Последняя банши. Красная свадьба (СИ) - Полынь Кира Евгеневна - Страница 23

Наг не задавал лишних вопросов, как и всегда, в последнее время, чувствуя мое настроение и отталкиваясь от него. Если поразмыслить то, Шеша был единственным, кто хоть немного заботился о моем комфорте, и не пытался гнуть свою линию.

— Мы пришли. Я останусь здесь и если буду нужен, только позовите.

— Хватит официоза, прошу тебя. — Я устало стянула с головы корону, что давила на виски тяжелым обручем.

— Как скажешь. — Голые пальцы нага, неожиданно коснулись моей щеки, от чего я вздрогнула, и змей быстро убрал руку. — Прости. Это инстинкты. Для нас нет ничего ценнее женщины.

Когда только успел снять перчатку?

— Ты можешь мне рассказать о вас? — Мужчину удивился. — Я хочу немного отвлечься, и если тебе не сложно расскажи мне о нагах. Я всегда хотела узнать о вас, но как видишь, не довелось. — Я грустно улыбнулась.

— Только если ты просишь. — Он легонько поклонился, и я открыла дверь, приглашая его в свои покои.

Глава 23

— Почему вы так цените женщин?

— Их очень мало. Наши боги редко проявляют к нам милость. Каждый наг в чьей семье родилась девочка сразу становится очень уважаемым человеком.

— А ребенок?

— По приходу брачного возраста девушка сама вправе выбирать, кто станет отцом ее детей. Для этого мужчины проходят разного рода испытания. На силу, скорость, ловкость и так далее.

— И это счастье?

— Счастье. — Грустно ответил змей.

— Почему вы всегда в капюшонах? — Я перевела тему, осознав, что Шеша это счастье не коснулось, что печалит мужчину.

— Наш вид может немного шокировать. Мы… Отличаемся от вас. Сильно.

— А я… Я могу посмотреть? — Капюшон недоверчиво дрогнул. — Я хочу знать, как вы выглядите.

— Это малоприятное зрелище, Морена. Я не могу сказать, что наги хоть как то подходят под каноны вашей красоты.

— Ты забываешь, что я банши. Ты хоть раз видел нас в боевом обличии? Вот-вот.

— Уверена? Может, лучше оставим все как есть?

— Нет. — Неизвестно откуда взявшееся упрямство удивляло даже меня. — Я хочу знать.

И наг сдался. Я видела, как взволнованно подрагивали его пальцы и как медленно руки поднимались к капюшону, чтобы открыть мне свое лицо. Ткань плавно скользила вниз, открыв сперва сероватую грубую кожу на шее, которая как оказалось не кожа вовсе, а плотные чешуйки. Вместо носа две черные дырочки на плоском лице, тонкие губы чуть вытянутые вперед выглядели, словно прорезь в толстой шкуре. Но самое удивительное это глаза. Ярко рыжего цвета с узким вытянутым вертикальным зрачком, что сужался и расширялся в зависимости от положения глаз. Плотные дуги обрамляли большие по человеческим меркам глаза, даже огромные, что сейчас смотрели на меня с нескрываемым страхом и нетерпением.

Не позволил нагу смутиться, я с любопытством рассматривала его лицо, не позволяя себе и капли отвращения или брезгливости.

— Не могу понять, чем ты меня пугал. — Распахнутые глаза уставились на меня. Будь я немного нетерпимее, передернула бы плечами от странного холодка, что прошелся по спине, так как будто смотришь в глаза удаву.

— Не страшный?

— Не красавиц конечно, но по симпатичнее некоторых. — Улыбнулась я.

Змей опустил голову, демонстрируя совершено лысую макушку, покрытую точно такими чешуйками, что и шея, но более грубая, обвивающая голову и образующая наросты в виде небольших рожек. Если проявить фантазию, очень походило на корону. А еще отсутствие ушей вводило в некоторый ступор, но я упрямо отгоняла эти мысли.

— Раз уж я выполнил твою просьбу, я могу просить что-либо взамен? — Неожиданно сказал он, натягивая неизменный капюшон обратно, оставляя открытым лицо.

— Смотря что, Анандо. Многое просто не в моих силах.

— Это ты можешь сделать.

— И что же это? — Я подперла подбородок рукой, умирая от любопытства.

— Я могу прикоснуться к тебе?

— Именно сейчас? — Я удивилась столь странной просьбе. — Это странно.

— Я просто хочу знать, какие женщины на ощупь. Руки, лицо, шея. Что бы я мог не одергивать пальцы.

— Но ничего более… мм… Личного?

— Никогда. Я себе этого не позволю.

— Хм… Ладно. — Я придвинулась ближе к нагу и подставила свое лицо. — Неужели ты так любишь трогать женщин?

— Я никогда к ним не прикасался, за исключением тебя.

— А как же хотя бы Агнет? — Удивилась я.

— Агнет ламия. Это другое и я не трогал ее. Она мне не нравится. — Он поднял руку в воздух и едва заметно коснулся моей щеки. — Ты удивительно красивая женщина. Ты даже пахнешь не так, как другие. Обычно так мы узнаем свою пару, но у меня нет сомнений, что это не ты. — Я улыбнулась. Только нага мне не хватало для полной коллекции. — Мне стало интересно, какая ты на самом деле.

Наг аккуратно вел когтистым пальцем по моей коже, едва касаясь подушечкой. Он тщательно обвел линию губ, погладил нос и с любопытством разглядывал глаза. После подтянулась и вторая рука, опускаясь на плечо, поднимаясь выше, поглаживая шею, ключицы.

— Это просто фантастика. Какое счастье это иметь свою женщину. — Я мягко улыбнулась завороженная восторгом в змеиных глазах. — Я никогда не забуду это Морена. Ты дала мне то, что напоминает сбывшуюся мечту.

— Я все равно не понимаю. В замке огромное количество девушек, и практически любая готова разделить с тобой ложе, не зависимо от того, как ты выглядишь, какой расы, религии. Великий умно подбирал гарем, что бы угодить вкусам любого.

— Это сложно объяснить, но я могу попробовать. — Я кивнула, пока наг продолжал блаженно поглаживать мои волосы. — Мы всегда, безусловно, и безоговорочно испытываем страсть к особям нашего вида. Но как ты могла заметить в замке нет нагинь, а человеческие или какие либо другие самки не вызывают в нас тяги.

— Но я же тоже не нагиня.

— А вот это я объяснить не могу. Единственное это твой запах. Он особенный, но я не знаю с чем это связанно.

— Это даже немного пугает. — Наг хотел было убрать руку, но я остановила. — Не ты, а эта тяга или что там еще.

— Ты пахнешь как готовая к семье нагиня. Сладко и дурманаще. Как фантазия зовушая за собой в сон.

— Погоди, а как же наги Миташера? Они явно не страдали целомудрием.

— Уверена? Ты ловила хоть кого-нибудь их низ с поличным?

— Нет.

— Они соблюли приличия, не отвергли подарок хозяина, но и не воспользовались им. Так принято.

— Я не знала, что вы так щепетильны в выборе партнера.

— Нет большей радости, чем создать семью, и большей печали, чем ее потерять. Мы как никто другой ценим наших женщин, дорожим ими и не позволяем кому-либо обидеть их. Это законы, и они придуманы не просто так. Ты и представить себе не можешь, с какой заботой я бы относился к тебе, будь ты моей.

— У меня достаточно мужчин, Анандо. — Горько усмехнулась я. — И они ничего не принесли мне кроме боли, даже если не хотели этого.

— Твое сердце разбито, но оно заживет. А пока я, как и клялся тебе, буду твоим личным неустанным охранником. — Было видно, что наг едва сдерживается, чтобы добавить «Возможно, тогда ты увидишь», но благоразумно промолчал, вместо этого резко развернувшись к двери. — Он идет.

Напоследок погладив мою нижнюю губу, змей подскочил и скрылся за дверью, в которую спустя пару минут зашел Великий, хлопнув, что было сил, от чего бедная осыпалась облочком пыли.

Он сильно дернул меня за руку, поднимая с кресла, и толкнул в сторону кровати. Он был зол, очень. И сейчас планировал сорвать эту злость на мне, сперва нетерпеливо срывая платье.

Я расслабилась. Какая разница? Он все равно добьется того, чего хочет. Минутой раньше, минутой позже. В какой-то момент я поймала себя за тем, что вынула шпильку из волос и сама стянула лямки лифа, снимая его и отбрасывая в сторону, но вместо того, что бы быстрее это закончить Великий сделал шаг назад.

— Тебе так не терпится избавиться от меня, что ты сама срываешь с себя одежду?

— Чего ты хочешь?! — Не выдержала я. — Слушаюсь — не нравиться, не слушаюсь — не нравится!