Темный мир, или Рабыня для демона (СИ) - Фадеева Юлия - Страница 26

На что я кивнула:

— Да, мой отец князь Снежных Демонов, а мама наследница князя Водных Демонов.

Мне показалось, или у Васирхана взгляд стал удивленным? А, нет, не показалось. Сидит, слегка приоткрыв рот, и хлопает своими красными газами в обрамлении длинных и пушистых светлых ресниц. Ох, хорош, зараза.

— Так вы княжна? — почему-то прошептал он.

Я неуверенно пожала плечами.

— Ну, судя по тому, что мои родители являются таковыми, то, наверное, и я тоже.

Васирхан тут же поднялся с пола и, выпрямившись, закрыл глаза. Прошла, наверное, пара минут, прежде чем он снова их открыл, и они уже не были красными, а приняли свои изначальный вид — стали серыми.

— Простите мне мое столь неподобающее поведение и что я посмел обращаться к вам на «ты». Я вел себя непозволительно с вами, госпожа. Еще раз прошу меня извинить. — И он склонился передо мною в поклоне, тем самым приведя меня в замешательство. Зачем это он так? И никакая я не госпожа.

— Васир, а что происходит? — настороженно спросила у него. — И, пожалуйста, не нужно мне кланяться, встаньте.

Сейчас он был серьезен и сдержан: брови слегка хмурятся, взгляд устремлен на меня, но почему-то он остерегался смотреть мне в глаза, губы плотно сжаты. Но мою просьбу выполнил — выпрямился.

— Вы — княжна двух сильнейших кланов в Темном мире. В свое время я хотел жить на территории Снежных Демонов, но, по роковому стечению обстоятельств, не смог. Еще вы демон среднего порядка, в то время как я всего лишь низшего.

Тяжело вздохнув, поднялась с пола, чтобы присесть на кровать.

— Да какой из меня демон-то? Я самая обычная девчонка, которой не повезло оказаться в этом неприветливом и чужом для меня мире. Мне тяжело тут, я за несколько дней пережила столько плохого, что в голове просто не укладывается. Меня делают рабыней, создают иллюзию смерти мамы, в которую было просто невозможно не поверить, хорошо, что я узнала правду и моя мама оказалась жива, это принесло облегчение, но не такое, какое хотелось бы. Дакхар постоянно пытается соблазнить меня и если магия тогда не вырвалась бы, то быть мне… — Я судорожно выдохнула, сжав руки в кулак. — Я не хочу так жить, мне плохо тут, я страдаю и очень хочу вернуться домой, увидеть родителей, обоих! Вернуть свою прежнюю жизнь… Мне ведь всего восемнадцать лет, я хочу радоваться жизни, гулять, встречаться с подругами… любить и быть любимой, но теперь это невозможно. А еще, мне нужно сказать маме и папе то, чего я не говорила уже несколько лет. Что я очень люблю их. — Слезы снова хлынули из глаз. — Я ведь не знаю, увижу ли их снова. И от этого хочется выть и лезть на стены, но я понимаю, что этим ничего не добьюсь. Пытаюсь храбриться и вести себя, как мне сперва показалось, по-взрослому, но, ты показал мне, что это не так, и веду я себя, как маленький и неразумный ребенок, да и разговариваю неприемлемо. Мне стыдно, очень. Но мне нужна помощь, одна я не вынесу тех испытаний, что посланы мне свыше. — Замолчала, вытирая тыльной стороной ладони лицо. Впервые за столько дней я смогла высказать все, что накопилось внутри. И да, это принесло небольшое облегчение.

Васирхан молчал, наверное, минут пять, обдумывая все то, что я высказала ему, нервно закусив верхнюю губу и прикрыв глаза, ну а я не тревожила его. Да и смысл? Захочет — скажет все, что думает по этому поводу.

И он сказал:

— Теперь мне понятно ваше поведение, госпожа, понимаю, что вам тяжело находиться в этом месте, в дворце Оэра, но, увы, отсюда не сбежать, не выстроив портала, для которого нужен огромный резерв магии, которого у вас пока нет. Но знайте, что можете рассчитывать на мою помощь, в чем бы она не заключалась. И если получится, мы сможем рано или поздно сбежать, чтобы отправиться на территорию, которая принадлежит Снежным Демонам. Мне уже давно ненавистен этот дворец и тот, кому мне приходится подчиняться.

Я сидела на кровати, не зная что ему ответить на эти слова. Ему ненавистен дворец и Оэр? Но почему? Что пришлось ему вытерпеть, раз он хочет сбежать отсюда? И как он вообще сюда попал?

Вопросы роились в моей голове, но я не решилась задавать их Васирхану — захочет, сам расскажет.

— Госпожа… — обратился он было ко мне, но я его перебила.

— Не нужно меня так называть, зови Ирина. Я не госпожа, ты ведь сам знаешь, что я самая обычная эсха, как и многие другие девушки в этом дворце.

— Да, вы на данный момент являетесь эсхой, но, гос… Ирина, все девушки, находящиеся в дворце, не демоны среднего порядка. Кто-то низшего, а кто-то и вовсе не причисляется к нашей расе. Многие принадлежат и к другим мирам, — терпеливо пояснял он мне.

— К другим мирам? — Я удивленно взглянула на Васира, который, сцепив руки на груди, размышлял о чем-то своем, уставившись в одну точку. — И много их?

Он кивнул.

— Да, много. Но мы тесно сопряжены с миром Энсеркан, в котором правят Арахсшарские Демоны. В свое время была даже война за территории с ними, сейчас же, после последней кровопролитной битвы, в которой погиб брат Оэра — Ратхар, стало спокойно. Арахсшарсы иногда наведываются в наш мир, заключая выгодные сделки, как для нас, так и для них самих. Какие это сделки, мне не известно, да и не положено низшему демону вникать в дела Империи. По прошествии полутора веков был заключен не один договор, который помог наладить хоть какую-то видимость мира. Этот мир длится уже сто пятьдесят лет. — Васир говорил тихо и спокойно, но взгляд его словно отсутствовал, словно он находился сейчас не здесь, но где-то там, далеко, словно перенесся в прошлое.

— Ты так рассказываешь, словно сам побывал там, — предположила я, затаив дыхание, ожидая ответа.

— Меня там не было… почти. Не пристало безродному демону низшего порядка сражаться подле господ, но я жил в то время, когда разразилась та война. Многие жизни она тогда унесла — как благородных демонов среднего порядка, так и низших. Гибли те, кто не имел никакого отношения к тем бедам, что обрушились на наш мир. — Васир тяжело вздохнул. — В то время война унесла многие тысячи жизней, в том числе и моих родных. Я остался один.

— Сочувствую твоей утрате, — попыталась поддержать, хоть и понимала, что у меня это вряд ли получится. Мне было жаль его, он пережил потерю всех своих близких, оставшись в живых. Как он нашел в себе силы продолжить жить и бороться? Ведь потеря близкого и любимого че… демона, способна разрушить тебя изнутри. Я не знала ответа на этот вопрос.

— Не стоит, Ирина. Это уже в прошлом, — отмахнулся Васир, продолжая стоять подле меня, глядя сверху вниз.

— Вась… То есть, Васир, присядь, пожалуйста, а то у меня шея немного затекает смотреть на тебя, — мило улыбнувшись, попросила его, а он даже и сопротивляться не стал — сел на пол, сложив ноги по-турецки. — Скажи, а как ты оказался во дворце Оэра?

Васир передернул плечами, но все же ответил:

— Я, когда потерял всех своих близких, решил отомстить Арахсшарсцам, которые принесли войну в наш мир, но я, молодой тогда и глупый, не учел, что сил на то, чтобы бороться с ними у меня нет. Демоны низшего порядка во много раз слабее тех, кто относится к среднему, не говоря уж про Оэра, который относится в высшему порядку — в нем такая магия, которая не подвластна ни одному из нас. Поэтому, когда я встретился с одним из Арахсшарсцев, то был, по сути, беззащитен, и он легко справился со мной, взяв в плен.

— Ты был в плену у них? — воскликнула я, прикрыв рот ладонью.

Васир кивнул, скрестив руки на груди, словно замыкаясь от окружающего мира. Было видно, что данная тема ему неприятно, но он не замолчал, как я ожидала, а продолжил свой рассказ:

— Я был в плену до тех пор, пока не прекратилась война. Из меня сделали раба, который прислуживал Арахсшарсцам: подносил еду, грел воду, убирал. Да много чего еще.

— Кошмар. А сколько длилась та война? — Затаила дыхание в ожидании ответа.

— Двадцать лет.

— Сколько?! — Я не могла поверить, что вот этот милый и красивый юноша, которым он мне сперва показался, так долго был рабом у тех, кто принес войну, у тех, кто разрушил его жизнь. Теперь понятно, что он не тот, кем мне показался сперва. Он не тот милый парень, который смущался и едва не упал в обморок, скорее, он тогда проверял меня и мою реакцию на него, но он уже взрослый мужчина, многое переживший в своей жизни. — Как ты выдержал?