Записки старого книжника - Осетров Евгений Иванович - Страница 28

28

Есть крупнейшие имена и творения, обойденные — незаслуженно — вниманием «Роман-газеты». Я, разумеется, говорю не о таких фигурах, как, скажем, Андрей Платонов или Михаил Булгаков, — их признание пришло позднее, когда исследователи обратились к их литературному наследию. Не попал, к сожалению, в список авторов Вячеслав Шишков и его поистине народная «Угрюм-река»; не был напечатан и его непревзойденный исторический роман «Емельян Пугачев». Нет чудесной «Малахитовой шкатулки» Павла Бажова. А ведь «Роман-газета» печатала произведения и исторические, и написанные по фольклорным мотивам. Невозможно забыть появившегося в сороковом году «Возмутителя спокойствия» Леонида Соловьева — остроумнейшую и жизнелюбивую повесть-сказание о неумирающем эпическом народном герое Востока — Ходже Насреддине. Писатель наделил давнего персонажа восточных притч, анекдотов и просто забавных историй психологическим многоцветием, напоминающим затейливые орнаментальные ковры. Книга пользовалась поразительным читательским успехом.

Удач у «Роман-газеты» было, разумеется, куда больше, чем пропусков и срывов, поэтому мне и не хочется говорить о последних. Все мы давно знаем, что не ошибается только тот, кто ничего не делает.

Последней предвоенной книжкой сороковых годов оказалось документальное повествование о Валерии Чкалове. В огненном сорок втором появились три названия: «Полководец Кутузов» М. Брагина, «Падение Парижа» И. Эренбурга и «Дмитрий Донской» С. Бородина. Последовал трехлетний перерыв, вызванный нехваткой бумаги. Серия была возобновлена в первом послевоенном году, — появление привычных книг было большой радостью для читателей, возвратившихся к мирному труду.

Достаточно перечислить напечатанное в первом послевоенном пятилетии, чтобы увидеть, какой выразительнейшей художественной летописью стала «Роман-газета». Среди книг тех лет — «Молодая гвардия» Александра Фадеева, «Василий Теркин» Александра Твардовского, «Первые радости» Константина Федина, «Дни и ночи» Константина Симонова, «Люди с чистой совестью» Петра Вершигоры, «Слово перед казнью» Юлиуса Фучика, «Чайка» Николая Бирюкова, «Белая береза» Михаила Бубеннова, «Подпольный обком действует» Алексея Федорова, «Злата Прага» Олеся Гончара, «Весна на Одере» Эммануила Казакевича…

Я, верно, не ошибусь, если скажу, что современная большая проза в лучших образцах, хотя дело и не обошлось без пропусков, прошла через страницы «Роман-газеты». Разнообразные произведения убедительно говорят художественным языком о том, как жил и творил народ, каковы были его чувства, помыслы, его радости, горести и надежды, свершения и взлеты на большом историческом пути. Назову без особого выбора произведения, которые привлекали в совершенно несхожие годы читательское внимание: «Районные будни» В. Овечкина, «Владимирские проселки» В. Солоухина, «Братья и сестры» Ф. Абрамова, «Ледовая книга» Ю. Смуула, «Дневные звезды» О. Берггольц. В свет выходили произведения Георгия Маркова, Константина Симонова, Александра Маковского, Валентина Катаева, Василия Смирнова, Михаила Алексеева, Владимира Чивилихина, Сергея Сартакова, Дмитрия Зорина, Ефима Пермитина, Ивана Акулова, Андрея Блинова, Семена Бабаевского, Петра Проскурина, Анатолия Калинина, Владимира Богомолова, Ивана Шамякина и, наконец, в самые последние годы, «Рассказы» Василия Шукшина, «Берег» Юрия Бондарева, «Сороковой бор» Юрия Грибова, выдающиеся повести Валентина Распутина, свидетельствующие о подъеме всей нашей прозы.

Некоторые творения получили большую читательскую жизнь только благодаря «Роман-газете». Алексей Шубин, талантливейший прозаик, живший в Воронеже, долгие годы оставался известен лишь в своей области. Когда же «Непоседы» появились на страницах народной библиотеки, веселые литературные герои Шубина быстро нашли путь к множеству людских сердец. И теперь, спустя много лет после смерти автора, путешествуют по стране вместе с молодыми читателями персонажи «Непосед». Алексей Шубин отлично видел красоту простого человека, и его повесть убедительно подтверждает мысль, высказанную однажды Леонидом Леоновым: «Происходит великое смещение понятий… Все самое необыкновенное совершается обыкновенными людьми, а то, что раньше казалось обыкновенным — стремление к тихому благополучию, мещанство, себялюбие, — сейчас кажется необыкновенным, уродливым, позорным и отмирающим».

Через «Роман-газету» пришла к читателю книга новелл-очерков Сергея Крутилина — лучшая книга прозаика. Все мы любим и высоко ценим очерки Анатолия Калинина, посвященные Михаилу Александровичу Шолохову. Они нередко в последние годы появляются на страницах центральных газет. Но в полном объеме работу Анатолия Калинина мы смогли оценить только тогда, когда «Роман-газета» напечатала «Время „Тихого Дона“», — эстетическое своеобразие книги предстало перед нами во всей глубине и красоте.

По-прежнему продолжает «Роман-газета» публикацию переводных произведений. Тут и повести, и романы писателей братских социалистических стран, прогрессивных прозаиков Европы, Америки, Азии, Австралии. Часть тиража издания из года в год выписывается зарубежными читателями, библиотеками, культурными обществами, университетами. В своем воскресном приложении газета «Нью-Йорк таймс» однажды напечатала: «„Роман-газета“— уникальное русское, единственное в мире издание, выходящее миллионными тиражами».

Как бы ни привлекало нас существующее издание, мы не можем не мечтать, не думать о его будущности. Говорят, что новое — хорошо забытое старое. Были времена, когда народная библиотека выпускала книги не только наших современников, но и отечественных и зарубежных классиков. Пришло время подумать о возвращении к этому полезному опыту в связи с большими литературными юбилеями и различными всенародными торжествами. Почему бы «Роман-газете» не печатать и хорошо написанные, увлекательные, нужные и полезные работы критиков и литературоведов? Их труды теперь пользуются повышенным спросом, и заказы на специальные издания порой превышают даже заказы на стихи. Все это возможно осуществить только при условии увеличения периодичности выпусков. Будем мечтать о том, что «Роман-газета» станет еженедельником. Или, во всяком случае, следует увеличить число выпусков в год. Конечно, встанет вопрос о том, что нелегко в наши дни преодолеть существующий повсеместно бумажный голод. Представляется, что разумно снизить тиражи некоторых «толстых», «полутолстых» и «тонких» изданий, памятуя о том, что народная библиотека издавна считалась и является на самом деле журналом журналов.

Как ни привыкли мы к традиционному облику «Роман-газеты», надо искать и новые пути ее оформления. Быть может, даже целесообразно провести на эту тему дискуссию, пригласив принять в ней участие читателей, библиотекарей, художников, издателей, — словом всех, кто заинтересован в том, чтобы наше любимое детище появилось на свет в современной одежде.

1977 год.

МАРГИНАЛИИ

Стал книжной редкостью сборник «Песни Судогодского уезда», выпущенный во Владимире в 1914 году. Многое из напечатанного в этом сборнике достойно того, чтобы помнить о нем и ныне. Особенно хороши лирические песни. Народ воспел свою любимую белую березу, и высокий темный лес, и луговое раздолье, и прозрачный родник, и широкую реку… Девушки пели:

Трава росла шелковая, Шелковая, муровая, зеленая…

И выходили на туманный росник, на пойменные луга косари, становились рядами. Весело и задорно шла работа. На рассвете неугомонные жаворонки бились бубенцами; неумолчно лилась песня и не могла вылиться до конца. Потом метали свежевысушенное сено, пахнущее парным молоком, в копны, и снова неслась песня: