Заберем их?

— Хорошо. Давайте в машину.

Андрей подмигнул пацанчику, который до сих пор сидел на полу. Он окончательно пришел в себя и затравлено, без недавней борзоты, смотрел на Ливадова.

— Э-э-э! Че за дела?

Четверо пьяных парней вывалились из комнаты, где играла музыка. Они, наконец, заметили, что у кухни происходит что-то не то.

— Давайте, выходите уже, — сказал девчонкам Андрей.

Сестра и её подружки выскочили в коридор и спрятались за его спиной.

— Ты че! Телок наших забираешь?

Ливадов расстегнул кожаную куртку и выхватил из плечевой кобуры травмат, нацелив его на малолеток. Неискушенный взгляд нипочем бы не отличил Макарыч от настоящего пистолета. Тем более что глаза пацанвы хорошенько залиты водярой.

— Эй! Не шути! — кто-то из студентов, кажется, протрезвел.

— А я и не шучу. Правда, Ваня?

— Пусть они валят, на хер, отсюда! — крикнул братве избитый гопник.

Они уехали. Андрей отвез пришибленных произошедшим подружек сестры по домам, и теперь они мчались к себе. Дом родителей находился за городом, уж три года как переехали.

— Не реви.

— Я не реву, — всхлипнув, ответила Женька.

Захотелось выругаться, но он сдержался. Побоялся, что сестра вновь расплачется.

Случившееся будоражило кровь. Такой дозы адреналина он не получал уже несколько месяцев. Эх… После подписания контракта его перевели в Дагестан в бригаду внутренних войск, а Дагестан означал спецоперации. Через два года службы на Кавказе Ливадов не стал продлевать контракт и уехал домой. Может, зря он ушел на гражданку? Работа охранником в супермаркете — совсем не то, о чем мечталось полгода назад.

— Ты что творишь?

— Не знаю. Задумался, — ответил сестре Андрей. Погрузившись в размышления, не заметил, что проскочил на красный свет светофора. Последний перекресток перед трассой был пуст.

Или ну её, гражданку? Когда вмазал тому козлу Ване и утихомирил Макарычем четырех пацанов, ощутил себя, что называется, в своей тарелке. Тут или в бандиты подаваться, или в бригаду возвращаться.

Ехали в тишине долго. Музыку Ливадов не включал, говорить тоже не хотелось.

— Антоха звонил вчера.

— Какой Антоха?

— Ну, помнишь Антона? В мой отпуск приезжал погостить. Мы вместе служим. Точнее служили вместе, — поправился Андрей. — Я здесь, а он еще в бригаде.

— А, — кивнула Женька, — вспомнила. Назад зовет?

— Зовет.

— И что думаешь?

— Не знаю.

Ливадов включил поворотник, съехав с трассы на второстепенную дорогу, которая вела к их поселку.

— Давай заскочим к пруду?

— Куда? — Андрей непонимающе посмотрел на сестру.

В километре от села располагался большой пруд — излюбленное место отдыха местных. Летом там купались, а в остальное время года, когда ребятня не баламутит воду, можно и рыбку половить; зимой мужиков от лунок во льду не отгонишь.

— Нет, — мотнул головой Андрей. — Что там забыла? Темень на дворе, и дорога к пруду вся разбита. Ну его, застряну где-нибудь или на брюхо сяду. У меня ж приора, а не отцовская нива.

— Пожалуйста!.. — глаза сестры вновь заблестели. — Ничего ты не застрянешь. Дождей с лета еще не было. Ну что тебе стоит?

Ливадов притормозил, чтобы не пропустить грунтовку к пруду. Он не выносил слезы в глазах Женьки, а та знает, на что давить. Включив дальний свет — на проселке он точно никого не ослепит, зато дорогу лучше видно — Андрей свернул на две раздолбанные колеи, которые повели его машину к Ведьминому пруду. Название хоть и стрёмное, но народу нравилось это место.

— И чего тебя потащило туда? — процедил сквозь зубы Ливадов, объезжая очередную яму.

Машина медленно переваливала через колдобины. Ветви елей едва не цепляли автомобиль. Андрей несколько раз успел пожалеть, что послушал сестру, но развернуться теперь можно только у пруда. Через пятьсот метров роща кончилась. Ливадов заглушил мотор у пологого песчаного берега.

— Спасибо, — сестра чмокнула в щеку и выпрыгнула из машины.

— Пожалуйста, — пробормотал Андрей и тоже вылез наружу.

Рассеянный свет габаритных огней немного разгонял темноту. Холодно, блин. Андрей застегнул куртку и закурил. Здесь всегда ветрено, потому что вокруг слишком много открытого пространства. За прудом за нешироким редким перелеском начинались колхозные поля.

Андрей оглянулся, не по себе ему что-то. Женька присела на корточки у кромки воды.

— Матери позвони, — сказал он.

— Ты ей говорил? — не оборачиваясь, спросила девушка.

— Нет, конечно! Если она узнает про твои сегодняшние приключения, то, сама понимаешь, будет водить в универ за ручку. И забирать тоже!

— Можешь принести телефон?

— А ты не обнаглела?

— Андрей, ну ты же все равно у машины стоишь. Не вредничай! Принеси, а?

— Где он?

— На моем кресле должен лежать.

Ливадов выбросил недокуренную сигарету. Его проняла дрожь: то ли от порыва холодного ветра, то ли от нервного волнения. Все-таки мордобой взбудоражил кровь, а ведь думал, что после Дагестана ему все нипочём. Не ночная же поездка на безлюдный берег его тревожит? Андрей хлопнул по кожаной куртке, приятная тяжесть Макарыча немного успокаивала.

— Держи вот, — Андрей протянул сестре мобильник и потянулся за новой сигаретой.

— Сеть недоступна.

— Возьми мой.

— Твой тоже не звонит, — произнесла Женька, повозившись с кнопками несколько секунд, — У тебя же другой оператор?

— Другой, — кивнул брат. — Ладно, помчали отсюда. Раз связи нет, надо ехать, а то мама волноваться будет.

Андрей и Женька повернулись машине. Каким-то шестым чувством Ливадов заметил движение над ними. Что-то пролетело совсем рядом, и оно было гораздо крупнее любой птицы. Андрей резко вскинул голову. Рваные облака быстро проносились по темному небу, в прорехах мерцали звезды.

— Андрей! — тихонько заскулила сестра. — Посмотри на пруд!

Он перевел взгляд. Теперь его проняло страхом, Ливадову снова захотелось выругаться, но он смог лишь промычать что-то нечленораздельное и спрятать сестру за спину. Над поверхностью пруда метрах в десяти от них в воздухе висела темная человеческая фигура. Она была хорошо различима на фоне воды, хотя ночь скрыла большинство деталей в её очертаниях. Угловатые элементы черной экипировки, которые все же мог различить Андрей, шлем на голове, и неподвижные треугольные крылья, как у самолета, заставили подумать о пришельцах, сколь бы бредово это не казалось.

— Давай к машине, — выдавил из себя Ливадов. — Только медленней!

Непослушными негнущимися пальцами он расстегнул молнию на куртке, чтобы мог быстро выхватить Макарыч. Но внутренний голос подсказывал не спешить с травматом.

— Стоять на месте! Не двигаться!