14 ночей с монстром (СИ) - Серганова Татьяна - Страница 61

И одним из таких доводов была Айрин.

— Но ты так… спокоен. Я знаю, что ты уже нарушил из-за меня ряд правил. Это ведь еще больше осложнит ситуацию.

— Откуда ты знаешь? — откидываясь на спинку, кресла спросил Элгар.

— Микелла сказала, — не стала лгать я.

— Она, кстати, требует, чтобы я отступился и принял решение сейма. Произошедшее убедило хранительницу, что мне стоит исчезнуть из твоей жизни.

Ну вот. Не успела обзавестись матерью, а она уже вмешивается в мои отношения.

— Значит, все против нас, — подытожила я.

— Мне нравится, как ты это сказала, — мягко улыбнулся дрейг. — Но да, ты права. Они все уверены, что я медленно уничтожаю тебя, и сделают все, чтобы разлучить.

— Но это же неправда.

— К сожалению, большинство думает иначе.

— И тогда почему мы все еще здесь?

— Врач запретил тебя трогать, пока ты не придешь в себя.

Я уже отлично себя чувствую, — отозвалась, откинула одеяло и свесила ноги с кровати. — Уезжаем. Прямо сейчас.

Но Элгар не спешил вставать и бежать отсюда сломя голову, а еще глубже погрузился в кресло, наблюдая за мной.

— Не злись на Микеллу, — произнес Форр. — Она только недавно тебя нашла и так боится снова потерять. А факты говорят о том, что я злодей, который причиняет тебе боль.

— Лучше бы за своей родственницей присмотрела, — огрызнулась я и вздохнула. — Больше чем уверена, что твой друг приложил к этому руку.

— Доказательств нет.

— Хочу домой, к Айрин.

— Утром, — пообещал он и встав с кресла перебрался на кровать, снова беря меня за руку. — Утром мы сядем на корабль и вернемся домой. После заседания и оглашения вердикта.

— Мне не нравится, как это звучит.

— В любом случае, последнее слово будет за тобой. Они не примут решения без твоего согласия.

— Хоть это радует. Они сейчас заседают? Ночью?

— Экстренное заседание. Время суток не имеет значения. И уйти отсюда мы пока не можем. Точнее, я могу, но без тебя.

— Окружили? — усмехнулась я, обводя взглядом комнату, которая в одно мгновение превратилась в тюрьму.

Внутри все протестующе всколыхнулось. Хотелось сделать что-то этакое. Всем назло. И чтобы удовольствие принесло. Кстати, об удовольствии.

— Тебе сидеть удобно?

— Не жалуюсь, — несколько растеряно произнес Элгар, подозрительно на меня уставившись.

— А у меня удобнее. И мягче… и теплее, — произнесла я, глядя мужчине прямо в глаза и медленно спуская бретельку платья с плеча. — Почему ты меня не раздел? Между прочим, лежать в платье страшно неудобно. В белье было бы намного лучше. Не поможешь с молнией?

Глаза вспыхнули золотистым цветом в ответ на мое предложение, но сдаваться мужчина не собирался.

— Софи, ты едва не погибла. Тебе отдыхать надо.

— Не преувеличивай. Я замечательно себя чувствую. Если сегодня наша последняя ночь, то я хочу провести ее с пользой.

— Не говори так, — сразу же нахмурился Элгар.

— Поцелуй меня, — потребовала я, хватая его за воротник рубашки и привлекая к себе. Все ближе и ближе. — Поцелуй так, как можешь только ты. Знаешь, Кайла мне рассказывала какой ты холодный, скучный и знаешь что?

— Что?

— Она непроходимая дура.

Пальцы погрузились в его волосы в тот момент, когда наши губы встретились.

н сопротивлялся совсем немного. Пару секунд, чтобы с тихим рыком прижать к себе, заваливая на кровать и нависая сверху.

— Ты что творишь? — шепнул, оторвавшись на мгновение.

— Сам хотел, чтобы я открылась, чтобы чувствовала, — сказала в ответ.

Одна только мысль, что нам, возможно, придется расстаться, была равносильна муке. И пусть это казалось ненормальным и больше походило на помешательство, мне плевать. Я хотела его. Всем сердцем. Его и только его.

— Сумасшедшая, — выдохнул Элгар, прикусывая мочку.

Жалобно скрипело платье, которое мы общими усилиями стаскивали с меня. Трещала ткань белья, разорванного в клочья, громко стонали кнопки, которые я рвала на его рубашке, пытаясь добраться до горячей кожи.

И все это не переставая целовать, кусать и даже царапать.

Остановиться так сложно, почти невозможно.

Я тянулась к нему, едва дыша, всхлипывая и моля не останавливаться. Но дрейг не торопился.

Рывок и смена позиции. Он заставил меня встать на колени, опираясь руками о мягкий матрас, прогнуть спину, выгибаясь словно кошка.

Элгар крепко держит мои бедра, лишая даже малейшей возможности дернуться или сбежать. Как будто я собиралась, узел желания уже сжался. Мужчина придвинулся ближе и слегка потерся, давая ощутить всю силу его возбуждения.

— Элгар, — простонала, почувствовав, как его пальцы скользнули к лону, находя сосредоточение желания.

Ему понадобилось всего пару движений, чтобы я взорвалась от накрывшего с головой наслаждения, задрожала, до хруста сжимая в руках простыни, до крови кусая губы.

Дрожь разрядки еще не утихла, сердце билось как сумасшедшее, но мне все равно было мало. Не так. Хочу его всего. До упора. Хочу вместе.

И Форр вновь прочитал мои мысли, толкаясь бедрами, заполняя собой.

Проникновение не полное и осторожное, но я тут же застонала, подаваясь назад, еще сильнее прогибаясь в спине.

Дрейг даже не думает сдерживаться. Его толчки резкие, порывистые, болезненные. Но как же сладка эта боль. Я прогнулась еще сильнее, простонав, когда мужчина намотал волосы на кулак, притягивая к себе, кусая в плечо.

Недавнее наслаждение кажется жалким пшиком по сравнению с тем взрывом, которого мы достигаем одновременно, падая на смятые простыни.

Разрядка была такой силы, что пришлось заново учиться дышать, слышать, чувствовать и говорить.

Отдышавшись, я повернулась на живот и, опираясь на ладошку, взглянула на дрейга, не в силах сдержать усталой улыбки.

— Кажется, я тебя только что соблазнила.

— Самым наглым образом. Да еще в доме хранительницы.

— Настоящее святотатство, — прыснула я от смеха и добавила уже серьезнее. — Никогда не думала, что это так…

— Что именно? — спросил он, поворачиваясь на бок.

— Что можно так привязаться к кому-то за несколько дней. Довериться. Мне уже казалось, что я больше не смогу.

— Это только начало. Обещаю. Я сделаю так, что ты никогда не будешь жалеть о принятом решение, — пообещал Элгар.

Но, если бы все было так просто.

Кто мог знать, что буквально через несколько часов я сама откажусь от него.

В дверь постучали около семи утра. Именно постучали, а не ворвались. Все-таки чувства такта у них хватало.

— Пора? — спросила я, приподнимаясь и, прижав простынь к груди, с тревогой взглянула на дверь.

— Пора.

Элгар встал первым. Выбрался из кровати, начал собирать одежду с пола и одеваться. Погипнотизировав пару секунд его широкую спину, я поднялась и тоже начала собираться.

С бельем пришлось распрощаться, восстановлению оно не подлежало.

Что ж, надо смириться, что перед великим и могучим сеймом я предстану практически голой.

Форр вновь помог мне застегнуть платье, которое благодаря качественной и дорогой ткани совершенно не измялось, оставаясь довольно презентабельным.

— Ты главное верь мне, — шепнул Элгар, прижимаясь к моей спине и целуя в затылок. — Верь несмотря ни на что.

— Об этом мог и не просить, — закрыв глаза, отозвалась я, прижимаясь к его груди и наслаждаясь этой короткой лаской.

У выхода нас терпеливо ждала чета Диррен.

— София…

Микелла сделала ко мне шаг, словно хотела коснуться, но я отвернулась, прячась за Элгаром. Не могла сейчас с ней разговаривать, слишком сильна была злость и недоверие. И пойдя у эмоций на поводу я могла наговорить много обидного.

Женщина вздохнула и отступила, не став настаивать, но взгляд, который она бросила на Форра, я заметить успела. Свой приговор дрейгу хранительница вынесла. Жаль, я считала Микеллу умной женщиной.

— Сейм ждет, — произнес Риг.

На улице нас ждала специальная черная машина, в которую мы быстро сели.