Не жизнь без тебя (СИ) - Лисицына Татьяна Юрьевна - Страница 55

Голос его звучал устало, на лбу глубже прежнего залегли морщины, а рот был сурово

- Ладно, завтра мы продолжим. А сегодня я бы хотел выпить с тобой бутылочку красного вина перед сном. Если ты, конечно, употребляешь алкоголь? – на его суровом лице промелькнула усмешка, и Кристина поняла, что он знает о ней, больше, чем она сама.

- Я хотела сегодня завязать, - Кристина усмехнулась. – С тех пор, как мама умерла, я слишком много пью. Никак не могу успокоиться. Я слышу голоса. Вот мамин слышала. Хотя… вы её тоже видели…

- Это способности открываются. Не все с этим справляются. Впрочем, если тебе тяжело, могу закрыть этот канал. Будешь жить обычной жизнью.

- Я подумаю, - сказала Кристина. – Если это способности, то ими нужно гордиться.

- Ты умная девочка. Главное не перепутать миры и вовремя возвращаться. Ну так, как на счёт красного вина?

Кристина склонила голову набок, и её длинные волосы перевесились на грудь.

- Ну если доктор утверждает, что это не галюники, то я могу продолжать употреблять… с удовольствием.

- Употреблять я тебе не дам, слишком дел много, а времени мало. Но пару бокалов на ночь помогут заснуть. К тому же маму твою надо помянуть.

- Вы куда-то уезжаете?

- Почему? А, понял. Времени мало. Нет, Кристина. – Он подошёл и каким-то отеческим жестом взял её лицо в руки и заглянул в глаза. - Тёмные пытаются одержать верх количеством, захватить как можно больше светлых душ. И за твою душу идёт борьба не на шутку. Так что водку пить нам некогда. – Александр опустил руки и быстро вышел из комнаты.

Кристина последовала за ним. Гостиная, освещённая мягким светом, казалась ещё более уютной, и девушка, как ей хотелось, опустилась на диван, который мягко принял её в свои объятия. Ожидая Александра, она пыталась вспомнить, когда ей было так хорошо и спокойно, и не могла.

Глава 23

Виктор пытался наладить программу, когда позвонила Ольга. Он начал расспрашивать о Кристине: она не выходила у него из головы, с тех пор, как он узнал о несчастье c мамой. Оля, толком и не ответив, ни на один вопрос, предложила встретиться вечером. Витя удивился: болтушка Оля отвечала односложно и нервно. Сердце у Виктора сжалось, он решил, что Кристина после похорон мамы находится в депрессии, с которой Оля не смогла справиться. Эх, если бы он мог поехать к ней, чтобы хоть как-то помочь.

Оля никак не могла сосредоточиться на работе, то и дело отвечала невпопад, а на одну старушку даже прикрикнула, что было строжайше запрещено правилами центра. На самом деле, она, хоть и назначила свидание Витьке, совершенно не знала, что делать дальше. Чемодан лежал в камере хранения, свободных денег не было. Мелькнула мысль прийти к Витьке с чемоданом, чтобы у него уже не возникло никаких сомнений, что её нужно взять к себе, но против этого восстала женская гордость. Однажды она уже навязалась. Теперь нужно действовать аккуратно: стать сначала другом, а уже потом, когда он привыкнет, попробовать соблазнить. Если они будут находиться в одном пространстве, это более осуществимо. При мысли о Кристине, у неё снова возникли эти смешанные чувства: зависть, ревность и презрение. Девушка снова стала продумывать, что скажет Витьке, чтобы презрение охватило и его. Он должен, наконец, понять, какая его подруга на самом деле.

Рабочий день тянулся долго. Оля отвечала на звонки, записывала на приём к Ковалёву, выдавала диски с лекциями и не сводила глаз с настенных часов, пока они, наконец, не возвестили о конце рабочего дня. И тут Оля запаниковала. Что, если Витя не возьмёт её к себе? Где она проведёт ночь? На вокзале?

Дрожа от волнения, девушка выбежала из здания и тут же на парковке возле офиса увидела Витькину машину. Развалившись на кресле, он слушал радио с закрытыми глазами и вовсе не искал её в толпе глазами. Оля постучала в окно.

- Привет! – он зевнул. – Задремал, пока тебя ждал.

Оля обошла машину спереди и уселась на переднее сидение.

- Как дела? – спросил Витька, моргая после сна.

- Нормально. Нет, совсем ненормально, если честно. Нужно поговорить.

- Ну давай поговорим, – Витька уставился на неё кошачьими зелёными глазами и скрестил руки на груди. Оля поняла: говорить придётся здесь, а не в каком-нибудь уютном кафе, в которое она надеялась, он её пригласит.

- Я ушла от Кристины.

- Почему?

- Не могу больше находиться с ней рядом. Ты знаешь, что она мне рассказала? Ты хоть подозреваешь, с кем встречался?

На Витькином лице отразилось непонимание, сменившееся раздражением.

- О чём ты говоришь?

- Она убила человека. Ты знал об этом? Она рассказала мне сама. И, судя по всему, не испытывает никаких угрызений совести.

Витя смотрел в окно, не отвечая, а Оля, снова почувствовав, странный спазм в горле, не могла продолжать. Вся её придуманная речь куда-то делась, когда она увидела, как посерело его лицо. Он определённо знал об этом и, похоже, принял Кристину с этим грехом, продолжая любить. На лобовое стекло упали первые капли дождя, а они всё ещё молчали. Потом Витя повернулся к Оле.

- Я до сих пор не знаю, правда ли это. Иногда мне кажется: она это выдумала, чтобы проверить близких людей. А если это правда, я принял это. Кристина написала об этом книгу. Тебе лучше почитать её, прежде чем осуждать.

- Она ещё и написала об этом?! Классическая история. Убийца написала книгу, чтобы оправдаться. Ну я не знаю, как ты, а я не общаюсь с подобными людьми и не собираюсь читать её книгу.

Витя резко повернулся к Оле и начал говорить. Он говорил так быстро и с таким жаром, что Оле казалось: ещё немного и на его губах выступит пена. Он почти кричал на неё, защищая Кристину. Оля, поражённая такой странной реакцией, вжалась в спинку кресла, не сводя с Виктора глаз, думая, как нужно любить, чтобы простить убийство. Он и её укорял за то, что она сбежала от Кристины, которая так много для неё сделала. Оля заплакала от обиды. Он любил и защищал убийцу, а к ней, человеку, который работает на благо других за маленькую зарплату, относился с презрением.

Витя опомнился.

- Прости! Я не должен тебя обвинять. Я считал тебя доброй. Думал, ты поможешь Кристине пережить этот сложный период её жизни.

- Я … стала бояться, после того, что она мне рассказала.

- Что за чушь?!

Хлопнув дверью, Витя отошёл на несколько шагов от машины, словно находиться в одном пространстве с ней стало тошно. Он стоял там так долго, что Оля успокоилась и украдкой вытерла потёкшую тушь и поправила чёлку. Пора приступить к делу, иначе ей останется только вокзал.

Дождь усилился, Витя вернулся в кабину, включил зажигание и повернулся к Ольге.