Счастливчик (СИ) - Смекалин Дмитрий - Страница 66

66

Я заартачился. Одного зверька еще куда ни шло. В крайнем случае — двух. Но десятками — не буду. И, вообще, лучше было бы обращение посмотреть на разных существах. Рыбах, там, насекомых. Кстати, может кого из ее ассистентов в личей обратить надо?

Архимагиня идею обращения магов в личей отмела сразу. Причем не восприняла предложение, как шутку. Проблема, оказывается в том, что маги у нее только светлые. После обращения у них работа со светлым эфиром идет из рук вон плохо. Не приспособлены для этого личи. А научить их темной магии нет возможности в связи со слишком кратковременной памятью. В результате абсолютно бесполезные создания получаются.

А вот идею обращения в немертвых различных видов живых существ она приняла на ура, и следующие десять минут ее ассистенты носились по окрестности, выискивая жуков или гоняясь за бабочками. Один из них предложил и на зверинец набег совершить, но Инхурсаг идею, неожиданно, забраковала. Мол, ящерица и так в одной из клеток сидит, а птиц в зверинце мало, они ей для других исследований нужны. А здесь потери будут невозвратными. Псевдо жизнь нежити в нормальную никто еще переводить не умеет. Впрочем, если молодой человек желает, может взять себе такую дипломную работу. Тот сразу увял.

К счастью, именно обращение насекомых и стало гвоздем программы. Это оказался совершенно неизученный вопрос, из-за него Инхурсаг даже на Гидаша наехала. Водил экспедицию в аномальное пятно, а такой аспект напрочь упустил.

Дело для меня оказалось совершенно нетрудное и даже забавное, так как обращенные насекомые норовили разбежаться. Точнее прямиком неслись к дереву и прятались в листве. Где пропадали без следа, так как залезть на себя алтарь никому не позволял, и обе немертвые химеры забеспокоились.

При этом внешне немертвые насекомые от своих живых собратьев, практически, не отличались. Хитиновый покров у них вместо костей и прахом не осыпался. И летали бабочки точно так же, как и раньше. В общем, пока не поймаешь, не определишь. Аттракцион ловли насекомых ассистентами Инхурсаг собрал не меньше зрителей, чем мои цирковые представления с немертвыми монстрами.

Пока архимаги развлекались сами и развлекали публику, подошли мои знакомые некроманты с Бираттом во главе. Пришлось отвлечься на новых гостей, хоть они и маскировались под обычных посетителей. Правда, никого в этом не убедили, и вокруг них сама собой образовывалось некоторое пустое пространство. Горожане инстинктивно сторонились некромантов. Но так как агрессии не проявляли, то так даже лучше. Можно спокойно побеседовать.

На сей раз, у Биратта были новости. Как я понимаю, письма из Шима получил. От княжны, но, возможно, у него и свои осведомители при дворе Думузи имеются. Я о конкретных источниках не спрашивал. Не те отношения. И стал задавать очень неприятные вопросы.

Интерлюдия 13. Дружные королевские семьи

Замок Ур-Нази расположен на склоне горы почти в середине неширокой горной долины, там где она сужается почти до километра. Так-то в более широких местах она и десяти километров достигает. И около тридцати в длину. Для баронства — очень прилично, для графства — маловато. Но в Шиме особо больших землевладений и не бывает. Горы по сторонам не особо высокие, вполне преодолимые. С одной стороны — графство Аххе, с другой — еще одно графство, Шишаш. В древне-имперском языке почему-то любили шипящие звуки, что проявилось в этом названии особенно сильно. Вроде, был герой с таким именем в глубокой древности, если княжну правильно учили мифологии. Но сейчас это было неважно.

В замке велись довольно большие работы — укреплялись стены, ремонтировались помещения, расширялись кладовые, и шло активное запасание продуктов. Выросло и количество людей в замке. Помимо собственный свиты Нанна активно собирала в замке вассалов, а также тех, на чью дружескую поддержку она рассчитывала. И, в соответствии с нормами жизни данной эпохи, одним из одеяний дворянина обязательно были доспехи, и их сопровождали маги и вооруженные отряды. Так что в стенах замка Ур-Нази собиралась довольно приличная воинская сила.

Приготовления шли бурно, но вот к чему? К свадьбе? Или возможной осаде? Княжну вполне устраивало, что на данном этапе подготовка к обоим мероприятиям была, по сути, идентичной.

Но вот пришли вести из княжеского двора, и полученные новости могли оказать очень сильное влияние на весь внутренний расклад княжества. Вот Нанна и собрала сторонников, чтобы обсудить услышанное.

— Мы с вами знали, — говорила княжна: — что наш князь направил отряд доверенных магов во главе со своим советником Цальматом, разобраться со слухами о появлении у границ княжества представителя рода Ламашту, который все считали сгинувшим еще в бою у Уртака двести лет назад. И мы с вами знали также, что князь, наш отец, предполагал, что этот Игорь Ламашту — самозванец.

Это не было новостью, точнее, новостью это было уже давно. Именно поэтому княжна и ее сторонники в настоящее время собирались в Ур-Нази. Так что сообщение было воспринято спокойно.

— Оказывается, князь настолько серьезно отнесся к "самозванцу", что дал Цальмату в этот поход знаменитый "Зуб дракона".

Вот это уже была почти сенсация. Имперский артефакт, единственное имевшееся в Шиме оружие против воинов эфира. Правящий князь не имел официальных атрибутов, но именно этот кинжал носили на поясе правители Шима на самых торжественных мероприятиях. И неофициально "Зуб дракона" воспринимался народом именно, как символ власти и преемственности с Империей. Доверить такое оружие пусть и доверенному слуге, но не княжеских кровей… Для этого требуются куда более веские причины, чем встреча с мелким авантюристом-самозванцем. Получается, Агум сам верил (или очень опасался), что Ламашту настоящий.

— Но это не все, — княжна перекрыла голосом, возникший гул: — Отряд Цальмата благополучно добрался до предгорий Мрака на территории Бибрата, где и встретил Игоря в составе научной экспедиции из Академии Алезии. Чувствуете, какой узел там завязался?

Небольшая пауза. Убедившись, что ее все внимательно слушают, Нанна продолжила:

— Как вы помните, туда же отправился и мой наставник Биратт. Он тоже успешно добрался до Алезии и встретился с Ламашту. Но не с Цальматом. Тот отряд, по словам участников экспедиции, отправился в горы самостоятельно и назад не вернулся. Все решили, что дальше отряд направился в Шим. Но!

Опять пауза.

— Назад Цальмат и его спутники не вернулись. Ни один. Никто их больше не видел. И про их дальнейший маршрут, как выяснил Биратт, стало известно со слов Ламашту, который с ними встретился где-то в предгорьях и без свидетелей. Он даже сказал, что у них случился конфликт, но он дал отпор отряду, минуточку, ИЗ ДЕСЯТИ СИЛЬНЫХ МАГОВ, после чего те решили не возвращаться в лагерь, а двигаться дальше. Как вы себе представляете такую ситуацию?!

Поднялся гвалт. Событие было, действительно, из ряда вон. Как могло получиться, что десять сильных магов не смогли справиться с одним молодым? И отряд после встречи, получается, сгинул. Это звучало дико. Не могли некроманты просто так погибнуть в аномальном пятне. Немертвые их не тронут, а посторонних, наоборот, туда не допустят. Так это что, результат встречи с Ламашту? Он их убил, что ли? Но как такое возможно?

— "Зуб дракона" тоже сгинул вместе с отрядом? — Спохватился кто-то из присутствующих.

— Естественно. И князь очень этим обеспокоен. Собирается еще один отряд слать на поиски.

— Но там уже есть отряд Биратта!

— Я об этом и говорю. Он вместе с экспедицией и Ламашту прибыл в столицу Алезии. Но новости переслал такие, что предпринимать какие-либо шаги на свой страх и риск не решился. Ждет указаний. Наших указаний. При этом учтите, что Ламашту уже выразил согласие посетить Ур-Нази и даже подписал пачку приглашений на наш с ним совместный прием. С открытой датой. Как передает Биратт, сможет он приехать, скорее всего, через полгода во время каникул в Академии. Непонятно зачем, но этот Игорь хочет там учиться. И чему он там может учиться? Хотя, что кажется невероятным, но некоторые заклинания светлой магии он выполняет на очень высоком уровне. В частности, "воздушный мост" через реку построил. Не человек, а сплошная загадка. Так о чем Биратт с ним должен говорить? Или, может быть, делать?