Ангел-мститель (СИ) - Буря Ирина - Страница 1

Annotation

Новый год начался с воссоединения со старыми друзьями и прощания с неприятными знакомыми. Ангел-хранитель Татьяны Анатолий все глубже погружается в человеческую жизнь, открывая в ней все новые и новые привлекательные стороны. Татьяна вплотную сталкивается с великой ангельской тайной, скрытой за семью печатями даже от большинства небесного сообщества. Тоша находит, наконец, истинный центр притяжения в своей жизни…

Но если ангелам земная жизнь становится все роднее, то Марина устремляет свои помыслы к деятельности небесных карателей. Печальный конец предыдущей жизни, в котором она винит своего тогдашнего хранителя, подталкивает ее к решительным действиям в защиту добра и справедливости. И чтобы не наломать дров в настоящем, ей нужно разобраться в своем прошлом…

Глава 1. Если ее перебивают, значит, не к месту заговорила

Глава 2. Новые горизонты

Глава 3. Помощь и взаимовыручка

Глава 4. Жену, как работу, выбирают один раз в жизни

Глава 5. Здоровый образ жизни

Глава 6. Очередные медвежьи услуги

Глава 7. В работе нужно уметь видеть перспективу

Глава 8. Познавательное сравнение

Глава 9. Подсадная утка

Глава 10. Я отрастила себе чувство долга, как горб

Глава 11. Взгляд в будущее

Глава 12. Экскурс в прошлое

Глава 13. Кто идет по жизни, оглядываясь, рискует споткнуться

Глава 14. Коварный штиль

Глава 15. Подводные течения

Глава 16. Сколько можно уступать всем дорогу?

Глава 17. Моменты истины

Глава 18. Искусство убеждения

Глава 19. Единство противоположностей

Глава 1. Если ее перебивают, значит, не к месту заговорила

Та, которую позже назвали Мариной, вышла из проходной и торопливо направилась к остановке. Глянув на собравшуюся там толпу народа, она облегченно вздохнула. Слава Богу, вереница автобусов еще не прошла. Она давно уже перестала удивляться загадочности расписания движения городского транспорта: минут тридцать тоскливого вглядывания в пустынный горизонт, после чего к остановке торжественно направляется кавалькада жизнерадостно желтеньких, единственно доступных средств передвижения. Временами она предпочитала пропустить первые два автобуса, которые истосковавшиеся по родному домашнему уюту труженики брали штурмом. Но не сегодня.

Сегодня, перед тем как забрать детей из школы, ей нужно было еще в магазин зайти. Купленное вчера молоко свернулось на огне, и к завозу белого хлеба она опоздала — еле уговорила утром детей взять с собой в школу бутерброды с ржаным. Можно было бы, конечно, сначала за детьми зайти… Нет, в магазине наверняка очередь будет, а в ней с детьми стоять — одно наказанье. Ныть начнут, что долго, придется их то и дело одергивать, чтобы не шумели — не успеешь оглянуться, как кто-то впереди без очереди втиснется.

Летом было куда лучше. Летом она могла себе позволить прогуляться пешком до метро. Там и ходу-то было с полчаса, не больше, и дорога приятная — по широкому бульвару, между старыми раскидистыми кленами, под кронами которых и жара вовсе не чувствовалась. Летом можно было не спешить домой — дети на месяц отправлялись в лагерь, затем брала отпуск ее мать, а там уже и ее отпуск подходил, когда о поездках на работу вообще можно было забыть. Как и о самой работе, да и о душном, пыльном городе в придачу. Ее отпуск всегда посвящался оздоровлению детей — спасибо работе мужа в министерстве, владевшем добрым десятком санаториев, пансионатов и турбаз у моря.

В конце бульвара, из-за угла показалось долгожданное желтое пятнышко. Толпа на остановке заволновалась, нервно переминаясь с ноги на ногу и пытаясь предугадать, в каком же конкретно месте сегодня откроются заветные двери автобуса. Та, которую позже назвали Мариной, двинулась вместе со всеми, стараясь держаться в самом центре подобравшейся в боевой готовности кучки народа. Оказаться в первых рядах опасно — если не угадаешь с местом открытия дверей, так прижмут к стенке автобуса, что не только вперед двинуться, вдохнуть не получится. Сзади оставаться тоже рискованно — те, кто понапористей, с боков обойдут, разве что на последнюю ступеньку втиснешься, уткнувшись носом в поясницу ближайшего соседа. А так в едином порыве внесет тебя толпа внутрь, как морская волна выбрасывает на берег безропотный матрац.

Внесла. И забросила чуть ли не в самый конец автобусного салона. Та, которую позже назвали Мариной, вздохнула с облегчением. Возле метро у этого маршрута была конечная остановка — значит, оказавшись у самой задней двери, она и выйти сможет одной из первых. Тихий внутренний голос поздравил ее с проявленной предусмотрительностью и напомнил, что терпение и безропотность никогда не остаются невознагражденными. В конечном итоге.

Автобус, наконец, натужно проскрипел дверьми и медленно тронулся с места. Та, которую позже назвали Мариной, крепче ухватилась рукой за поручень — сейчас водитель точно несколько раз дернет, чтобы пассажиры, набившиеся в автобус до отказа, поплотнее утрамбовались. Вдруг краем глаза она заметила, что на нее кто-то смотрит. Нехорошо смотрит — тяжелым, угрюмым взглядом. Покосившись через плечо (повернуться в такой давке она не смогла бы даже ради спасения своей жизни), она увидела сидящую у окна маленькую, остроносую девушку с темными волосами, собранными в аккуратный пучок на голове. А, Алла. Вот же угораздило именно сегодня с ней в один автобус попасть. Девушка тут же отвернулась к окну, еще сильнее поджав губы.

Хорошее настроение тут же улетучилось. Та, которую позже назвали Мариной, вспомнила сегодняшний разговор с руководителем лаборатории.

Она всегда была отличницей, и красный диплом позволил ей получить распределение в солидный научно-исследовательский институт. Но окончание университета совпало в ее жизни со свадьбой, и, не успев и года проработать, она ушла в декрет, который затем плавно перешел во второй, и вернулась она на рабочее место спустя четыре года, когда сын с дочерью благополучно доросли до детсадовского возраста.

Оказалось, что жизнь все это время не стояла на месте. Ее сотрудники писали статьи, участвовали в конференциях и защищали диссертации. Вновь окунувшись в атмосферу великих идей, устремленных в будущее, она вспомнила о своей давнишней мечте внести достойную лепту в дело научного прогресса и развития страны. Но дети в садике постоянно болели, и скоро о самостоятельной тематике с ней уже никто даже не заговаривал. Все чаще и чаще ей поручали краткосрочные исследований — чтобы она успела закончить их до следующего больничного. Так и вышло, что со своим красным инженерным дипломом она исполняла работу лаборанта, собирая фактический материал для научных статей многочисленных сотрудников.

Вот как, к примеру, для Аллы. Она разрабатывала некий новый метод упрочнения поверхностного слоя определенных сплавов, который должен был лечь в основу ее кандидатской диссертации. Та, которую позже назвали Мариной, провела целую неделю, измеряя твердость предоставленных ей образцов — как до обработки, так и после каждого из ее этапов.

Сегодня ее вызвал руководитель лаборатории и сообщил, что измерения придется повторить. Она растерялась — работу свою, даже самую рутинную, она всегда выполняла методично и скрупулезно. Но руководитель объяснил ей, что в полученных ею данных наблюдается слишком большой разброс значений, что не дает возможности ни подтвердить, ни опровергнуть теорию автора метода. «В то время как по другим показателям результаты измерений однозначно указывают на то, что метод дает положительный эффект», — подчеркнул он.

Та, которую позже назвали Мариной, раздраженно хмыкнула, вновь покосившись на Аллу. Это кто еще должен злиться? Той ни обработку повторять не придется, ни образцы новые готовить — всего лишь подождать пару дней. А второй раз одно и то же делать кому бы понравилось? Внутренний голос шепнул ей, что нехорошо сердиться на человека, который придумал что-то новое и которому не терпится убедиться в его полезности.