Беспечный ангел (СИ) - Давыдова Ирина - Страница 31

Почувствовал горячую каплю на руке и, положив свою руку девушке на шею, приблизил к себе, пытаясь хотя бы ощутить ее дыхание на своем лице:

- Не плачь, милая, не нужно, уже все хорошо. Слышишь?

Она быстро закивала, а потом сама прижалась к моим сухим губам.

- Так-так-так, - послышался мужской голос, и Люба тут же отстранилась от меня, а я тяжело вдохнул, ощущая горечь от утраты тепла любимых губ.

- Клим, это доктор, который делал тебе операцию.

- Меня зовут Федор Николаевич. Судя по довольной улыбке, пациент идет на поправку.

- Дай Бог, - прошептала девушка, а доктор хмыкнул и, по моим ощущениям, подошел ко мне ближе.

- Ну что ж, Клим Андреевич, сделаем Вам перевязку.

- Федор Николаевич, Вы скажите, что конкретно со мной произошло, - попросил я, до сих пор не зная реальную причину того, почему я оказался здесь. Какой  диагноз заболевания моих глаз?

- Знаете, в Вашем случае вообще точного диагноза нет, - доктор замолчал, а потом обратился к девушке. - Люба, извините, пока перевязка, Вам  лучше выйти.

- Конечно. Я скоро, Клим, - и прежде, чем уйти, она снова наклонилась ко мне и коснулась губ в невинном поцелуе.

- Так вот, - продолжил Федор Николаевич. - Могу сказать одно, Вы родились в рубашке, Клим. Скажите, я, верно определил, Вы сразу потеряли зрение?

- Да, была жуткая темнота.

- Обычно такой симптом наблюдается при отслоении сетчатки, но в Вашем случае Вы ощутили и резкую боль, которая возникает при закрытоугольной глаукоме. Если честно, не знаю, что Вам помогло, любовь и вера вашей невесты или какое-то чудо, но мы вас спасли, а  могло быть иначе.

- А Люба и есть чудо, - негромко произнес я, и добавил. - Невероятно, как все быстро произошло.

- Да уж. Болезнь не спрашивает.

- Спасибо Вам, доктор.

- Невесту благодарите, которая места себе не находила все это время. И позаботьтесь о ней, а то совсем никого не слушает, не ест ничего, худющая, мрак.

Я нахмурился, насколько это позволяла повязка, и пообещал себе проследить за Любой, ведь доводить ее до нервного истощения не собирался. А еще меня порадовал тот факт, что я ей не безразличен, ведь иначе стала бы она сидеть около меня сутками?

- Давайте приступим к перевязке.

Когда доктор снял повязку, перед глазами предстала яркая пелена, говорившая о том, что я иду на поправку. Да, я еще не видел, но картинки были размытые, а в то утро вокруг меня словно ночь была, достаточно пугающая, сейчас же все наоборот.

Когда Федор Николаевич сделал все процедуры и ушел, я задумался о Любе. Она волновалась за меня, значит, я ей не безразличен, и есть шанс на наше общее будущее. Нужно скорее выздоравливать и завоевывать девушку, пока ни один гад не посмел прибрать к своим ручищам мою волшебницу. Да, она, точно, нереальная волшебница, подаренная мне судьбой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Услышал, как снова открылась и закрылась дверь, и тихие осторожные шаги по полу.

- Уснул мой дорогой, - шепотом, едва слышно предположила Люба и ахнула, услышав мой ответ.

- Нет, жду свою невесту.

- Клим, я это сказала…

- Я знаю, малышка, не нужно оправдываться. Иди ко мне, - попросил я, похлопав около себя по кровати. Она присела, а я приблизил ее маленькую ручку к своим губам, целуя каждый пальчик по очереди. – Спасибо тебе.

- А мне-то за что?

- За то, что рядом, за то, что не бросила в трудный момент.

- Что за глупости, как я могла?

- Ты замечательная, любимая моя.

- Клим, я хотела тебе кое-что сказать, - как-то совсем неуверенно начала она.

- Говори.

- Я очень много думала, пока ты… Пока тебе делали операцию, и ты был без сознания, в общем, я подумала, почему бы и нет. Только прошу, не дави на меня, я и так виню себя, еще даже года не прошло…

- Любаш, ты хочешь сказать, что…

- Да, только жить мы будем отдельно.

- Ты уверена?

- Я не хочу спешить с близостью.

- Ты уверена, что хочешь попробовать построить со мной отношения? – уточнил я.

- Да.

Я крепко обнял ее, не в силах передать эмоции, которые бушевали сейчас внутри меня. И как жаль, что в такой прекрасный момент я не смог увидеть глаза любимой. Так мы пролежали несколько минут, а потом я, опомнившись, вдруг произнес:

- Люба, поднимись, пожалуйста, и задери кофту.

- Что? – выдохнула она, и я понял, что сказал что-то не то.

- Просто кофту. Я хочу понять, насколько ты похудела.

- С чего ты взял, что я похудела?

- Доктор сказал, что ты ничего не ешь.

- Клим.

- Давай-давай, я жду. На правах твоего мужчины, требую!

- Бред, - фыркнула она, но с кровати поднялась.- Трогай, но кофта останется на своем месте.

Я спорить не стал, а, аккуратно приподнявшись, руками нащупал тело любимой и ощутил, как она вздрогнула, едва почувствовав мои касания.

Ладони легли по бокам на бедра, и я медленно начал продвигаться к осиной талии малышки. Ее животик быстро втянулся, я же сделал вид, что не заметил этого, и осторожно продолжил свой путь вверх.

- Одни ребра…

- Не одни.

- Ах да, прости, еще кожа есть, – после этих слов прижал Любу к себе, носом уткнувшись в любимый животик. – Обещай, что не будешь к себе так относиться.

- Обещаю, хотя я ничего такого не сделала.

- Вот именно, ничего, даже не ела, не говоря о сне. В общем, теперь я буду заботиться о тебе, дай только из больницы выйти.

- Глупенький, точно, глупенький, - да, подумал я, и только твой.

Все две недели, что я провел в больнице, Люба находилась рядом, даже ночью. Мне порой приходилось ее просто гнать домой, чтобы она могла нормально поесть и выспаться, но малышка совсем не слушалась. Аргументировала тем, что ей намного  спокойнее, когда она видит, что со мной все в порядке. Меня же не могла не радовать ее забота. Так же в больницу постоянно приезжала Ника с Колей, вот от них я как раз таки получил нагоняй, что совершенно не слежу за своим здоровьем. Но и здесь меня защитила от злых нападок «извергов» родственников Люба, запретив им меня ругать. Настоящий клад, а не девушка.

А сегодня утром, во время очередного осмотра Федора Николаевича, мы убедились, что зрение практически вернулось, так что доктор с чистой совестью отпустил меня домой, что придавало только радости. Наконец-то любимая отдохнет.

- Клим, мне пора, - вывел из раздумий голос девушки.

- В смысле? – я обернулся, радуясь, что наконец-то могу видеть любимую, причем, уже совсем не щуря глаза.

- Мы договаривались, что я буду жить отдельно. Ты уже поправился и сможешь сам приезжать ко мне, и мы будем ходить на свидания…

- Да, но… Ой, ой, ой, что-то у меня голова закружилась, - резко произнес я, хватаясь за голову и мимолетно поглядывая на Любу.

- Клим, не смешно, между прочим, что ты смотришь на меня. Я же переживаю.

- Ну вот, - я встал ровно, понимая, что уловка моя не удалась. - Зачем тебе портить нервы, если ты можешь отлично спать здесь, в своей комнате.

- Просто я хотела, чтобы все было, как у людей…

- А как у людей, Любаш?

- Чтобы цветы, свидания, первый поцелуй.

- Первый секс.

- Клим!

- Это была шутка.

- Хочу, чтобы провел до двери, а я разрешила себя поцеловать,  – она затихла, опустив голову, и произнесла еле слышно, - В щечку. А потом… А потом - ждать твое смс со словами «Спокойной ночи».

- Малышка, я могу все это сделать и здесь, в нашем доме. Все, и даже больше.

- В нашем доме, - хмыкнула она, а я перебил, не дав ей договорить.

- Я говорю именно так, как считаю это на самом деле. Я хочу, чтобы ты жила вместе со мной в нашем доме, - отчеканил каждое слово. - Решать тебе, милая, только тебе.

Глава 21

 Глава 21

Люба. 

После разговора с Климом я очень долго думала, как мне поступить - остаться у него или, все же, уехать к себе на квартиру, и, придя к разумному решению, я уехала. Остался только один вопрос, надолго ли? Ровно через сутки меня вернули на место, в прямом смысле этого слова: