14 ночей с монстром (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 41

— Простите.

— Прекрати… прекрати просить прощение, — в голосе слышна досада и даже злость.

Но мне почему-то не страшно. Слишком глубоко я погрязла в золоте его взгляда.

Именно этим можно объяснить мой следующий поступок.

Ладошка поднялась выше и пальчики осторожно коснулись бритых висков, как раз того завитка, который появился после нашего соглашения и с каждой ночью становился все четче.

— Что это означает? — спросила едва слышно, не отводя взгляда.

— Что я заключил соглашение с тайрифи, — ответил мужчина.

— И все?

Ухмылка, от которой сердце словно ухнуло вниз, а потом забилось быстро-быстро.

— Нет, не все. Еще это означает, что наши тени, — он на мгновение задумался. — Наши тени нашли общий язык.

— Вы опять что-то от меня скрываете, — пробормотала в ответ, даже не думая обижаться.

— А ты спроси, Софи. Назови мое имя и спроси. А я отвечу. Честно и прямо. Узнай, что хочешь, — совершенно серьезно отозвался мужчина. — Любой вопрос.

И я ни на секунду не усомнилась в том, что он сказал сейчас правду. Проблема в том, что не знала, насколько далеко готова была зайти в своих вопросах.

— Когда же ты откроешься, — со вздохом произнес мужчина и пальцы вновь скользнули по моей шее, застыв на том месте, где так отчаянно билась жилка. — Когда перестанешь бояться. Я никогда не причиню тебе вред.

— Потому что я тайрифи, — с горькой усмешкой отозвалась я и попыталась встать с его колен. Сползти на кровать.

Но дрейг неожиданно резко подался вперед, хватая за плечи и снова возвращая к себе на колени.

— Нет. Потому что ты — это ты, — громким шепотом отозвался мужчина, жадно скользя пылающим взглядом и застывая на губах, которые словно иголками проткнули, так сильно они загорелись. — Ты боишься меня, Софи?

— Нет.

Секунда молчания и новый вопрос.

— Ненавидишь?

— Нет, — с придыханием отозвалась я. — Не ненавижу.

Судорожно кивнул, снова слегка сжал плечи.

— Хорошо… потому что… потому что больше не могу, — неожиданно хрипло закончил он, медленно наклоняясь. Все ниже и ниже. — Не могу так больше.

Я уже хотела спросить, как, когда горячее дыхание обожгло мои губы, заставив их приоткрыться.

Но поцелуя не последовало.

Мы застыли, глядя глаза в глаза. Не в силах даже вздохнуть.

Я не сразу поняла, чего он ждет, покрываясь легкими искрящими в свете звезд чешуйками.

И, наверное, я все-таки сошла с ума. Потому что по-другому это никак не объяснить.

Вместо того, чтобы с криком оттолкнуть его от себя, упасть в обморок или забиться в истерике, сама сделала первый шаг, подалась вперед, прикрыв глаза. И встречая наш первый настоящий поцелуй.

Опыта у меня было маловато, поэтому я лишь неловко скользнула по его неожиданно мягким губам. Коснулась и слегка отпрянула, поражаясь собственной смелости и поднимая взгляд.

Дрейг не спешил набрасываться на меня, не торопился реагировать, а просто смотрел. Нет, не просто. Смотрел так, что кровь в жилах закипала и мурашки побежали по коже.

А в ушах громом звучал его шепот: «… Не могу так больше…»

Неужели это все мне послышалось? Неужели я все выдумала? Приняла желаемое за действительное.

Дура! И сама сделала роковой шаг навстречу, наплевав на остатки разума и осторожности. И зачем? Для чего?

Ведь еще утром боялась дрейга, а сейчас… сама шла к нему в руки, как одна из сотни таких же дурочек, продававших свою жизнь и молодость за возможность побыть с ним.

Наверное, все эти мысли отразились у меня на лице, потому что дрейг неожиданно отмер.

— Софи…

Пальцы коснулись пылающей щеки, очертили абрис лица, задев горящие губы.

— Не отпущу, — неожиданно хрипло пообещал мужчина, зло сверкнув глазами и подался вперед.

Поцелуй-укус.

Не просто соприкосновение губ. А самый настоящий укус.

Дрейг слегла прихватил зубами нижнюю губу, чуть потянув на себя. Сердце в ответ словно ухнуло вниз, и голова закружилась, будто меня разом лишили всего кислорода.

С тихим рыком дрейг обхватил мое лицо руками и впился в рот болезненным, жадным поцелуем. Его губы, которые только недавно были мягкими, вдруг стали сухими, жесткими и неожиданно наглыми. Руки заскользили по спине, надавливая, припечатывая меня к нему. И я застыла от такого неожиданного напора, растерялась, путаясь в собственных эмоциях.

Но даже в этот момент мысли сбежать не возникло.

А дрейг уже оставил в покое мой рот, переключившись на другие части тела. Чуть прикусил мочку уха, вызвав слабый стон, сорвавшийся с моих губ, проделал пылающую дорожку из коротких поцелуев по шее вниз.

Прошептав что-то непонятное и видимо не совсем приличное, мужчина сорвал с платье, запечатлев на плече быстрый поцелуй, еще один у ключицы. Кожу тут же обдало прохладным ветерком и грудь болезненно налилась.

Чуть приоткрыв глаза, я слегка откинулась назад, зная, что удержит, не даст упасть, чувствуя бедрами его налитую твердую плоть. Чуть приоткрыв губы, наблюдала за дрейгом, который горящим взглядом изучал мое тело. Грудь в ответ заныла еще сильнее и между ног стало неожиданно влажно и горячо. Попытка сжать ноги возымела совершенной другой эффект. Лоно провокационно скользнуло по набухшей плоти, скрытой за штанами, сделав еще ближе.

Взаимный стон… один на двоих.

Наши лица так близко, что дыхание словно переплетается.

— Помнишь, я сказал тебе, что позволю уйти? — рвано дыша, сообщил мне мужчина.

Я слабо кивнула, даже не пытаясь прикрыться.

— Солгал, — продолжил Форр.

Горячие ладони заскользили по спине, пока не опустились на бедра, направляя, качнув их вперед и назад. Так что я снова заскользила по нему. И еще раз. Снова и снова пока я не застонала, задрожав от нарастающего возбуждения.

— Не отпущу и не отдам, — шепнул мужчина. — Тебе стоит привыкнуть к этой мысли, Софи.

Снова кивнула, пытаясь понять, как отношусь к этому заявлению. Откопать в уголках затуманенного сознания хоть каплю страха. Но нет, ничего.

Ни страха, ни сомнений, ни тревог.

Не знаю, может виной тому тень, которая все-таки достучалась до меня со своими фантазиями, но я хотела этого. Хотела ощутить себя желанной, любимой.

Тогда, в другой жизни, я часто наведывалась в больницы и общалась с бывшими пассиями дрейгов. Видела их постаревшие лица и угасающие глаза. Но ни одна из них не жалела о содеянном. И дело было не только в деньгах и безбедном существовании.

— Ты еще ребенок, тебе не понять, — затягиваясь длинной сигарой, произнесла одна из них. — С ним я чувствовала себя самой лучшей, самой желанной. Дрейг знал мое тело лучше меня, находил такие струны, о существовании которых я даже не подозревала. С ним я жила.

— Он вас убил, — возразила я тогда, прижимая папку к груди.

— Если ради чего и стоит умереть, то ради этого.

И я тоже хотела этого. Хотела почувствовать себя живой, настоящей.

Даже, если за это придется заплатить высокую цену.

Глядя ему прямо в глаза, медленно вытащила руки из рукавов.

— Если вы… ты хотел меня запугать, то не получилось, — честно призналась мужчине и осторожно, кончиками пальцев коснулась сверкающих чешуек на его груди.

Дрейг вздрогнул, чуть отстранился, всего на мгновение…

И только сейчас я поняла, что такое страсть, что до этого была лишь жалкая прелюдия.

Мужчина рывком бросил меня на кровать и тут же навис сверху, упираясь коленом между ног. Руки в одно мгновение сорвали пояс и разорвали на части платье, открывая меня для него, от макушки до пяток.

Всего мгновение, удар сердца и дрейг наклонился к груди, вбирая в рот горошинку соска, лаская языком и губами, чуть посасывая, от чего внизу живота вспыхнула новая волна желания.

Выгнувшись, я бесстыдно потерлась бедрами о его колено и едва не застонала от новой вспышки болезненного наслаждения.

— А'Рэ…

— Имя, Софи, — прошептал мужчина мне в губы, сжав упругий холмик. — Это не так сложно.