Ангел-мститель (СИ) - Буря Ирина - Страница 65

Поэтому когда Сан Саныч велел Ларисе подключаться к переводу, я только обрадовалась. Во-первых, она меня немного разгрузит; во-вторых, я посмотрю, как она терминами владеет. Оказалось, что не очень — но я не переживала, зная, что профессиональный словарный запас — дело наживное и, главное, при желании недолгое. Все мои подсказки она просто на лету схватывала, посверкивая благодарной улыбкой и с готовностью подхватываясь с места, чтобы отнести Сан Санычу готовую порцию материалов — чтобы мне лишний раз вставать не приходилось.

После одного из таких челночных передвижений, она остановилась возле моего стола и с совершенно несчастным видом произнесла: — Татьяна, тебя Сан Саныч просил к нему зайти.

На лице у нее была написана такая тревога, что я невольно улыбнулась с сочувствием — решила, небось, что начальник недоволен ее переводом и намерен вернуть ответственное дело в руки более опытного сотрудника, а ее больше на пушечный выстрел к нему не подпускать. Я же пошла к нему в кабинет с абсолютно спокойной душой — зная Сан Саныча, я не сомневалась, что малейшее недовольство он бы ей прямо в лицо высказал, не стал бы у нее за спиной лишать ее веры в свои силы.

— Да, Сан Саныч? — сказала я прямо с порога.

— Садись, Татьяна, — кивнул он в сторону стоящего сбоку его стола стула, на котором я обычно устраивалась во время высоких переговоров. — Франсуа только что звонил, сказал, что задерживается.

— А что случилось? — удивилась я. В работе Франсуа всегда был точным, как часы — наверно, именно поэтому им с Сан Санычем было так легко общий язык найти.

— Не знаю, не объяснил, — озадаченно покачал головой Сан Саныч. — Сообщил только, что дела сейчас требуют его присутствия, но в мае он обязательно будет — не уточнил только, когда. Обещал пока прислать материалы по всем новинкам — в надежде, как он сказал, что они нас заинтересуют.

— А они нас заинтересовали? — с улыбкой спросила я.

— Не то слово! — В глазах у Сан Саныча загорелся знакомый мне фанатичный огонек. — Сейчас быстренько распродадим остатки — скидку хорошую дадим — и переходим на новый ассортимент, как только я с ним контракт подпишу.

— Сан Саныч, лето же идет! — Даже у Сан Саныча с таким энтузиазмом редко приходилось встречаться.

— Ничего-ничего! — уверенно махнул он рукой. — За таким товаром к нам и летом очередь выстроится. Значит, так, — перешел он на деловой тон, — заноси все новые материалы в компьютер, в готовом для заказов виде, и пусть Лариса с тобой и дальше работает — старые каталоги ей уже вряд ли понадобятся. Да, еще одно, — спохватился он напоследок, — пусть она по ним презентацию для остальных подготовит. Девочка она, вроде, толковая, но посмотрим, как она с этим справится.

Я вышла из его кабинета с ощущением смутного беспокойства. Как-то непохоже это все на Франсуа. Если бы на фабрике у него какие-то сложности возникли, не стал бы он нас новинками заманивать — производил бы себе то, что и так прекрасно продается. И стадию разработки эти новинки уже явно прошли, если он их нам предлагает. Что же это за дела у него — не связанные с бизнесом, но не позволяющие этим самым бизнесом с присущей ему обязательностью заниматься? Ответ пришел ко мне мгновенно. В жизни Франсуа не было ничего важнее бизнеса и Анабель. Вернее, Анабель и бизнеса.

Господи, что там у них случилось? И ведь если задуматься — страшно даже вспомнить, сколько времени они уже с нами на связь не выходили! Или… только со мной? Опять, что ли, отдельный представитель небесной мудрости решил, что ангельские дела меня не касаются, и хихикает у меня за спиной, ручки потирая? Чуть ли не полгода!

К счастью, в этот самый момент мне на память пришли совсем недавние события, и мне даже неловко стало. Вот и с Тошей я его во всех смертных грехах подозревала, а оказалось, что тот нас обоих в потемках держал, пока не пришлось его спасать. Нет, намного лучше его просто спросить — а потом уже решать, злиться или «Скорой Помощью» работать.

Вечером я и спросила — как только села рядом с ним в машину.

— Ты когда в последний раз от Анабель что-нибудь слышал?

— А что случилось? — тут же нахмурился он.

— Ты сначала ответь, — прищурилась я, — а потом уже встречные вопросы задавай.

Он задумался.

— По-моему… — Он несколько раз хлопнул глазами, старательно припоминая. — Нет, точно — в этом году мы не созванивались. Ты же сама с ней последняя говорила — ну, тогда, в декабре! — Глаза его метнулись к моей талии.

Вспомнив, что в том разговоре Анабель уверенно подтвердила возможность того, что сейчас уже стало непреложным фактом моей жизни, я окончательно расстроилась. Надо же — она так не поленилась пойти мне навстречу, раскопать — по моей просьбе — тщательно скрываемую информацию, а я? Поблагодарила и забыла? Наслаждаюсь своей спокойной и размеренной жизнью, даже не задумываясь о том, что и она может в переделку попасть? А самой спросить? Помощь, или хотя бы участие предложить? Это ведь только мой ангел уверен, что нужно обязательно ждать, пока тебя попросят — а сколько раз она его самого выручала, без всяких взываний?

— Понимаешь, — медленно проговорила я, стараясь донести до него свои сомнения, — сегодня Франсуа звонил и сказал, что его приезд задерживается. В подробности вдаваться не стал, но с его фабрикой это точно не связано. И как-то мне неспокойно стало…

— Ну, так давай им сегодня позвоним, — предложил он без единого слова уверения, что ангел Анабель вполне в состоянии самостоятельно преодолеть любые трудности в своей жизни.

У меня от сердца отлегло. Вот такой поворот событий меня вполне устраивает. И звонить буду я!

Франсуа ответил после третьего гудка — и довольно напряженным тоном.

— Франсуа, это — Таня. У вас все в порядке? — выпалила я вместо приличествующих долгому перерыву в общении вопросов о здоровье, семье и погоде.

— Здравствуй, Танья, — обрадовано отозвался он, и добавил с легкой заминкой: — Да, у нас все неплохо.

— Ты просто отложил свой приезд, — с неловкостью принялась объяснять я, — и мы с Анатолием немного заволновались…

— Дело в том, — проговорил Франсуа с расстановкой, словно слова подбирая, — что мы с Анабель хотели вместе приехать, а у нее сейчас немного связаны руки — она никак не может отлучиться…

— Анабель не может? — на всякий случай уточнила я, и краем глаза заметила, что мой ангел резко наклонился вперед и замер. Прислушиваясь.

— Да, — непринужденно бросил Франсуа, — но у меня есть основания полагать, что скоро все уладится, и мы обязательно приедем. Как вам понравились мои предложения? — оживленно поинтересовался он.

Молодец Франсуа! Вот пусть некоторые тоже мебелью посидят при нашем деловом разговоре!

— Очень понравились, — от души рассмеялась я, — Александр готов прямо сегодня их все принять. Так что приезжайте скорее — чтобы я успела в переговорах поучаствовать, а то в декрет уйду!

— О-о-о! — Как ему удалось этот звук на тридцать секунд растянуть? — Это — замечательная новость! Анабель будет просто в восторге. И теперь я точно знаю, что она сделает все, чтобы побыстрее освободиться. Мы непременно сообщим вам, как только решим с датой.

Положив трубку, я вопросительно посмотрела на моего ангела. Он уставился в пространство перед собой — глаза прищурены, губы в ниточку сжаты, между бровями — морщинка.

— По-моему, что-то произошло у Анабель, — нерешительно произнесла я, когда пауза уж слишком затянулась.

Он молча кивнул, даже не глянув в мою сторону.

— Может, ты ей позвонишь? — предложила я чуть более настойчиво.

Он встряхнулся и снизошел, наконец, до того, чтобы одарить меня взглядом — полным вселенского терпения.

— Спасибо, сам не догадался, — ответил он подходящим взгляду голосом.

Очень хорошо — я тоже умею интерьером любоваться!

— Не знаю, не знаю, — задумчиво проговорила я, внимательно рассматривая потолок, — ты как будто говорил, что навязывать свою помощь некрасиво…

— Татьяна… — раздалось рядом со мной тихое рычание, и я немного сдала назад, чтобы не узнать, что именно приключилось с Анабель, только от нее самой. Когда приедет.