Обряд в снежную ночь (СИ) - Елена Рейн - Страница 24

После такой встречи, когда над ней смеялись, милая невеста весь вечер простояла одна, а потом отправилась в сад к отцу и попросила отвезти ее домой. Всю дорогу Кати просила не отдавать замуж, и отец согласился, а потом через неделю принц сам явился и попросил прощения. Умолял, объясняя, что был зол, но сейчас, когда услышал новости об ее отказе, был поражен и расстроен. Дочь купца простила его, решив, что теперь будет нормально.

Так и было. Теперь уже с удовольствием Катерина ездила на балы, и с ним встречалась. Она не могла нарадоваться, все больше влюбляясь в своего принца.

После очередной такой поездки, оказавшейся последней, когда она пришла домой, в ее комнате оказался мужчина. Тот, что недавно устроился к ним на работу, чтобы постоянно следить за ней.

Он схватил ее, связал и привез сюда, в холодные земли оборотней. Весь путь она путешествовала на черном ужасном вонючем животном, перекинутая через седло, а на голове мешок. Задыхалась, кричала, пока он не снял тряпку, не заткнул рот тряпкой. И потом стало еще хуже… холодно и страшно. А потом оказалась здесь…

Купеческая дочь вздрагивала и дрожала от каждого шороха. Когда виторг привез, то вдруг вышел худощавый мужчина и заявил, что хочет ее, и в следующую секунду она увидела, что медведь и тигр рвали друга, пока черный зверь не откинул мертвого тигра в сторону огня.

Страшно. Девушка слышала про оборотней, но чтобы видеть так близко — никогда. Страшные монстры. Она всхлипнула и обняла себя за плечи, желая обнять отца. Он один ее воспитывал, все для нее делал. Даже будущее обеспечил… а она здесь.

Девушка всхлипнула и пообещала себе, что обязательно вернется в Сивольское королевство. Что-нибудь придумает.

Послышались шаги, и Катерина стала пятиться, умоляя богов, чтобы это не оказался виторг, который похитил ее. Но ее надежды оказались тщетны — перед ней стоял Лотар, как его называли тигры. Высокий, с длинными черными волосами. Он нагло усмехнулся и пошел к ней.

Чувствуя неладное, девушка быстро поднялась и побежала в другой угол, как тут же что-то ударило в спину, и она упала на пол. В следующую секунду она почувствовала, что нечем дышать, так как огромные руки легли на шею. Она билась, пыталась высвободиться, но попытки увенчались провалом. Когда сознание стало уплывать, почувствовала облегчение.

— Ну вот… теперь пошлю весточку Кревану от его суженной.

До девушки тяжело доходили слова жестокого похитителя. Она только видела в его мозолистых ладонях свои длинные волосы, а потом он поднялся и направился к выходу.

Желания подняться не было, как и сил. Она с ужасом принимала тот факт, что ее мучитель обрезал ее длинные волосы, и не могла выразить свои эмоции, переживая, что и за это накажут.

С ней тут обращались как с ничтожеством. Лишь раз в день они приносили воду и лепешку, а когда первое время она кричала, умоляя отпустить, забирали все и приносили только на следующий день. Три дня назад приходили две женщины и сняли драгоценности. И вот сейчас это…

Девушка закрыла глаза и просто лежала, не вытирая слез, мечтая, чтобы это оказалось кошмарным сном, но каждое утро она все больше убеждалась, что это ее персональный ад, из которого она никогда не выберется.

Хорм Северной тропы

Ревальд смотрел на огонь в большом доме, где проходило собрание. Он отличался от других домов, в неизменном виде перешедший к ним от предков. Стены были в основном из камня. Устроенную из ветвей и бересты крышу подпирали деревянные столбы, установленные в два ряда внутри помещения. Строение утепляли, обсыпая землей, на крышу укладывали торф или дерн. Со стороны летом жилище выглядело как поросший травой продолговатый холм. Для обогрева, и на праздники для приготовления пищи в длинном доме устраивали несколько очагов. По бокам находились отдельные комнатки, которые использовались как кладовки. Сейчас в помещении находилась большая часть хорма. Только мужчины, женщины редко когда присутствовали на собраниях.

Верховный альфа повернулся к брату и проговорил:

— Что скажешь?

Реван задумчиво окинул внимательным взглядом лучших оборотней, в которых был уверен, и проговорил:

— Это Лотар. Уверен. Но вот не пойму… почему именно сейчас он вернулся? Столько лет прошло.

Ревальд поднялся и пошел к огню, вытаскивая руку, не реагируя, что огонь сжимает кожу. Задумчиво смотрел на языки пламени, а потом выдал:

— Значит, нашел то, с чем может противостоять нам.

Брат скривился и отвернулся, что заметил Ревальд. Мужчина нахмурился, понимая, что тот умалчивает о важном, и решил отложить разговор. Посмотрел на мужчин и громко отчеканил:

— Будьте осторожны. Охраняете хорм и немедленно сообщайте о всех странностях или гостях по внутренней связи, если на близком расстоянии.

— Лотар сможет услышать. Он сильный альфа, — сказал свое слово Хантер, вожак хорма Сагайской долины.

— Да, поэтому он постарается действовать хитро, — поддержал Ретар, лучший воин.

Через двадцать минут, когда все вопросы были решены, только два брата осталось в помещении. Ревальд посмотрел на Ревана, с недовольством смотрящего на каменные стены, и спросил:

— Что тебя беспокоит?

Реван оскалился, выдавая свой гнев и злость, и резко произнес:

— Запаха Лотера я не чувствую, но стоило заехать на наши территории, как во мне что-то оборвалось. После того, как пересекли границу меня скручивает от ярости и желания. Я не могу понять, в чем дело. Запахов нет.

— Сира? — задумчиво предположил верховный альфа, намекая, что Реван соскучился по женщине, с которой имел связь некоторое время.

— Нет, но знаешь, что странно? Когда такая же мысль посетила меня, я отчетливо осознал, что не хочу, чтобы эта женщина была со мной в постели.

Ревальд поднялся, желая идти к своей истинной паре, как друг остановился. Он повернулся к брату и выдал:

— Точно такие эмоции испытывал к Кассандре, когда около нее ходил охранник, и с каждым мгновением, оно усиливалось. А там в замке, полностью пропитанная травами, она влекла, но не было осознания, что она — моя истинная. Реагировал мой зверь.

Альфа хорма Северной тропы задумался, а потом сказал:

— Это невозможно. Я бы почувствовал.

— А если тут замешан Лотар? — предположил верховный, тут же добавляя: — Если он и прячется, то только у самбаров. Те могут пойти на все, что убрать меня. Хотя лисары никогда не вызывали доверия. Хитрые и подлые.

— Нужно будет наведаться туда, — предложил Креван, обдумывая, как это сделать грамотно и быстро.

— Не торопись… Посмотрим, — сурово сказал Ревальд, считая, что Лотар сам раскроет карты. Он всегда был слишком самонадеян и сейчас… обязательно ударит со спины, оставив следы.

Глава 26

После баньки девушки сидела в родительском доме братьев, где обычно останавливался верховный альфа, и постоянно обитал Креван. У мужчины был свой дом, но он предпочитал этот, не желая оставаться в своем. Вожак Северной тропы чувствовал там одиночество, подумывая отдать его своей правой руке, но потом решил оставить на тот случай, если встретит свою женщину. Может тогда, его дом не будет вызывать в нем скуку и желание все разнести в щепки.

Девушка посмотрела на дверь, недавно закрывшуюся, и вздохнула. Совсем недавно от нее ушла добрая женщина по имени Элия, маленькая полная женщина с седыми волосами. Она все ей показала в доме, отвела в баню, а когда девушка вновь вернулась, ее ждала чистая одежда. Совсем другая, не та, к которой она привыкла или видела. Меховая накидка и теплое платье. Такое нежное и красивое, что она не могла поверить, что такая красота теперь принадлежит ей. Сапоги, чулки, нижнее белье — ничего не забыла старая медведица. И все вещи были ее размера. Элия сказала, что уже приближаются мужчины, и ей можно идти домой к внукам.

Кассандра задержала внимание на столе, на котором стояло несколько горячих блюд, закуска и питье: кувшин с вином и брусничный сок, а потом поднялась и побрела к окну, посматривая по сторонам. Она не чувствовала страха или волнения, ей все было интересно.