Продана (СИ) - Брук Ребекка - Страница 7

— О ближайших трёх месяцах.

Мой желудок скрутило, и я положила до сих пор не использованную вилку.

— Елена, я не знаю точно, как сказать это, но я собираюсь покончить с этим здесь и сейчас. Твой муж — мудак мирового класса. — Мой рот приоткрылся в шоке, но это не помешало Эштону продолжить: — Я встречал таких людей раньше. Тех, кто недостаточно хорош, чтобы оберегать женщину. Они манипулируют, внушая, что больше никто тебя не захочет. Позволь сказать, что это всё фигня. Каждое слово, которое он говорит тебе — полное дерьмо. Ни один порядочный мужчина никогда не подумает о том, чтобы отдать жену, лишь бы уберечь свою задницу. Гораздо меньше тех, кто скажет ей трахаться с другим человеком. Это не нормально, и я не буду относиться к тебе таким образом. Я согласился на эту сделку в надежде вытащить тебя из его лап на достаточно долгое время, чтобы ты увидела, что заслуживаешь лучшего, чем ублюдок, который заставляет тебя чувствовать себя хуже собачьего дерьма, которое он задел подошвой ботинка.

Слишком много информации для осмысления. Мои глаза горели от попыток сдержать слёзы, но слова Эштона громко звучали в моей голове, и каждое из них резало глубже, чем предыдущее. Может, он прав? Больно осознавать, что Доминик был готов оставить меня с посторонним человеком, не волнуясь, что мне придётся спать с другим мужчиной. Горячие слёзы опалили щёки, плечи задрожали.

— Пожалуйста, не плачь. Я не хочу видеть тебя расстроенной, но ты заслуживаешь увидеть, как должен относиться настоящий мужчина к женщине, — он протянул ладонь и накрыл мою руку своей. — Давай я помогу тебе.

Он протянул мне салфетку, чтобы вытереть слёзы, и я стерла их, отчаянно пытаясь взять себя в руки. В его словах не могло быть правды.

— Мой муж любит меня.

Эштон покачал головой.

— Если бы твой муж любил тебя, тебя бы тут не было. Ты бы завтракала с ним дома. Можно я спрошу, когда в последний раз Доминик делал что-нибудь для тебя?

— Он заботится обо мне, работает, чтобы платить за аренду.

— Хрен не заботился о тебе ни дня в своей жизни. Но я спросил не об этом.

Его взгляд нервировал, будто он мог заглянуть в самую глубь моей души.

— Он женился и остаётся со мной, в то время как никто другой не захотел бы меня, — я указала рукой на себя, имея в виду очевидное.

— Этот человек полностью промыл тебе мозги, — мужчина откинулся на спинку стула и указал на мою тарелку. — Позавтракай, а потом я покажу, что собираюсь сделать для тебя.

Мой желудок скрутило от мысли положить что-то в рот, но я бы не ослушалась Эштона из-за риска, что моё поведение станет причиной боли Доминика. Схватив вилку, я ела блины, пока не набила ими желудок до отказа. Эштон закончил свой завтрак, встал из-за стола и протянул руку.

— Пойдём. Я хочу показать тебе, как мужья должны относиться к своим жёнам.

— Вы не должны брать меня куда-либо. Уверена, вам надо работать. Подождите… вы пойдёте на работу? — моё лицо горело. Я только что спросила ростовщика, есть ли у него работа.

Он засмеялся.

— Да, я работаю, и нет, это не взыскания долгов для моего отца. У меня три различных ресторана в центре города, но сегодня я взял себе выходной, чтобы помочь тебе устроиться. В отчёты я могу заглянуть и завтра.

— Не беспокойтесь обо мне. Я могу не высовываться из комнаты. Я не буду мешаться под ногами. Мне просто нужно сделать один быстрый телефонный звонок, и я исчезну. Я оставила свой телефон в квартире, если вы не против, могу я воспользоваться одним из ваших?

— Ты можешь использовать мой телефон, но это именно то, о чём я говорю. Это твой дом на следующие три месяца. Тебе не нужно оставаться в комнате или скрываться от меня.

— Не нужно? Я думала, вы хотите убрать меня со своего пути как можно быстрее?

— Нет. Я хочу, чтобы ты приятно провела время и поняла, что такое другая жизнь. Теперь давай найдём тебе телефон.

Он протянул руку, и я взялась за неё, молча следуя по коридору в его кабинет.

— Подумал, что тебе нужно будет личное пространство. Я буду в гостиной, когда ты закончишь.

— Спасибо.

Дверь за ним закрылась, и, сняв трубку, я набрала номер Гретхен.

— Алло? — ответила она, её голос звучал неуверенно.

— Гретхен? Это я.

— Боже мой. — Её крик был настолько громким, что мне пришлось убрать трубку от уха. — Елена, ты в порядке? Они сказали, что ты уволилась. Никто не смог сказать мне что-либо. Я не знала, как тебя найти.

Её печаль съедала меня, и я чувствовала слёзы на лице.

— О, Гретхен, я помогаю Доминику погасить его долг.

— Что эта сволочь сделала на этот раз?

Рассказать ей значит навлечь ещё больше проблем, и всё может оказаться ещё хуже. Я не могла позволить ей вмешиваться, но она была моим другом и заслуживала правды.

— Он должен большую супу денег и заключил сделку с ростовщиком.

— И что за сделка? — по тону её голоса я могла сказать, что она хмурила брови.

— Я… эм… Я должна оставаться с ростовщиком в течение трёх месяцев, — я выпалила эти слова.

— Блядь, ты шутишь? — закричала она. — Хватит. Я звоню в полицию.

— Нет! — запаниковала я. — Пожалуйста, Гретхен, я должна сделать это.

— Итак, он торгует тобой, делает непристойные предложения, и ты считаешь, что всё в порядке?

— Это не то, чем кажется. Эштон не ждёт, что я буду спать с ним. И если я не останусь, он сделает ужасные вещи с Домиником.

— Мудак этого заслуживает, — пробормотала она.

— Пожалуйста, Гретхен, ты должна пообещать мне, что ничего не скажешь. Если ты мне друг, ты сделаешь это для меня.

— Это бесит меня, — она сделала паузу. — Я никому ничего не скажу, пока ты не сообщишь мне, что этот парень пытается навредить тебе. В любом случае звони, и я приду за тобой.

— Я обещаю. Спасибо. Слушай, я должна идти. Эштон хочет что-то мне показать. Я перезвоню тебе позже.

— Пока, Елена. Я надеюсь ты знаешь, что делаешь.

— Знаю.

— Будь осторожна.

Вызов завершён. Я всё ещё сжимала трубку, пытаясь сдержать слёзы, когда раздался лёгкий стук в дверь.

— Елена, всё в порядке? — спросил Эштон.

Надевая маску храбрости, я встала и открыла дверь.

— Я в порядке.

— Хорошо, — сказал он мягко. — Теперь пойдём. У меня есть для тебя сюрприз.

Я не решилась сказать что-то ещё. В последний раз, когда меня что-то удивило, я в конечном итоге оказалась связана с незнакомцем на следующие три месяца. Мне было достаточно сюрпризов до конца моей жизни. Но, казалось, что у меня не было вариантов.

Эштон провёл нас через весь дом, и мы остановились у двери.

Гараж.

Он схватил связку ключей с крючка и открыл для меня пассажирскую дверь спортивного автомобиля. Забравшись, я стала ждать.

Эштон сдал назад из гаража и выехал по подъездной дорожке. Я так нервничала, что у меня дрожали руки, и стараясь скрыть это, я вцепилась пальцами в мягкую, эластичную кожу сиденья.

— Что это за автомобиль?

Эштон искоса взглянул на меня.

— Это Aston Martin DB9.

— Он прекрасен.

— Спасибо.

Я вцепилась руками в колени.

— Куда мы едем?

Он ухмыльнулся.

— Ты не любишь сюрпризы?

— Точно нет после последнего раза. Я думала, что Доминик пригласил меня на ужин. Он сказал мне собрать сумку. Последнее время от него не было замечаний. Я была уверена, что он награждает меня. И я никогда не ожидала, что окажусь продана за его долг.

Я не могла поверить, что только что всё рассказала незнакомцу, человеку, которого встретила только вчера. Доминику не нравилось, когда я разговаривала с другими людьми, поэтому я чувствовала себя некомфортно рядом с ними, особенно в такой непосредственной близости. Тем не менее, по какой-то причине я обнаружила, что было легко открыться Эштону.

— Прости, я не думал об этом в таком ключе. Мы едем в SPA-салон. Я понял, что тебя никогда не баловали.

— День в SPA? Вы не должны делать этого. Мы уже достаточно должны вам денег.