Не жизнь без тебя (СИ) - Лисицына Татьяна Юрьевна - Страница 72

Кристина в ужасе закрыла лицо руками, и некоторое время сидела так, раскачиваясь из стороны в сторону. Александр оказался прав. Алёнка – это уже Леночка. Надо срочно что-то делать, поскольку её мать действительно может упрятать девчонку в психушку и сломать ей жизнь.

Кристина вскочила с места и взяла телефон. Набрала номер Александра. Он уже сидел в самолете, поэтому долгого разговора не получилось, он выслал смску с адресом человека, который этим занимается и предупредил, чтобы Кристина не медлила, потому что последствия могут быть непредсказуемыми.

- Звони Витьке, пусть приезжает! – выпалила Кристина. –А зачем он тебе звонил?

Оля вздохнула, поняв, что в силу потерянного статуса, ей теперь придётся подчиняться Кристине.

- Если ты вспомнишь, как мы познакомились, - при этих словах Кристина вспомнила: Оля с первого взгляда показалась ей пустышкой. Первое мнение самое верное.

- Помню, у Ковалёва.

- Витя спрашивал: не может ли он помочь.

- Понятно, - прервала её Кристина. – И что, Ковалёв может помочь в этом деле?

- Он в Европе на конференции, оттуда поедет по России с лекциями, в Москве будет через пару месяцев.

- Понятно. Звони.

- Кому?

- Витьке. Скажи, пусть приезжает, как только сможет. Я не могу говорить такие вещи по телефону.

- Сюда?

Кристина усмехнулась.

- А куда ещё? К тебе или к нему поедем? На самом деле я не очень хочу его видеть, но то, что происходит, важнее наших отношений.

Оля набрала номер, поговорила. Кристина не спускала с неё глаз, мысленно контролируя каждое слово. Сердце билось так сильно, что ей в пору валокордину выпить. Что будет, когда Витька приедет?

Действительно, ничего не закончилось. Александр прав.

- Он будет через полтора часа, - сказала Оля после разговора. Кристина кивнула. - У тебя есть что-нибудь выпить?

Кристина насмешливо посмотрела на неё.

- У меня серьёзный разговор, я пить не собираюсь. А ты если хочешь, можешь себе позволить. Только тебе придется сбегать в магазин.

- У меня нет денег.

Кристина подавила желание выругаться. Она бы и сама выпила с удовольствием, чтобы унять дурацкое сердцебиение. Она достала из кошелька тысячу рублей, положила на стол.

- Сходи, купи виски. На станции есть хороший винный магазин.

Оля сцарапала со стола, стуча длинными ноготками, тысячу рублей, посмотрела на Кристину.

- Что-нибудь ещё? Очень есть хочется.

- Я только приехала. Продуктов в доме нет. – Кристине вдруг подумалось, что Витька приедет голодным и его тоже надо накормить. Хотя она вовсе не обязана никого кормить, но ей тоже хотелось есть. Она достала ещё тысячу, положила на столик. – Если я плачу, готовить ужин будешь ты, вот и придумай что купить. Послышался знакомый скрежет ногтей и бумажка исчезла.

Кристина порывисто встала и не в силах больше смотреть на Ольгу, поднялась к себе и закрыла дверь. Итак, они скоро увидятся. Нахлынули воспоминания, счастливые моменты, вперемешку с пережитой болью. Зачем судьба подготовила им встречу именно тогда, когда она успокоилась и нашла мужчину, с которым ей было хорошо? При мысли об Александре стало легче. Она должна пройти через это искушение, чтобы между ними ничего не стояло. Или всё-таки Витька ещё важен для неё?

Кристина спустилась вниз. Раскрасневшаяся Ольга выгружала продукты на стол. Кристина достала пузатые бокалы и открыла бутылку. Налила и сразу выпила. Никаких тостов. Присела на диван, наблюдая за Олей, припавшей к бокалу, как больной к лекарству. Тоже волнуется перед встречей, подумала она, и ей стало легче.

- Что будешь готовить? – спросила она.

Оля дёрнулась, поставила бокал на стол.

- Я купила рыбу, надо разморозить, – она посмотрела на часы. – Надеюсь, успею к его приезду.

- Это вовсе необязательно. Сначала мы поговорим, - Кристина налила себе ещё виски и пила мелкими глоточками: дышать стало легче. Олино волнение подействовало успокаивающе. Витька, наверно, тоже волнуется. Хотя, может, с него как с гуся вода. Она не помнит, чтобы он из-за чего-то переживал. Может то, что он лысый поможет ей лучше держать себя в руках? Да и, вообще, думала Кристина, пусть волнуются эти двое, а она у себя дома и должна держаться соответствующе.

Кристина посмотрела на домашние обтягивающие лосины и подумала, не стоит ли ей переодеться. Решила не суетиться. Из духовки уже пахло рыбой, на столе красовался салат из помидоров и огурцов, а Оля растирала картошку, приготавливая пюре, когда раздался звонок домофона.

«Это он!» - ёкнули одновременно два женских сердца. Кристина встала, хотела пойти к калитке, но передумала.

- Открой! – она посмотрела на Олю. Мысль, что Кристина стала использовать её как прислугу, пришла позже, когда она, вытирая руки об фартук, бежала по дорожке.

- Привет!

- Привет! – Оля посторонилась, пропуская Виктора. – Кристина знает, что ты был здесь.

- Откуда?

- Не знаю, может, соседи донесли. Пришлось признаться. Ей это не очень-то понравилось.

Витя кивнул и первым пошел по тропинке. Оля шагала за ним, глядя в его уже тёмный затылок с первыми кудряшками. Может, в таком виде он не понравится Кристине.

Кристина сидела на диване нога на ногу с журналом в руке. Оля оценила её хозяйскую позу.

Витя подошёл прямо к ней, и на какой-то момент показалось, что он встанет перед ней на колени, но он лишь быстро коснулся её щеки поцелуем. Прошептал: «прости».

Кристина снисходительно улыбнулась.

- Я простила тебя давно. А теперь ещё и поняла, что ты поступил правильно.

Витька опешил. Он не сводил с Кристины своих зеленущих глаз, не в силах двинуться с места.

Оля застыла в отдалении.

- У тебя забавная прическа, - Кристина улыбнулась.

Витька провёл рукой по голове, не понимая, издевается она или нет. Кристина посмотрела на Олю.

- Как там наш обед? Рыба не сгорит? - Оля, бросив ненавидящий взгляд на Кристину, направилась к плите. – Присаживайся, - обратилась Кристина с лёгкой улыбкой к Вите. - Выпить хочешь?

Тогда ухаживай. - Оля, подай Вите стакан.

Ольга послушно подала стакан и сразу отошла к плите. Ей казалось, если она будет рядом, бросится на Кристину с кухонным ножом. Наверно, она могла бы убить их обоих. Витьку за обожающий взгляд, Кристину за королевское снисхождение.