Путь Пустой Руки (СИ) - Кащеев Денис - Страница 11

– А можно личный вопрос? – набравшись смелости, спросил затем я.

– Ну, рискни, – усмехнулась Миюки.

– А ты реально японка?

– А что, не похожа? – хмыкнула девушка.

– Наоборот, похожа, но…

– Папа у меня японец, – не дав мне толком договорить, сообщила она. – А мама русская. Он живет в Токио, она – в Питере. А я девять месяцев в году провожу в России, а лето – у отца в Японии. Там я для всех русская, а в России – типа, японка… Хотя чаще за узбечку принимают или казашку – пока по имени не представлюсь. Да и тогда не все верят.

– Понятно, – кивнул я.

Высокий, сложенный из разноразмерных камней забор впереди я приметил еще издали. Ворота в нем были распахнуты, но сразу за ними начиналась зелень сада, и, даже приблизившись, разглядеть скрытое за ней строение мне не удалось.

– Подожди здесь, – деловито велела мне Миюки. Она как-то вся подобралась – словно боец перед жестким спаррингом.

– Хорошо, – ее напряжение, похоже, передалось и мне – аж во рту вдруг пересохло – и ответ прозвучал несколько сипло. Впрочем, девушка меня уже и не слушала, скрывшись в воротах.

Отсутствовала Миюки довольно долго – никак не менее получаса. Надо сказать, следить за временем оказалось не так просто: солнце в вышине стояло неподвижно, словно гвоздями прибитое к небесной тверди. Я это еще выйдя из додзё заметил, но тогда мне несколько не до того было, а теперь вот задумался: а здесь вообще ночь бывает? А утро с вечером? Или один лишь вечный полярный день?

От нечего делать я вызвал игровое меню и принялся его внимательно изучать. Первым делом нашел кнопку «Выйти из игры» – но, как и подозревал, она у меня оказалась наглухо заблокирована. Что ж, не читать мне вместо сна мудрых гайдов… Потом обнаружил, что в «Настройках» можно устанавливать разного рода фильтры: например, отсекать звуки природы и неписей, оставляя слышимыми лишь голоса игроков – и, соответственно, наоборот. Или притушить освещение – вот вам, кстати, и импровизированная ночь! Еще оказалось возможным убрать запахи – точнее, в моем случае, подключить: этот фильтр у меня был почему-то активирован изначально. Сдвинув бегунок, я выяснил, что луг пахнет мятой, полынью и еще чем-то, названия чему мне подобрать не удалось – но довольно приятным.

Увлекшись, я не заметил, как кто-то подошел ко мне сзади, и, лишь когда чужая ладонь звонко хлопнула меня по плечу, вздрогнув, обернулся: за спиной, ухмыляясь, стоял Егор – кстати, ничуть не походивший на человека, добиравшегося сюда непроходимыми буераками. Впрочем, уровень его Бодрости я видеть не мог – возможно, Черных сейчас и пребывал на последнем издыхании, кто знает?

– Что, заблудился? – насмешливо спросил он меня. – Наша гостиница совсем в другой стороне!

– Сам знаю, – буркнул я, отходя от мимолетного испуга.

– А что тогда делаешь здесь? – осведомился Черных.

– Жду Миюки.

– Миюки?! – глаза Егора удивленно распахнулись. – Она что, тоже тут?

– Пошла к здешнему старцу договариваться, чтобы тот меня тренировал, – неохотно пояснил я.

– Тренирует Аркадий Андреевич, – назидательно проговорил Черных. – А Кииоши-сама… Тут другое… А что это ты вдруг решил ускоренно качаться? – с подозрением поинтересовался он, так и не доведя свою мысль до конца.

– А чем тут еще заниматься? – с простодушным видом развел я руками. Упоминать про турнир – мою сокровенную Цель – мне почему-то не захотелось. – Я ж круглосуточник поневоле…

– А, ну да, – ответ, похоже, моего собеседника удовлетворил. – Ладно, ждешь – жди, а я пойду, доложусь Учителю… – он шагнул к воротам – и вдруг замер, согнувшись в поклоне. Я обернулся – и поспешил поступить так же: по саду в сопровождении Миюки к нам шел седовласый старик в украшенном пятью строгими эмблемами – хотелось сказать, гербами – бежевом кимоно и темно-бордовой хакаме. Исподлобья я попытался рассмотреть надпись над его головой – но движение глаз вверх сработало как команда вызова игрового меню, тут же напрочь заслонившего мне весь вид.

Не дойдя до нас с Егором с полдюжины шагов, старец остановился и коротко кивнул. Черных распрямил спину. Убрав, наконец, с глаз долой капризную табличку с кнопками, поднял голову и я.

Кииоши-сама все-таки оказался неписем – его имя было начертано синим цветом. А вот Уровень почему-то не просматривался – вместо числового значения в воздухе висел лишь выразительный знак вопроса.

С полминуты никто из нас не произнес ни слова. Непись задумчиво смотрел на меня, я кротко изучал деревянные сандалии на его ногах. Из-за этого потупленного взора я не сразу понял, что Кииоши-сама что-то говорит – догадался по движению Миюки, но и подняв глаза, увидел лишь беззвучно открывавшийся рот старца. «Фильтр! – молнией пронеслось у меня в мозгу. – Проклятье! Должно быть, забавляясь с настройками, я случайно отключил голоса чертовых неписей!»

Похолодев, я торопливо вызвал меню. «Настройки» открылись не сразу – от волнения я ухитрился сперва мысленно нажать не на ту кнопку.

–…рисовое поле, – услышал я, наконец, скрипучий голос Кииоши-сама. – Возьми, это поможет тебе обрести нужный навык, – достав из рукава кимоно перевязанный алым шнурком свиток, старец протянул его мне и умолк.

Что ж, ничего не оставалось, как только взять с поклоном сей загадочный дар.

Предложено задание «Рисовое поле»

Принять? Да / Нет

Почти машинально я выбрал «Да».

– Приступай, мой новый ученик, – бросил напоследок непись. – А вы оба – идите со мной! – велел он Егору и Миюки.

Считанные секунды – и я снова остался у ворот в гордом одиночестве. Без малейшего представления о том, что и как мне делать дальше.

[1] Список: аге укэ, сото укэ, учи укэ, шуто укэ, нагаши укэ, отоши укэ, гедан барай

[2] Удар передней рукой – ои цки, удар дальней рукой – гьяку цки

8. Рисовое поле

В полной растерянности я развернул свиток: тот был сплошь исчерчен ровными столбиками иероглифов. Красивых таких — однако не несущих для меня ровным счетом никакого смысла. Может быть, моя задача – оперативно освоить навык «Чтение японских крокозябр»?

Маршрут построен

высветилось внезапно у меня перед глазами – не на бумаге, прямо в воздухе.

Что? Какой еще маршрут?

Я бросил новый взгляд на свиток – тот ничуть не изменился: если речь в нем и шла о каком-то свежепостроенном маршруте, то прочесть этого мне было не дано.

Только затем я сообразил открыть меню. Кнопка «Карта» в его левом нижнем углу, до сей поры неактивная – я же не забрал в гостинице ту дурацкую гравюру из ниши в стене – теперь явственно подсвечивалась золотистым. Не долго думая, я на нее нажал, и открылась… Ну, карта, не карта — скорее беглый набросок плана. Уже знакомая мне перевернутая капля — мое местонахождение. Квадратик рядом — это, наверное, жилище старца, больше тут поблизости ничего нет. Уходящий в сторону пунктир – очевидно, тот самый «маршрут». Стрелочка на другом его конце упиралась в нечто бесформенное — дети часто в такой манере рисуют облако. Вот, собственно, и все.

В уголке карты помимо уже привычного крестика – типа, «свернуть» — был еще треугольничек, над которым под моим пристальным взглядом всплыла подсказка: «Понизить приоритет». Я нажал на него — и изображение поблекло, почти растворилось, перестав мешать обзору, но стоило мне «на автомате» снова сконцентрировать на нем внимание – тут же послушно обрело былую четкость.

Еще пару раз переключив обнаруженный режим туда и сюда, я в последний раз оглянулся на ворота, за которыми скрылись Миюки, Егор и Кииоши-сама — словно еще надеясь, что из садика придет какая-то помощь. Но, разумеется, не дождавшись таковой, пожал плечами и зашагал в указанном картой направлении.

Идти пришлось недолго. Уже минут через пять пунктирный указатель вывел меня к месту, которое я сперва принял за заросшее осокой озерцо. Присмотревшись к нему, я не без удивления заметил, что весь водоем был расчерчен на аккуратные квадратики невысокими земляными дамбочками – выглядело это так, словно на водную гладь накинули координатную сетку. В одну из прибрежных ячеек этой сети и уткнулась острым носиком стрелка на моем плане.