Тень Рагнарока (СИ) - Арманд Даров - Страница 66

Но особое внимание Торона привлекал конечно же "Одиссей" — "Флагманский Корабль Флота", относящийся к классу "Тяжелый Крейсер". По сути, к данному классу относятся самые большие и наиболее вооруженные корабли всего Имперского Солнечного Флота. Эти звездолеты способны самостоятельно проводить любые операции и могут в одиночку противостоять целой эскадре противника. "Одиссей" является кораблем с очень длинной, можно даже сказать бородатой, историей. Он был построен еще до начала Третьей Галактической Войны и одним из первых подвергся модификации и перестройке после открытия ортопространства пятьсот лет назад. То есть, на его борту был установлен сингулярный реактор. Осталось добавить только то, что несмотря на существенные отличия в габаритах, все военные звездолеты Солнечной Империи одинаковы по форме. По сути, это вытянутые прямоугольники, разделенные на почти квадратные сегменты. Количество сегментов напрямую зависит от класса корабля, а точнее от его размеров.

— И все-таки странный у этих илтаран корабль! — подумал Арнак, переключив взор на висящий в окружении их эскадры огромный яйцеобразный звездолет, превосходящий размерами даже "Одиссей" — хм-м, и чем же на самом деле занимаются здесь наши имперские ученые? — в очередной раз задал он себе риторический вопрос.

Как и остальные курсанты, а также члены экипажа всей Седьмой Эскадры он был проинформирован, что их непосредственной задачей является охрана илтарского научно-исследовательского корабля, на борту которого ведутся разработки в области сингулятроники. А точнее, дружный коллектив лучших умов Солнечной Империи пытается найти возможность улучшить и модифицировать и так уже почти совершенный сингулярный реактор. Хотя на деле там происходили совсем иные разработки, которые должны были позволить, существенно ускорить перемещение разумных существ и грузов между космическими объектами! Но сообщать всем и каждому о том, что Система Данкорд играет столь важную роль в судьбе Солнечной Империи было бы непростительно глупо! Поэтому Император Тиберий и все члены Командования Имперских Вооруженных Сил единодушно решили скрыть от всех имперцев факт разработки телепортационных технологий на окраине Солнечной Империи под охраной всего лишь одной Седьмой Эскадры!

— Милый, ты уснул? — спросила Стирра, помахав рукой перед его лицом.

— Прости, дорогая! — ответил Торон — я немного задумался…

— И о чем же ты думал!? — нахмурилась майор Иррман.

— Размышлял о кораблях и задачах нашего Солнечного Флота! — ответил Арнак.

— Да-а-а… — покачала головой "Багира" — а я-то решила, что ты думаешь о любви…

— Моя дорогая! — усмехнулся Торон — любовью нужно заниматься, а не думать о ней почем зря!

— Я с вами, молодой человек, абсолютно согласен! — вмешался в их разговор Василий Иванович — но хватит о сексе… Готовьтесь! Сейчас вы, мои котятки, побываете на борту прославленного "Одиссея"! Этот легендарный крейсер умудрился поучаствовать даже в Третьей Галактической Войне! За время службы этому кораблю и его многочисленным экипажам было присвоено столько наград, что в моем кабинете на стенах не хватает места! — хвастливо добавил Смирнов, когда его истребитель первым влетел в недра "Одиссея".

Через несколько минут их дружная команда стояла в громадном ангаре тяжелого крейсера, наблюдая, как начальник технической службы вместе со своим заместителем выгружают капсулу с плавающим в ней сыном президента Редстоуна. Ангар был на удивление пуст. Вокруг не было ни единой живой души, казалось, что "Одиссей" подвергся атаке неизвестным оружием, которое дезинтегрировало практически весь его экипаж.

— Ну, и как вам моя прихожая!? — поинтересовался Василий Иванович, выпятив грудь и высоко подняв голову.

— Впечатляющий размер, сер! — ответил Арнак, подумав, что площади ангара хватило бы, чтобы построить небольшой поселок.

— У меня, юноша, все такого размера! — усмехнулся Смирнов.

— Адмирал… — мягко сказала Стирра — мне осталось загнуть только один палец!

— Моя дорогая! — расхохотался Василий Иванович — во-первых, мои пошлые намеки в счет не идут, а во-вторых, мы уже покинули "Фенрир", так что наша с вами игра, на мое счастье, благополучно закончилась! Моим шарам вместе с точкой соприкосновения с креслом удалось избежать жестокого над ними надругательства! Но, как я вам обещал сегодня, вечером я обязательно загляну в корабельную церковь и переговорю по поводу моего исповедования… Или исповедания? Короче, по поводу исповеди! — добавил Смирнов совершенно серьезным голосом.

— Я знала, что вы сдержите свое слово, адмирал! — улыбнулась Стирра.

— Не хочу прерывать вашу милую беседу, — вмешался Джонсон — но пока вы здесь болтаете, наша республиканская бабочка благополучно вылупиться из своего кокона! А я бы хотел увидеть это событие исторического масштаба своими собственными глазами!

— Ладно, согласен! — махнул рукой Смирнов — ноги в руки и вперед к приключениям!

— Папа, я с вами свихнусь! — покачал головой Эрик, направляясь вслед за тестем в кабину графилифта. Он уже избавился от своего громоздкого вооружения и теперь выглядел не так грозно и внушительно, как на "Фенрире".

Медицинский отсек "Одиссея" представляет собой госпиталь, могущий единовременно обслужить весь многотысячный экипаж этого корабля. И таких отсека на корабле два, на всякий, как говорится, пожарный случай. По приказу начальства, медицинский персонал собрался в многочисленных столовых вместе с остальными членами корабельной команды для проведения банкета по случаю очередного Дня Нерождения Адмирала Смирнова, проводимого каждый раз, когда на борту нужно было провести какие-нибудь секретные мероприятия, часто посещаемые самим Тиберием Цезарем Кроном.

— Вась, а ты не мог их просто распустить по каютам? — спросил "Чапаева" главный врач "Одиссея" Петр Владимирович Нечипоренко, стоявший посреди медицинского модуля в белоснежном комбинезоне, многозначительно уткнув руки в бока.

Главврач был высоким черноволосым мужчиной с глубоко посаженными карими глазами. Их взгляд пронизывал Смирнова, подобно установкам внутрипланетарного бурения, пробивающим кору планеты в поисках полезных ископаемых.

— Петя! — ответил Василий Иванович, смотря на своего приятеля с хитрым прищуром обоих глаз — твой персонал, согласно штатному расписанию, должон целый день протирать штаны и юбки на рабочем месте, бессмысленно уткнувшись в свои СПК! Надоело же уже! Пусть отдохнут, хлюпнут за наше драгоценное здоровье, а мы пока родим этого товарища! И нам хорошо, и им спать будет спокойнее!

— Как скажешь! — махнул рукой Нечипоренко — ты у нас тут главный, да еще и с недавно синтезированными глазами… Поэтому тебе, как говорится, виднее! — его взгляд был уже прикован к анабиотической капсуле, над которой трудились два выходца с "Островов Восходящего Солнца", одетые в оранжевые комбинезоны технической службы.

Через несколько минут начальник техотдела и его заместитель, закончили работу по осмотру и подключению анабиотического резервуара к системе жизнеобеспечения корабля. После чего, они оба отошли в сторону и молча стали наблюдать за происходящим. Нечипоренко занял их место и стал колдовать, воздев руки над появившейся в воздухе голографической панелью, бормоча себе что-то под нос. Когда все было закончено, он облегченно вздохнул и смахнув пот со лба, произнес:

— Ну, и намучился же я… Во-первых, я впервые в жизни вижу такую необычную анабиотическую капсулу, изготовленную, что называется, в готическом стиле — главврач покачал головой, рассматривая стоящий перед ним угольно-черный саркофаг — а во-вторых, давно я уже этим не занимался! Но вроде бы навыков не потерял… Думаю, что минут через пять его можно будет доставать!

— Петь, а ты слышал, что Археологический Комитет откопал на Земле еще одну банду замороженных жмуриков? — поинтересовался у него Василий Иванович.