Ведьма по контракту (СИ) - Стрельцова Виктория - Страница 11

Хозяин замка посмотрел на меня так, словно перед ним была не болотница, которой от роду уже сто пятьдесят лет, а всего на всего ребенок.

— Церемония бракосочетания, — ответил некромант, не вдаваясь в подробности. А собственно, какие тут могут быть еще подробности? Он хочет выдать меня замуж, но за кого? За Кроу или старший братец сам изволил стать моим супругом?

— Ну, уж нет, — категорически заявила я. — На это я не подписывалась. Болотница не может выйти замуж, — добавила я, скрестив руки на груди.

Некромант молча продемонстрировал мне лист бумаги, где внизу красовался багровый отпечаток.

— Можешь быть свободна, — сказал он, жестом указав на дверь.

— Но я не могу выйти замуж, — воскликнула я, не скрывая своего отчаяния. Слезы подступили к глазам, скрывая силуэт Алвиса за соленой пеленой. — Я ведь болотница. Всем известно, чем это чревато для ведьмы. Я…

— Довольно, — прервал мои мольбы непреклонный Хозяин мрачного замка, снова напомнив мне, где находится выход из его кабинета.

Взывать к его жалости и пониманию было бессмысленно. Разве может это существо, с куском льда вместо сердца, думать о ком-то, кроме себя? Вряд ли.

Зря я не слушала покойную бабку. Зря ввязалась в эту игру, правила которой знают лишь двое коварных некромантов. Для них я лишь игрушка. Средство достижения неведомых мне целей.

Я расхаживала по отведенной мне комнате взад и вперед, от злости сжимая и разжимая кулаки. Ненависть к наглому некроманту, который против воли решил затащить меня под венец, с каждой секундой становилась все сильнее. Страх отступил на второй план.

Я остановилась у высокого шкафа и одним резким движением открыла дверцы. М-да, этот гардероб был раза в четыре больше моего покосившегося шкафчика в домике на Болотных топях. Только в высоту он превзошел его, пожалуй, как минимум раза в два.

На тонких вешалках висели черные, словно беззвездная ночь платья. Здесь был и шелк, и бархат, и струящиеся полупрозрачные ткани, украшенные россыпью переливающихся кристаллов. Любая девушка Междуземья могла бы мне сейчас позавидовать. Но, тем не менее, я была равнодушна к столь щедрому подарку. К тому же, мое платье с ручной вышивкой нравилось мне куда больше.

Я с силой захлопнула тяжелые дверцы, которые с грохотом встали обратно, на свое место.

Фердинанд, который до этого момента сидел на узком подоконнике, от неожиданности рухнул на холодный, начищенный до блеска пол. Жаб поднял на меня возмущенный взгляд, и уже было хотел прочитать мне очередную лекцию о моем отвратительном характере, но я его опередила.

— Они хотят жениться на мне! — воскликнула я, плюхнувшись на мягкую кровать. При этом мой голос предательски дрогнул.

— Вдвоем? — спросил мой любимый жаб, подобравшись ко мне поближе, но все еще соблюдая дистанцию для собственной безопасности.

— Что за глупости? — я бросила на Фердинанда укоризненный взгляд.

— И кто твой будущий жених?

— Понятия не имею, — развела я руками. — Впрочем, мне все равно. Кем бы он ни был, никакой свадьбы не будет! Я потомственная болотная ведьма. Если им вздумалось жениться на мне для плотских утех, то пускай поднимут с того света пару-тройку девиц. Я в эти игры играть не буду, — заявила я.

— Не думаю, что им именно это нужно от тебя, — проквакал жаб, скептически окинув меня взглядом ярко-желтых глаз. Этот довольно неестественный цвет следствие неудачного заклинания, благодаря которому мой маленький друг теперь умеет не только квакать, но и говорить. К слову сказать, первое он делает даже немного чаще.

— Каким бы не был их план, воплотить его в жизнь им еще придется постараться, — решительно сказала я, не намереваясь так просто сдаваться. — Когда ближайшее полнолуние?

— Ровно через семь день, — без промедлений отозвался Фердинанд.

— За это время я обязана что-нибудь придумать, иначе навсегда останусь последней в Междуземье болотной ведьмой. Наш род прервется. Я не передам свой дар и умру в страшных муках, — сказала я, не скрывая своего отчаяния.

Убить в себе ведьму так себе перспектива на будущее, я вам скажу. А именно это и произойдет со мной, как только я стану законной женой любого мужчины Междуземья. Будь то наг, оборотень или некромант. Дар болотной ведьмы жив до тех пор, пока она не вступила в порочную связь с представителем противоположного пола.

Конечно, тут есть исключение, как и у любого правила. Если ведьма, полюбившая своего избранника безграничной и чистой любовью, отдавшись ему, получит в ответ те же чувства, то дар не только останется при ней, но и получит небывалую мощь.

Вот только ни одна из болотных ведьм не решилась на такой риск, за исключением Айриш, сестры моей прабабки. В возрасте ста двадцати лет вскружил ей голову оборотень. Раненным нашла она его в Болотных топях. День и ночь Айриш выхаживала мужчину, пока тот не пошел на поправку. По уши влюбилась она в зверя, который оказался им не только снаружи, но и внутри. Слезно просил оборотень отправиться с ним. Обещал весь мир положить к ее ногам. Айриш ни на секунду не сомневалась в искренности его чувств, потому и отдалась оборотню накануне их отъезда. А на рассвете его и след простыл. Не осталось при ней и дара.

Болотные ведьмы отвернулись от предательницы, что пошла на поводу у своих чувств. Остаток своих дней провела она в одиночестве. С каждым днем ее красота и молодость улетучивались, тело покрывалось морщинами, а черные как смоль волосы редели и приобретали белесый оттенок. Спустя десять лет Айриш покинула этот мир, корчась в страшных муках и проклиная того, кто отнял у нее дар и сердце.

Я отогнала дурные воспоминания о своей предшественнице, о которой поведала мне покойная бабка. Убедить меня в том, что замужество это верная смерть, у нее хорошо получилось. За это я была ей очень благодарна. Любовь, вовсе не то чувство, о котором можно слагать стихи и песни. В первую очередь это оружие. Это яд, которым мы добровольно травим свою душу.

— Никогда тому не бывать, — сказала я, искренне веря в то, что говорю.

Встав с кровати, я направилась к шкафу. Все эти дорогие ткани, меня словно хотели очернить. Превратить в ту, кем я не являюсь. Забрать самое дорогое, что я с малых лет хранила как зеницу ока.

Я принялась срывать с вешалок длинные платья, бросая их к своим ногам. Такого отвращения к предметам гардероба я не испытывала никогда в жизни. В эту же кучу отправились и туфли, поблескивающие среди бархата и шелка.

Когда все содержимое шкафа оказалось на полу, я успокоилась. Выдохнув, я собрала все те наряды, в какие хотел облачить меня Алвис, и вынесла их за порог комнаты. После чего, демонстративно хлопнув дверью, вернулась в свои покои, чтобы разработать дальнейший план действий.

Глава 9

В качестве протеста в течении всего дня я не выходила из своей комнаты. К моему удивлению никто не поднялся в Северную башню пригласить меня ни к обеду, ни к ужину. С одной стороны, я совершенно не хотела видеть никого из этой сумасшедшей семейки некромантов. Но с другой, пустой желудок уже давал о себе знать.

За окном сгущались сумерки. К вечеру моросящий дождь превратился в ливень, сопровождаемый раскатами грома и отблесками молний. Капли стучали по стеклу. Стекая вниз, они оставляли после себя мокрые дорожки.

Отворив одну из оконных створок, я вдохнула свежий воздух. Жаль, что из Северной башни не видно ничего, кроме простирающегося на несколько десятков метров сада, плавно перетекающего в кладбище с перекошенными деревянными крестами и каменными надгробиями. Где-то вдалеке виднелся неспокойный Старый океан.

Я взяла с прикроватного столика горшочек с мандрагорой и, вытянув руку, подставила его под нещадные струи дождя. Немного опешив от столь неожиданного душа, растение зашевелило коротенькими веточками, а после принялось поглощать живительную влагу.

— Так-то лучше, — сказала я, возвращая мандрагору на место.

За спиной послышались едва уловимые шаги. Кто-то легкой поступью приближался ко мне. Я обернулась, готовясь в любой момент отразить атаку, которая могла последовать от незваного гостя.