Отпусти... Нам нельзя (СИ) - Черно Адалин - Страница 37

— Люблю, — шептала ему на ухо, — люблю тебя безумно.

Потянулась к нему, целуя в губы. Он ответил, всё, что меня интересовало, ответил, прижал к себе, а после усадил на стол, встав у меня в ногах. Он целовал меня как в последний раз, а я… я хотела этого. По моим щекам текли слёзы, а в душе скреблись кошки. Не знаю, что со мной случилось, я даже не поняла, в какой момент начала поднимать его кофту, но он отстранился.

— Нет, мы не должны, — всё, что я услышала от него.

Я непонимающе смотрела на него, осознавая, что чуть не сделала.

— Что ты со мной делаешь?

— То же, что и ты со мной, снежинка, но… мы не должны… Я хочу, но не желаю, чтобы ты меня ненавидела, а ты будешь, не спорь, — он повысил тон, увидев, что я хочу запротестовать. — Ты подрастёшь, маленькая и найдёшь того, с кем захочешь это сделать, но не сейчас, не в таких обстоятельствах и…не со мной. Прости, малыш, прости, что я такой придурок, — он обнял меня, уткнувшись носом в волосы. — Прощай, — последнее, что я услышала от него, прежде чем он вышел.

— До встречи, — прошептала я в пустоту.

Меня рвало на части сразу после встречи с ней. Никогда не думал, что когда-то буду любить и это будет так… больно и невыносимо. Не помню, как добрался домой: пешком или на машине, но когда пришёл, разнёс свою комнату в щепки. Понимал, что это ничего не даст, но сдержаться не мог. Эмоции брали верх, я был готов крушить всё вокруг, с рыком спустился в спортзал и загонял себя до состояния апатии, когда уже руки не двигались и ноги не держали.

Присел на пол, опираясь на стену. Руки онемели от ударов по груше. Я впервые чувствовал такую подавленность и понимал, что вот оно – то состояние, когда ты готов умереть, чтобы ничего не чувствовать. Просто выйти в окно и избавиться от проблемы. Мог ли я так поступить? Определённо, нет. У меня была мать, отец, скоро родиться ребёнок. Да, я любил Виту, но жизнь не заканчивается и всё ещё впереди.

В этот момент я впервые почувствовал слёзы на щеках. Не плакал почти никогда, а здесь просто не сдержался. Любил её до боли в костях, до ломоты в теле и дикого желания просто плюнуть на всё и сказать: Вита, будь моей, я хочу быть с тобой.

Я согласился на свадьбу не из-за суда, не потому, что мог отсидеть срок, а потому что моему сыну или дочери нужен отец и семья. Насколько она у нас будет хорошая, я не знал, потому что сейчас был готов удавить Валю, но я буду стараться терпеть её. Просто жить рядом, но сказки о хорошем муже… Я бы был им, женившись не на ней и не при таких обстоятельствах.

Где-то отдалённо я понимал, что всё произошедшее не так уж страшно, это переживают и уходят с высоко поднятой головой. Осознавал, что я ещё подросток и через лет десять всё будет казаться не таким, но мля… жить без неё. Я бы ещё согласился на временное расставание, а тут… петля на половину жизни.

Завтра, завтра уже будет конец и сразу же выкладка новой книги....

Гип-гип- УРА!!!

Глава 33

— Дэн, как считаешь, в каком цвете украшать зал, м? — пищала рядом Валя, а я мог думать только об одном: сегодня моя малышка уезжает.

Всего через пять минут она сядет на поезд и уедет в новую жизнь. Она приняла решение уехать в Питер и поступить там в университет, оставаясь жить, а я… мне было нереально тяжело даже вдохнуть, потому что знал: не буду видеть и она вряд ли вернется.

— Дэн, — Валя снова трогает меня за плечо.

— Чего тебе надо?

— В каком цвете украшать зал?

— В чёрном, — небрежно бросил я.

— Дэн, это же не похороны, — ухмыльнулся.

— Для меня похороны. Можешь вместо цветов венки заказать.

Я встал и направился к выходу из кухни. Пусть выбирает всё сама, нафиг мне это не нужно.

— Ты забудешь её, — бросила она мне вдогонку.

— Кого? — спросил не оборачиваясь.

— Сестричку свою, ты забудешь эту стерву.

— Откуда ты знаешь о ней?

— А что, разве не так? Ты всё время только и твердил: Вита, Витааа. Забудешь ты эту сиротку, — подошёл к ней в секунду.

— Ты… — сжал пальцами её горло. — Ещё раз вспомнишь о ней и хоть слово скажешь – удавлю. Мне всё равно сидеть, поверь, я это сделаю, — отпустил её, но приблизившись к лицу, продолжил. — Никогда, слышишь, никогда я её не забуду. Ни ты, ни ребёнок этого не изменит, запомни это на всю свою жизнь и больше никогда не произноси её имя при мне. Не смей, иначе вдобавок к презрению я стану для тебя домашним тираном, поняла меня? — встряхнул её и вышел.

Мне нужно было вдохнуть, чтобы успокоиться. Как я собираюсь жить рядом с ней, не имел ни малейшего понятия. Сейчас, видя её, я желал только одного – хорошенько въехать по её наглой и беззаботной роже, и с каждой её фразой это желание крепчало.

Спустя два месяца

Не свадьба, а фарс. Смотрел на всех, кто пришёл, на счастливые лица папиных знакомых, на веселье наших одноклассников и понимал, что это не праздник – это действительно день моей смерти. Похороны…

Все окружающие меня бесили, подходили, поздравляли, а я медленно тянул виски и хотел свалить отсюда поскорее.

— Сынок, — подошел Сева, — ты бы не напивался так, у тебя ещё брачная ночь.

— Увы, ваша дочь её не получит. Секса у неё теперь очень долго не будет. Узы брака, что сделать, — я развёл руками, смотря на то, как он багровеет. Да, он всё так же меня ненавидел, а я стебался.

Осмотрел всех: люди, как люди, но каждая собака здесь знает, КАК именно Валенсия женила меня на себе, однако они упорно продолжают желать мне счастья. Хотелось сказать, вы что… серьезно? Счастья? Не сдохнуть поскорее? Не верилось в то, что люди настолько слепы. Хотя… можно ведь их просветить.

— Уважаемые гости, — я взял микрофон. Ну хоть что-то здесь будет весёлое и не настолько унылое, — я подготовил для вас сюрприз. Проясню несколько моментов, потому что просто не могу держать вас в неведении. Мы с Валей ждём ребёнка, — послышался гул голосов, — да-да, это одна из причин нашей свадьбы. А вы не знали? — искренне удивился я, смакуя то, как багровеет мой тесть. Ну что ты, гамадрил, хотел, за что боролись, как говорится. — А ещё, дорогие гости… — договорить мне не дали.

Сева таки не выдержал и врезал мне по физиономии. Я уже вижу эти заголовки: «Драка на свадьбе: тесть ударил жениха». Честно? Мне было смешно. Весь этот фарс не вызывал ничего кроме смеха. Единственное здесь настоящее – моя разукрашенная физиономия, являющаяся плодом моего тестя.

Сегодня меня, наконец, выписали из больницы. Тот день на крыше вместе с переездом и нервами не прошёл даром. Спустя месяц у меня появились сильные боли внизу живота, а через пару недель удалили правый яичник из-за некроза. Я пролежала в больнице долгие полгода, восстанавливалась, мне кололи капельницы и поднимали иммунитет, отпустив только после полного восстановления левого яичника.

Даже попав в больницу, я не сразу успокоилась, а вот после операции – странная апатия навалилась на меня. Я даже смогла почитать новости, услышать голос отца и поговорить с ним спокойно, потому что после переезда я всё время избегала разговоров, боясь услышать имя Денис. Временно я отпустила, а ещё… поняла, чем хочу заниматься. Я упорно решила поступить на медицинский, поэтому активно изучала биологию и химию.

Нет, я не посмотрела на медсестёр и врачей, и у меня не появилось желания спасать жизни, просто… я поняла, что это моё. Мне захотелось вникать в проблемы, выслушивать жалобы и помогать, да, куда же без этого.

Бабушка с папой меня поддержали, поэтому после выписки я упорно трудилась и училась, чтобы восстановить упущенное. Вскоре я даже смогла почитать о том, как прошла его свадьба, посмотреть фотографии и увидеть счастливое лицо той дряни, которая посмела увести у меня любовь и привела меня на больничную койку.

В моей душе теплилась надежда на то, что я смогу с ней поквитаться. Знаю, что он устроит ей «счастливую жизнь», но так хотелось отомстить. И да, я сделаю это, как только смогу, восстановлю свой душевный покой, отучусь и вернусь, чтобы отомстить. Я пока не знала как, не понимала, что буду делать, но оставить это просто так… нееееттт!