Ангел-мститель (СИ) - Буря Ирина - Страница 121

Услышав голос Франсуа, я даже глазами захлопала. Вот это оперативность — похоже, Сан Санычу действительно ни один претендент на мою должность никак не понравился!

— Танья, — восторженно, как всегда, забулькал он, — возможно, я покажусь тебе эгоистом, но я чрезвычайно рад, что смогу и дальше вести дела с тобой! Тебе будет очень трудно?

— Справлюсь, — буркнула я, не успев еще сойти с волны беседы с Тошей. — Честно говоря, мне было бы жаль отдавать эти дела в совершенно незнакомые руки.

— Мне тоже, мне тоже! — радостно подхватил он. — Я сделаю все, чтобы максимально облегчить твою нагрузку. Пожалуй, в мой ближайший приезд мы с Александром сами справимся — для подписания договора моего русского должно хватить. Ваши предложения мы уже получили, их можно согласовать в электронном виде.

По степени заразительности оптимизм Франсуа не мог сравниться ни с чьим другим.

— Ну, если ты в сентябре приедешь, — рассмеялась я, — то я еще буду вполне в пределах досягаемости.

— Значит, я приеду в сентябре, — пообещал он. — Мне, кстати, и с Мариной нужно побыстрее встретиться.

О, вот уж воистину удача повалила — в компенсацию за все мои двухнедельные страдания и переживания!

— А у тебя уже и с ней дела появились? — замаскировала я под шутку свой давно уже не удовлетворенный интерес к Марининой жизни.

— Ну, кто же откажется расширять свой бизнес? — также легко отшутился он.

— Я так понимаю, она вам с Анабель понравилась? — зашла я с другой стороны.

— В целом, да, — подтвердил он. — С деловой точки зрения она — блестящий партнер: четкий, целеустремленный, видящий перспективу и не останавливающийся на достигнутом. Я не сомневаюсь, что работать с ней будет одно удовольствие. Кстати, я все больше убеждаюсь, что все разговоры о милых домашних славянских женщинах — не более чем миф. Что же до других ее интересов… — Он замолчал.

Так-так-так, чует мое сердце, что сегодня случится у меня прорыв по всем направлениям. Я затаила дыхание.

— Она выбрала далеко не самый… простой путь их реализации, — продолжил через пару мгновений Франсуа. — И мне кажется, что на нем ее достойные восхищения деловые качества могут оказаться… чрезмерными. Я не уверен, что ей и там следует настолько прямо идти к своей цели и настолько не бояться никакого риска. Анабель постоянно напоминает мне о… Стасе — я правильно запомнил имя? — но я всего-навсего человек… — Я прямо увидела, как он развел при этих словах руками.

— Ты тоже считаешь, что ее нужно контролировать? — уныло спросила я.

Он, похоже, понял, о ком я говорю.

— Мы с Анабель считаем, — ответил он, — что ее не стоит оставлять один на один с ее идеями. В ней слишком громко… по известным причинам… говорит желание доказать свою состоятельность — не исключено, что оно может заглушить в ней доводы рассудка. Контролировать каждый ее шаг, пожалуй, не стоит — она этого просто не допустит — но присматривать за ней нужно. И быть в постоянной готовности, если придется воззвать к ее разуму. Анатолий, кстати, разделяет нашу точку зрения, — помолчав, добавил он.

Да?! Он чью угодно точку зрения разделит, кроме моей! И что же это получается — он тогда у Светки к ее разуму воззвал… результативно, после чего присматривать за ней взялся… в полной готовности задержаться на работе? Посадив при этом меня под домашний арест? Чтобы я с ним дуэтом не взывала — он же у нас всегда был любителем сольных выступлений! А то, что мне первой до нее достучаться удалось — уж до разума или совести, не знаю, и в его, между прочим, защиту! — это ничего? Ну, все — сегодня вечером в программе мой сольный концерт будет. В трех частях. Без антракта. Чтобы встречные аргументы придумать не успел.

Когда мой ангел вернулся домой (опять позже обычного!), я встретила его в прихожей. Прислонившись для устойчивости к стене, сложив руки на груди во избежание преждевременного перехода от слов к делу и плотно сжав губы, чтобы не вылить на него сразу весь поток возмущения.

— Ты чего? — спросил он, удивленно глянув на меня.

— Я думаю, — отчетливо произнесла я.

— Значит, существуешь, — усмехнулся он, подходя ко мне.

Ах, он еще и издеваться будет? Я выставила перед собой руку — указательным пальцем кверху — как заградительный барьер. Он заинтересованно склонил голову к плечу.

— Я думаю над тремя сложными вопросами, — уточнила я, не опуская указательный палец.

У него задрожал подбородок. — Одновременно?

— Я думаю над тем, — не поддалась я на провокацию, — с каких пор в твои обязанности стало входить мое трудоустройство. Я думаю над тем, — разогнула я и средний палец, — чем ты занимаешься после работы в глубокой тайне от меня. Я думаю над тем, — за средним пальцем последовал безымянный, — не связаны ли эти занятия с неожиданным — для меня, разумеется — уходом Марины в подполье.

— Ага, — понимающе кивнул он. — Ну, пошли на кухню.

Ну, это уже вообще! Хотя, с другой стороны, спасибо, что не в гостиную — там наши переговоры всегда моим поражением заканчиваются. Я быстро последовала за ним, пока и он об этом не вспомнил.

На кухне он кивнул на стул.

— Сидя, разговаривать удобнее.

Так, понятно — либо что-то такое происходит, что я в обморок грохнуться могу, либо хочет заранее с толку сбить. Я поерзала, усаживаясь понадежнее, и принялась мысленно повторять три своих вопроса, чтобы не забыть от неожиданности, что, собственно, я должна сегодня выяснить.

— Прежде чем я отвечу на твои вопросы… Я отвечу! — повысил он голос, как только я рот открыла. — Как часто ты за эти две недели в зеркало заглядывала?

— Каждое утро в ванной! — возмутилась я намеком на то, что я еще и за собой следить перестала.

— И что ты там видела? — насмешливо спросил он.

— Две стены, дверь, угол ванны, занавеску… — старательно принялась перечислять я.

— А зомби среди этих объектов случайно не заметила? — живо поинтересовался он.

— Кого? — опешила я. Добился-таки своего!

— Зомби, — сделавшись вдруг серьезным, повторил он. — В которого ты превратилась. У меня уже сердце кровью обливается на тебя смотреть. Я ведь прекрасно понимаю, каково тебе — с твоим-то неугомонным характером — целый день взаперти, без дела сидеть. О том, чтобы ты сама по улицам бродила, и речи быть не может — на одних только дорогах что творится! Я тоже не могу все бросить и с тобой оставаться — жить-то нам на что-то нужно. У меня мелькнула было мысль, что ты у родителей развеешься — ты, вроде, с матерью как-то сблизилась в последнее время — но, к счастью, ее стиль жизни тебя все также не устраивает, — расплылся он в довольной улыбке.

— И поэтому ты взялся меня, как бедного родственника, назад Сан Санычу подсовывать? — сухо поинтересовалась я. Сухо и быстро — пока влажное дрожание из области солнечного сплетения в голос не прорвалось.

— Нет, я начал думать, что делать, — спокойно ответил он. — И спросил у Тоши — он ведь лучше знает! — в чем заключается твоя чисто переводческая работа, и нельзя ли ее выполнять, не являясь каждый день в офис, и не разумно ли оставить ее тому, кто в ней прекрасно разбирается. Я ведь знаю, что она тебе очень нравится, и что тебя на работе очень ценят, и что я всегда найду возможность освободить тебя на время от других дел. Мне казалось, что такой вариант всем на пользу пойдет.

— Спасибо, — неожиданно для себя проговорила я — естественно, дрогнувшим голосом.

— И, кстати, я очень рад, — тут же воспользовался он кратким моментом моей слабости, — что тебе моя инициатива неприятной показалась. Надеюсь, теперь ты поймешь, как я себя чувствовал, когда ты — ни словечком меня не предупредив — Тошу из невидимости вывела, и с Галей его познакомила, и в свидетели его записала, и на работу устроила, и к себе переехать заставила…

Э, нет — в этом направлении мы точно разговор уводить не будем! Я уже давно признала… почти вслух…. практически глядя ему в глаза…. что самостоятельное принятие решений было одним из крайне редких моих недочетов. Даже с учетом того, что необходимость оного была в то время абсолютно оправдана сложившимися обстоятельствами, требующими немедленного реагирования. И нечего мне теперь до конца жизни на чувство вины давить. И уж тем более это не давало ему никакого права поступать таким же (им же признанным неправильным!) образом в последнее время со мной!