Отпусти... Нам нельзя (СИ) - Черно Адалин - Страница 21

Да, мама не смогла меня изменить, не смогла поддержать во мне того доброго мальчика, которым я был когда-то. Она не смогла, а Вита… та худенькая девчонка, пришедшая к нам всего несколько недель назад, смогла. Она изменила меня, и именно ради неё я трясся в маршрутке.

Я мчался домой, чтобы помочь Вите. Впервые за несколько лет я выпустил наружу того мальчика, каким был всего шесть лет назад. Я вернул его, позволил ему заменить злобного циника. Влетев в дом, я не сразу заметил чужие туфли, не сразу увидел, что на полу валяются вещи, а на кухне воняет алкоголем.

Хотя нет…

Я всё это заметил, но до последнего не верил в происходящее. Я не мог. Говорят, что разочаровываться в близких людях всегда сложно.

Нет… это не сложно… это больно…

Настолько больно, что ты забываешь как дышать, а когда вспоминаешь, жадно хватаешь ртом воздух и ощущаешь жжение в легких, чувствуешь, как внутри поднимается волна гнева и безудержной ярости. Именно эти чувства я испытал, когда застал свою мамочку в постели с нашим юристом. Именно ярость и злость двигала мной, когда я со всей дури врезал ему по физиономии, продолжая наносить удары.

Отдалённо я почувствовал, что и мне прилетело, но на тот момент это было неважно. Не имело значения. Я был готов стерпеть любую физическую боль. В тот момент я бы, наверное, стерпел, если бы мне ампутировали руку или ногу… да что угодно, лишь бы не чувствовать ту бурю эмоций, которая прошлась по мне, растоптала и разрубила на куски, разбросав по комнате, в которой пахло изменой.

Сквозь пелену злости я услышал мамин голос, то, как она просит успокоиться, говорит, что ничего страшного не произошло.

Горько усмехнулся. Для неё нет, а у меня рухнул мир.

Мой привычный мир, в котором отец жалкая мразь, а мама добрая фея, рухнул, разлетелся… в нём наступил апокалипсис.

Я не избил дядю Олега, нет, я просто сбил его с ног и разхреначил ему нос. Небольшая плата за разбитые мечты, не правда ли.

Я не успокоился, когда она попросила, не стал садиться, чтобы поговорить и всё выяснить. Я ничего не хотел слышать. В моей голове отчётливо всплывали картинки из моего прошлого. С тех моментов, когда я был ещё слишком мал, чтобы осознать происходящее.

Я вспомнил, как неожиданно зашёл на кухню и увидел дядю Олега с мамой, когда они обнимались, вспомнил их перешёптывания в тот момент, когда мы с отцом играли в приставку. Для десятилетнего ребёнка в этом не было ничего страшного, но для семнадцатилетнего парня, который разочаровался в матери, это стало началом конца. Конца веры в то, что в мире существует добро и любовь. К хренам всё… нет любви в этом мире… и добра нет…

Я вылетел из дома так же быстро, как и пришёл. Вначале шёл, куда глаза глядят, а потом вспомнил её… Виту. Она не была такой или я нифига не понимаю в людях. Она сомневалась в матери. Когда я её защищал, она просила подумать, поразмыслить над тем, а может… всё не так… а вдруг.

Я не хотел больше разочаровываться, поэтому первым порывом было забыть обо всём, не думать о том, что ей нужна помощь. У неё есть кредитка, разберётся. Наймёт такси, в конце концов.

Очнулся уже тогда, когда выяснял её адрес через Рому, а точнее, через его отца. Я накупил продуктов и поехал к ней, попросил Стёпу помочь и решил сделать в жизни ещё одно доброе дело. Разочаруюсь? Ну и пусть. Больнее, чем сейчас уже не будет. Знал бы я, насколько сильно я ошибался, никогда бы не поехал туда, не помог и вообще продолжил бы свой школьный проект «выгони бедную сиротку», который придумал в ночь, когда она обидела мать, но так и не решился реализовать…

Раскрываю вам немного Дениса. Ближайшие главы 3 уделим ему особенное внимание, чтобы понять его поведение) Спасибо, что вы со мной)

Глава 19

Скачано с сайта knigomania.org

Враньё Виты относительно Стёпы я раскусил сразу.

Друг!

Да как же!

У меня были друзья, я был другом для девушек и мне точно не навешать лапшу на уши о друге. Я видел, КАК она на него смотрела. Нет, это не любовь, но что-то… необъяснимое. В её взгляде я угадал и злобу, и ненависть, и нежность, и радость… всё перемешалось и это меня бесило.

Когда Стёпа попросил «погулять» я уже представлял, как мой кулак со всей дури врезается ему в челюсть, но… ушёл. По сути, я не имел никакого права на Виту, она не моя девушка, у нас даже кровных связей нет. Она просто сводная сестра, живущая в моём доме. Вряд ли бы она меня расцеловала, узнай, что я расквасил морду этому Стёпе.

Молча пошёл в кафе, чтобы беситься там. Каким же было моё удивление, когда через минут десять позвонила и пришла Вита, сказав, что дальше мы сами и она не собирается с ним никуда ехать, наймём такси.

Да хоть два!

Послать Стёпу? Да с превеликим удовольствием.

— Стёпа, спасибо за помощь, — я протянул ему руку, — дальше мы сами.

— Чего так?

— Вита так захотела, — я пожал плечами. — Я не знал, что между вами что-то было, иначе не позвал бы тебя.

— Я это уже понял.

— Пока, — я уже развернулся, чтобы уйти, но друг меня окликнул.

— Я от неё не отступлюсь, понял?

Я медленно повернулся, долго всматриваясь в его лицо.

— Пока, друг.

Развернулся и пошёл к Вите. В тот момент в моей голове блуждала только одна мысль: не отдам. С Валей я уже разобрался. Утром мы расстались, потому что задолбала. Любви между нами не было, просто мы красиво смотрелись вместе. К чему эти отношения? Ничего хорошего от них мы не получили, кроме, пожалуй, секса.

Весь оставшийся день мы провели с Витой. Решили проблемы с отоплением, посидели в кафешке, прогулялись… под дождём, правда, но всё же. Таким свободным и спокойным я себя не чувствовал уже давно и хоть понимал, что вечером придётся всё рассказать о матери, но это уже не так страшило. Было по-настоящему спокойно и легко на душе. Хотелось праздника.

Пока бежали домой, в моей голове уже созрел план. Посмотреть какой-то романтический фильм, заказать пиццу с пепси, расслабиться. Я хотел позволить Вите узнать меня лучше, хотел показать ей себя с другой стороны, не чёрствого и бездушного ублюдка, а обычного парня, который, кажется, влюбился.

Если честно, самому в это верилось с трудом. Как можно втрескаться за несколько недель? Да если бы мне Ромка сказал подобное, я бы ржал и подтрунивал над ним. Но это было бы раньше, тогда, когда я не знал Виту, не был знаком с ней, когда она не пробуждала во мне совсем неизвестные чувства.

В квартире оказалось не просто холодно, а зверски холодно. Когда я был тут утром, всё казалось не так печально, да и я был одет в сухую одежду. Пришлось снимать свитер и пальто, чтобы немного их просушить. Вите хорошо, у неё здесь есть вещи, она может переодеться, а мне что надеть? Бабушкину шаль?

Самому стало смешно. Да уж. Дожился. Сплю в берлоге и радуюсь, потому что рядом та, которая меня согревает. Раньше меня бы даже не заставили тут остаться, не то, чтобы заснуть. Сейчас же всё казалось очень даже ничего, уютненько.

Когда зашла Вита, я уже и не думал об отоплении и о том, что мне холодно. То, как она на меня смотрела… это дало мне надежду на то, что у нас могут быть отношения. Она краснела… смущалась, намеренно отводила взгляд, чтобы не смотреть на меня. Это пьянило лучше алкоголя. Вызывало эйфорию и чувство счастья. Да, чувствовал себя тёлкой, потому что мысли бабские, какие-то, по-детски наивные, что ли, но в тот момент я не нашёл ничего лучше, как просто подойти к ней.

Я не планировал её целовать, не планировал настолько терять контроль и уж точно не хотел предлагать ей встречаться, но… руки потянулись к ней сами, а дальше я просто хотел почувствовать вкус её губ снова. Предложил ей стать моей девушкой и с замиранием сердца ждал ответа. Боже, да в тот момент я был готов молиться. Знал, что это глупо, понимал, что нельзя так привязываться, потому что потом будет больно, но наплевал на всё…

Отрезвил меня только телефонный звонок.

— Да, — буквально рыкнул в трубку.