Шторм (ЛП) - Тоул Саманта - Страница 7

— Прекрати. Это не делает тебя плохой. Это делает тебя человеком, дорогая, — я обхватываю её щеку своей рукой, заставляя её взглянуть на меня. — Я тоже испытываю облегчение.

Она долго и пристально вглядывается на меня. А затем наклоняется и нежно целует меня.

— Итак... значит ли это, что Шторм сын Джонни?

Я выдыхаю, проводя рукой по своим волосам.

— Не знаю, детка, — я снова встречаюсь с ней взглядом. — Но мне необходимо узнать.

— Позвони Бобу и спроси, — говорит она мне.

Тру отступает назад к своему табурету, но я останавливаю её, обнимая за талию и удерживая её на месте. Мне нужно, чтобы она была рядом, каким бы ни был исход этого звонка.

Я беру свой телефон и набираю номер Боба.

Долгое время никто не отвечает. У меня скручивает желудок, сердце колотится всё время.

— Джейк? — голос Боба раздаётся по линии. Он звучит неуверенно, как будто сквозь слёзы.

Блять.

Моё сердце начинает биться ещё сильней. У меня такое чувство, будто оно сейчас вырвется через рёбра. Я больше беспокоюсь за его результат, чем за свой.

— Да, это я. Я... я узнал свои результаты. Шторм... он не мой сын. Вы... вы узнали результаты?

— Да. Несколько минут назад звонил мой адвокат. Джейк, он... — его голос затихает и ломается.

Мой желудок падает вниз.

— Боб?

— Он от Джонни. Он сын Джонни.

Сын Джонни.

У меня... у меня есть Джонни... ну, по крайней мере, частичка его.

И со мной происходит то, чего не происходило очень давно.

Я начинаю плакать.

Глава 7

— У Джонни есть сын?

Неверие в голосе Тома отражает выражение лица Денни. И он звучит так, как мой собственный сегодня утром.

— Да, мужик, это правда, — киваю я.

— Я... Господи Иисусе, — голос Тома срывается.

— Как ты узнал? Когда ты узнал об этом? — перебивает Денни, отвлекая внимание от явно ведущего сейчас внутреннюю борьбу Тома.

— Я узнал, что он сын Джонни, сегодня утром. Несколько дней назад адвокат связался со Стюартом по поводу иска об установлении отцовства против меня и Джонни. Мать — поклонница группы с самого начала её существования. Она не знала, кто был отцом, я или Джонни. Я сделал тест ДНК, который также сделал и отец Джонни. Мы узнали результаты несколько часов назад.

— Вот, почему Тру была так расстроена и зла, когда пришла повидаться с Симоной на днях?

— Да.

— Чёрт, — выдыхает Денни.

— Как его зовут? — спрашивает меня Том. Его голос прозвучал так же, как когда я узнал, что мальчик сын Джонни.

— Шторм.

— Хорошее имя, — Денни смотрит на меня понимающим взглядом.

— Сколько ему? — снова Том.

— Тринадцать.

— Когда мы сможем встретиться с ним?

— Завтра я лечу в Нью-Йорк, чтобы увидеться с Бобом. Затем я отвезу его на встречу со Штормом. Полагаю... после этого мы сможем о чём-нибудь договориться. Мы просто должны делать это шаг за шагом.

Откинув голову назад, Том прижимает ладони к глазам, потирая их.

Это сильно ударило по нему, почти так же сильно, как по мне. Денни тоже тяжело. Но он всегда умел справляться с дерьмом лучше, чем я и Том.

— Ты в порядке? — я протягиваю руку и сжимаю плечо Тома.

— Да, — он опускает руки, выдыхая. — Я просто... блять. Это просто нереально, понимаешь? То есть, я знаю, что Джонни умер, но это всё равно, что вернуть его часть.

— Знаю, приятель, — я в последний раз сжимаю его плечо, а затем убираю руку.

— Он похож на Джонни? — спрашивает Том.

— Не знаю, — я качаю головой. — Я не видел его фотографии.

— Почему сейчас? — встревает Денни. — Почему его мать подала иск именно сейчас? Ей нужны деньги?

Я встречаюсь взглядом с Денни.

— Она умирает.

— Твою же мать, — выдыхает Денни.

— Да, — я знаю, о чём он думает. Мать Шторма умирает, а теперь он узнает, что его отец уже мёртв.

— Она единственный родной человек, что у него есть... ну, была им, — добавляю я.

— Ты чертовски прав, была. Теперь он наш. Мы его семья, — Том хлопает своей рукой по столу.

— Шторм будет жить с Бобом? — спрашивает у меня Денни.

— Честно говоря, я не знаю. Всё произошло так быстро. Я просто не знаю. И не то чтобы Боб не хочет этого, потому что я знаю, что он хочет, но он старый и тоже не полностью здоров. Не знаю, сможет ли он заботиться о подростке.

— Тогда он будет жить с кем-нибудь из нас.

Я перевожу взгляд на Тома, не из-за удивления, а потому, что он произнёс слова, которые кружатся у меня в голове с тех пор, как я узнал, что Шторм сын Джонни.

— Мы не оставим ребёнка Джонни заботиться о себе самостоятельно, — говорит Том, — или какому-то чёртовому детскому дому. Ни за что, мать твою. Он сын Джонни, а это значит, что он также и наш. Джонни хотел бы, чтобы мы позаботились о нём. Ты знаешь, что хотел бы.

— Знаю, мужик. И мы сделаем это. Ты не сказал ничего такого, о чём я сам не подумал.

— Тогда, что нам делать? — спрашивает Денни. — Этот парень нас не знает. Скоро он потеряет свою мать. Он окажется в трудном положении. И начнёт жить с кучкой чужих людей... это будет нелегко для него.

Денни как всегда выступает нашим голосом разума.

— Ничто из этого не будет для него легко. К сожалению, у него нет роскоши выбирать. Честно говоря, я не знаю, что мы можем сделать, — я выдыхаю. — Мы не можем просто броситься туда, словно быки, и предъявлять к нему требования или претензии. Но вы правы. Надеюсь... просто позвольте мне пойти туда завтра с Бобом и познакомиться со Штормом и его матерью, а затем посмотрим, как пойдут дела. Согласны?

— Согласны, — в унисон говорят они.

Глава 8

— Как у вас дела?

Я смотрю на Боба, сидящего рядом со мной на заднем сиденье чёрного «Мерседеса», арендованного Дейвом, чтобы возить нас во время пребывания в Нью-Йорке.

Мы едем в Квинс, чтобы познакомится с Тиффани. Ну, я говорю «познакомиться», но, судя по всему, я познакомился с ней ещё много лет назад. Однако это будет первый раз, когда с ней встретится Боб.

У нас пока не получиться увидится с самим Штормом. Он сейчас в школе. Тиффани хотела немного поговорить с нами до его возвращения.

Я понимаю это. Он её ребёнок. Она хочет защитить его настолько, насколько это возможно.

Мне очень хочется встретиться со Штормом. Я хочу узнать, какой он: такой ли он, как Джонни, похож ли на своего отца, любит ли он музыку. Играет ли он на гитаре, как и Джонни? В смысле, это просто было в крови Джонни. Для него играть на гитаре было так же просто, как дышать. Унаследовал ли это Шторм?

В моей в голове крутится столько вопросов, но ответы на них я смогу получить лишь после встречи со Штормом.

Мы с Бобом, на самом деле, не говорили о том, что произойдёт, когда дело дойдёт до условий проживания Шторма — не то чтобы у нас было много времени на разговоры. Я прилетел из Лос-Анджелеса в Нью-Йорк, а затем мы забрали Боба из его дома. Теперь мы едем в Асторию, Квинс, где в квартире над пекарней живут Тиффани и Шторм.

Тиффани получает помощь на дому, а её лучший друг помогает заботиться о Шторме.

Боб отворачивает голову от окна, чтобы посмотреть на меня.

— Всё в порядке, — он пожимает плечами. — Я просто... я хочу встретиться с ним, понимаешь?

— Да, знаю, — выдыхаю я.

— Спасибо, что поехал со мной, Джейк.

Я перевожу взгляд на него.

— Вы не должны благодарить меня. Я бы поехал, даже, если бы вы этого не захотели.

Я дарю ему маленькую улыбку, и он смеётся.

Затем он поворачивает лицо вперёд и устало выдыхает, соединяя руки вместе.

— Я не знаю, что делать, Джейк.

— О чём вы?

Он бросает на меня быстрый взгляд, прежде чем отвести глаза.

—Шторм.

Одно слово говорит мне обо всём, что его беспокоит.

Я знаю, что Боб болен. У него слабое сердце, и он стар.