Преемница темного мага - Матлак Ирина - Страница 31

Услышанное меня откровенно потрясло. Я просто вообразить не могла, через что тогда прошли ловцы и каков был масштаб случившейся трагедии. И вот сегодня история едва не повторилась. Стало понятно и ужасное напряжение, которое сковывало Флинта все время, что мы находились в гроте, и то обстоятельство, что скалы в форме черепа были ему знакомы. Поднебесные, как все-таки ужасно…

Флинт сказал, что жениха Гвианы звали Оваром? Это не может быть простым совпадением! Неужели и он стал потерянной душой, которая теперь находится в подчинении адмирала Рея и служит у него дворецким?

Повисла тягостная тишина, в вязкости которой терялись даже плеск волн и залихватские вопли пиратов. Украдкой взглянув на Флинта, я обнаружила, что он стоит, низко опустив голову и не шевелясь. Он умел скрывать свои чувства под напускной иронией, умел казаться неуязвимым, но сейчас из-под завесы всего этого проглянула неутихающая боль, вызванная чувством вины. Мне было сложно представить, через что в тот день прошли ловцы, а понять, через что прошел именно Кайер Флинт, — и подавно. Я просто вообразить не могла, что он должен был чувствовать все эти долгие годы. Да, возможно, боль притупилась, он научился с нею жить, но такие вещи не исчезают бесследно, оставляя на сердце глубокие шрамы.

— Кай… — впервые позвав по имени, я осторожно коснулась его плеча.

Он дернулся. Постоял, замерев, еще несколько секунд, а затем ко мне обернулся тот самый бравый капитан Флинт, которого все знали.

— Так что, синеглазка, в следующий раз, когда решишь облагородить мои душевные порывы, вспомни об этой поучительной истории, которая отлично показала, чего я на самом деле стою.

— Те, кто выбросил Овара и других в воду, виноваты не меньше, — негромко возразила я. — Конечно, это не оправдывает твоего поступка, но ведь ты сам сказал, что все же пытался их спасти. Пускай и в последний момент, но порывался броситься им на выручку. Ты уже тогда раскаивался!

— Да ты прямо с Поднебесья сошла на нашу грешную землю. — Ироничный тон Флинта не соотносился с его будто застывшим взглядом. — Раскаяние ничего не меняет. Это такая ошибка, которую не исправить. Ну а если тебя интересует, что было дальше, — финальный глоток рома, и капитан продолжил делано бодрым тоном: — В грот прибыли маги первой ступени, что-то поколдовали и объявили, что это место больше неопасно и впредь скалы сдвигаться не будут. Со временем о гроте забыли, а если кто-то пытался его отыскать, то всякий раз терпел неудачу. Говорили, что это дело рук тех же магов, но, полагаю, имела место магия куда более древняя и сильная, чем их. Судя по всему, снова грот появился совсем недавно, и это явно связано с кристаллом душ. Половину ловцов после того случая разогнали. Меня оставили на службе, но я ушел сам. Подался в пираты и, как видишь, достиг успеха.

Я не знала, что еще на это сказать. Мне было искренне жаль их всех: и Гвиану, и Овара, и других погибших ловцов, но вместе с тем я так же искрение сочувствовала Флинту. Наверное, я неисправима… Не совсем понимала, почему вдруг он мне обо всем рассказал, но такое доверие было для меня ценно. Когда кто-то рассказывает тебе о своей боли, о тех своих поступках, которые считает постыдными, подобное доверие дорогого стоит.

И пусть передо мной стоял пират, казалось бы состоявший из противоречий, я чувствовала, что сама его натура по своей природе светлая, пусть он и всячески это отрицает.

— Синеглазка, а ты, случаем, не морская ведьма? — внезапно осведомился Флинт. — Иначе с чего это вдруг я с тобой так разоткровенничался?

Он шутил, сглаживая возникшую между нами неловкость. Кажется, никто из нас не смог бы внятно ответь на вопрос, почему вдруг состоялся такой разговор. Я подозревала, что эту тему Флинт обсуждал разве что с Эртаном Реем, да и то очень давно.

К нашему общему облегчению, затянувшуюся паузу нарушил боцман, сообщивший, что мы подплываем к Сумеречной Жемчужине. Похоже, не только я, но и Флинт упустил момент, когда мы преодолели расстояние, отделяющее остров от «Черного призрака». Вверив меня заботам появившегося рядом Шатха, Флинт поспешил вернутся к обязанностям капитана, а я еще некоторое время неотрывно смотрела в его удаляющуюся напряженную спину.

На этот раз к Сумеречной Жемчужине пиратский корабль не причаливал. Бросив якорь неподалеку от берега, мы спустили на воду шлюпку, в которую сели я, Флинт, Шатх и еще пара пиратов, в числе которых снова оказался Пип. Достигнув берега, разделились: те несколько пиратов, спрятав шлюпку, разбрелись в разные стороны, а нас с Флинтом теневой охотник перенес прямиком в дом. Вот только, вопреки ожиданиям, дом этот принадлежал госпоже Герре, которая, кажется, только и ждала нашего прихода.

Как только мы появились посреди гостиной, она бросила вязание, которым, судя по всему, толком и не занималась, резво встала с кресла и без предисловий сообщила:

— Ко мне днем патруль приходил, на остров еще и следователя из столицы прислали. Говорят, специализируется на поимке темных магов. Проторчали тут до самого вечера, только с полчаса назад от них избавилась! Учинили мне допрос, все хотели на чистую воду вывести.

— А вы что? — поинтересовался Флинт.

Госпожа Герра улыбнулась одними уголками губ:

— Чаем поила, пампушками угощала… сетовала на местных безобразников, радовалась появлению блюстителей порядка. Производила впечатление добропорядочной и несведущей бабушки.

Прямо на моих глазах происходил обмен репликами, из которых можно было почерпнуть много интересного. Взгляды, какими обменивались Флинт с госпожой Геррой, были очень красноречивыми, да и в целом выражение лица хозяйки дома было таковым, что в ней никак нельзя было усмотреть несведущую бабушку… как, пожалуй, и добропорядочную.

— И вы вот что, — поправив очки, негромко, словно ее могли услышать, произнесла она. — Оставайтесь сегодня ночевать у меня. А то с них станется ночью в соседний дом нагрянуть — уж больно подозрительно косились они на меня, когда я рассказывала, что присматриваю за домиком и каждый день топлю камин, оттого и дым из трубы часто идет.

Шатх, успевший подойти к окну и посмотреть на улицу, коротко произнес:

— Там что-то есть. Заклинание слежения, если не ошибаюсь, — не самое сильное, но все же ощутить входящих и выходящих из дома людей установивший его маг сумеет.

Пока Флинт с госпожой Геррой обсуждали недавний визит следователя и стражей, я успела раздеться, выпить чашку предложенного чая и задаться вопросом, куда подевались Яли и, что еще важнее, Сильвия.

— А, так это я их за продуктами на поздний рынок отправила, — ответила мне хозяйка дома.

— Госпожа Герра! — Мне не удалось сдержать мгновенно вспыхнувшее, порожденное беспокойством негодование. — Сильвии ведь нельзя выходить на улицу, она потому и обратилась к нам за помощью!

— Тише-тише, — усмехнулась госпожа Герра. — Все с ней будет в порядке. Уж лучше ей по городу прогуляться, чем сидеть здесь, пока у меня пребывали милые гости, верно? К слову, — она обернулась к Шатху, — можете что-то сделать с этим следящим заклинанием, чтобы оно не затронуло возвращающихся девочек?

Не говоря ни слова, теневой охотник исчез, а вернулся уже через несколько минут, как всегда невозмутимый и спокойный. Даже спрашивать ни о чем не требовалось, чтобы понять: проблема решена.

Прошло еще совсем немного времени, и входная дверь пришла в движение, вместе с морозным воздухом впуская внутрь Яли и Сильвию — целую и невредимую. После того как весь наш отряд едва не погиб на моих глазах, я захотела броситься к ней навстречу и крепко-крепко обнять. Но вовремя сдержалась — вряд ли гордая альва оценила бы такой порыв.

Флинт с госпожой Геррой еще продолжали обсуждать некоторые последние события, а нас с Сильвией, точно маленьких детей, отправили наверх, подальше от взрослых разговоров. Некоторые темы явно не предназначались для ушей альвы, ну а меня отослали с ней за компанию. Я особо не сопротивлялась — сил осталось только на то, чтобы подняться в комнату и кое-как стащить с себя платье. Все же после значительной энергопотери я не оправилась еще и наполовину.