Это точно она?! (СИ) - Волкова Риска - Страница 1

Риска Волкова

Это точно она?!

Как все начиналось

— Это точно она?! — едва не поперхнулся недогрызенным яблоком Император Пангасиус Разумный.

Императрица-мать, высокая худощавая блондинка с хищным выражением пираньи на лице, упрямо поджала губы.

— Панганчик, милый, она нам не подходит! — взвизгнув, высказала свою точку зрения она.

Однако, старый прорицатель На-Кол-Дун считал иначе.

— Вы ничего не понимаете! Спорить со звездами — себе дороже! Хотите, чтобы какую-нибудь кривую или косую подсунули?!

Императрица с Императором слаженно издали испуганный вздох.

— Не надо кривую! — взмолилась женщина. — Но эта… Эта… Я как представлю, что это чудище рядом с нашим Кристианом… Ей же рожать ему детей!

Прорицатель усмехнулся. Настал день возмездия! Сколько можно было ему терпеть прихоти и капризы императорской четы? Предсказать в каких платьях будут все дамы на осеннем балу? Найти ту самую любовницу для Императора? Прикрыть волей небес очередную выходку Кристиана Наглого? Ха! Вот оно! Выбор невесты зависел целиком и полностью от звезд. И никто не мог повлиять на это решение.

— Ну, может, детишки пойдут в папу… — решил утешить На-Кол-Дун пребывающих в депрессии родителей.

Это помогло слабо.

— Почему… Ну почему она из другого мира?! — продолжала стенать Императрица, заламывая руки. — Может, с ней что-нибудь сделается при переходе, и звезды укажут на новую деву?!

Прорицатель покачал головой.

— Нет. Иначе будет кривая.

Снова вздох.

— А что у нее с волосами? Почему они розовые? А с другой стороны вообще лысая! Плешь! Явно не здорова! Может… Может, мы можем сослаться на ее хворь? Заменить таким образом?!

— Еще раз говорю, что все уже решено! Через пару часов я перемещу ее к нам во дворец. Готовьте апартаменты! — сказал Прорицатель.

— Апартаменты для чудовища… — простонала Императрица, еще раз глянув в волшебное блюдо, которое и показывало прекрасный образ нареченной.

Если бы она была в курсе моды и течений другого мира, откуда собственно и собирались доставить девицу, предназначенную в жены наследнику Кристиану, то вполне понимала бы, что девушка просто самый обыкновенный панк. Ничем не примечательный и среднестатистический. С длинной розовой челкой, с выбритой одной стороной макушки, с кучей пофигизма за спиной и любви к драйву. Однако, Императрице не дано было этого понять. Именно поэтому ей ничего не осталось, как ждать свою будущую невестку и заходиться в рыданиях скорби.

1.1

— Анархию в кровь, герла! — похлопал меня по спине мой старый дружбан, с погонялом "Батон".

Я отсалютовала ему стаканом с томатным соком, отчего Батон скривился, словно зажевал кислый лимон. Еще бы! Ведь он был против моего вступления в ряды Стрэйт-эдж. Проще говоря, это персональный панковский отказ от алкоголя, табака и наркотиков. И если с первым я с легкостью распрощалась, третье даже и не пробовала, то вот с табакокурением все было сложнее. Не могла. Но! Я работала над этим…

Батона, пухленького моего соседа по дому, на наших сходняках любили, в компании таких же отмороженных очень даже жаловали. Правда, тот был горазд выпить… Но для остальных панков это не было проблемой. А потому он был своим, впрочем, как и я.

— Здарова, Батончик… Че там Крыс с Мозгом до сих пор залипают у экрана? — поинтересовалась я, сдув с лица упавшую длинную розово-персиковую челку. Первое время, когда я еще только начинала поднимать свой персональный бунт против системы, она жутко мешала. И ужасно раздражала мать. Но вскоре я привыкла. Мама нет.

Сегодня на вписке было не особо круто. Папики Крыса свалили на дачу на три дня, однако, что-то не клеилось. Все собрались, но вместо нашего обычного смеха и рассказа дурацких историй, Крыс с Мозгом, нашим ботаном, решили завалиться пересматривать концерты ГрОба.

— Да… Крыс уже третью подборку ставит… Жгут ребята! А ты че, все сохнешь по Коту?

Я поморщилась, слегка качнув головой. "Кот" — это диагноз. Болезнь, которая заставляла мое сердце биться чаще. Именно он сделал из меня ту, кем я являлась сейчас. И, несмотря на то, что расстались мы с ним не очень красиво, пристрастий я своих не изменила. Хоть и тосковала по этому неисправимому романтику, обожающему чувство свободы. У меня накопилась, наверное, целая шкатулка воспоминаний, связанных с ним. Да что там эта шкатулка. Чемодан! Вагон! Многотонный бронепоезд…. Вот только этим бронепоездом давило последние три месяца мою душу. Я не могла без него. Все другие казались неяркими, нечеткими, блеклыми. Это как долго пить хороший кофе, а потом довольствоваться растворимым. Кот был идеальным. И другого такого не было. Я не винила его. Наоборот, была благодарна. Он научил меня любить жизнь, наслаждаться каждым моментом…

— Да не, уже все норм… Слушай, я схожу проветрюсь… — сказала я, поднимаясь с мягкого кресла. У Крыса ничего так было. Комфортно.

— Если ты покурить, то я с тобой! — заявил Батон. — Кстати, может поиграем внизу?

Я пожала плечами. Мне было пофиг. Взяв все еще зачехленную гитару, что я принесла с собой на вписку к Крысу, я прошаркала в мягких тапочках до прихожей. Там переобулась в любимые гриндерсы, подаренные все тем же Котом. Сердце невольно кольнуло. Помню, как мы их с ним выбирали…

Выйдя на улицу, миновав обшарпанный подъезд, мы уселись на лавочку во дворе. Покурив, я расчехлила свое "сокровище". Гитара — это как половина души. Моя была черная, стратокастер, с тонким побеленным грифом и качалкой флойд-роуз. Качалка — это такая фигня, типа рычажка. Дергаешь ее и звук делает "вауууу-вауууу".

Я провела по струнам. Звук был тихий, все же, электра без комбика звучит весьма негромко. Что хорошо для душевных посиделок во дворе. Я же все же культурный панк. Если меня не довести до белого каления. Но как следует раствориться в музыке мне не дали, потому что с Батоном что-то начало происходить. Вернее, мой друг говорил, что со мной, испуганно тыча в меня пальцем, с выкрашенным черным лаком ногтем.

— Ты, ты! — в ужасе выпячивал он глаза.

Я оторвалась от игры, недовольно воззрев на друга.

— Че, Батон? Нафиг было лопату брать, если не слушаешь?

Но друг, казалось, не шутит.

— Ты растворяешься! Полупрозрачная, правда! — говорил он.

Я издала нечто среднее между фырчанием и усмешкой, сославшись на то, что у Батона перепой, однако, все же машинально глянула на свои руки. И издала такой душераздирающий визг, который, наверное, соседи запомнили надолго. Я растворялась! Словно тот же проклятый призрак!

1.2

Как растворилась, так заново воплотилась. Дело-то житейское! Особенно для панка… Ага! Если бы. Вначале так думала, а когда поняла, что куда-то меня не туда занесло, насторожилась. Сработало чувство самосохранения, приправленное скептицизмом. Я решила осмотреться.

Я фиг знает где. В долбанной сказке про Золушку! Реально. Или про Белоснежку… Или про Спящую Красавицу…

— Меня похитил Дисней?! — выдала я первую мысль, все еще оглядывая, раскрыв рот, дворцовый приемный зал, со множеством картин, зеркал, статуй и статуэток, со старинными часами, троном, и тремя высокопоставленными особами. Один пухловатый старичок, другой надменный гавнюк, третья — змея подколодная, обыкновенная. С ними еще был один в колпачке звездочета — звезданутый шаман.

— Приветствую Вас, прелестная леди, у нас в гостях! Вы избраны звездами, чтобы стать самой восхитительной невестой этого года… Невестой Кристиана Наглого! — возвестил тот, что в колпачке. Кристиан Наглый, окрещенный мной надменным гавнюком, заломил смоляную бровь, разглядев, наконец, меня как следует. Я его тоже разглядела. Высокий, красивый до чертиков, брюнет с длинными волосами. Хоть сейчас в рекламный ролик запихивай. Йогурты предлагать.