Ключи к измерениям - Дрей Прескот (сборник) - Балмер Генри Кеннет - Страница 123

Сликиттер был высок, высокий и худой, как фонарный столб. У него была желтая кожа и совершенно необычное выражение лица, если носовые отверстия, бледные водянистые глаза и грубый воронкообразный рот можно было назвать лицом. Вся его одежда состояла из ослепительно блестящего ярко-красного материала, спадающего складками к полу. Он стоял, гордый и спокойный, перед всем великолепием Графини ди Монтиверчи. Лента переводчика перевели обычные приветствия, и Уилки зачарованно наблюдал. как было установлено относительное равенство этих двоих — неизвестного чужака и Графини. Очевидно, понял он, это существо было из могущественного измерения.

Сначала разговор касался каких-то разногласий в прошлом, затем Графиня спросила:

— А Врата?

— Мне очень жаль, Графиня, но это совершенно невозможно, — без колебания сказал Сликиттер.

Графиня вспыхнула гневом и неудовольствием. Резкое шипящее дыхание вырвалось у нее сквозь сжатые зубы.

— Что вы хотите предложить?

— Мы не можем достать Врата Жизни Порвонов даже для собственных нужд. Я уверен, вы знаете о наших собственных приспособлениях — Окнах Сликиттера.

— Знаю. Я помню Паланса Родро… Ха, дурак! Ну и?..

Сликиттер покачал головой.

— Мы не можем предоставить их другим измерениям, Графиня. Это против наших законов. Возможно, в один прекрасный день законы изменятся…

— Тогда измените их сегодня!

— Это невозможно.

Старший Валкини, стоящий справа от Графини возле Вейна в черных доспехах, мотнул головой вперед намекающим движением. Он выглядел так, словно сошел с полотна портрета хозяина мясной лавки Рембрандта.

— Разве не общеизвестно, что Окна Сликиттеров подвержены ошибкам? Что у них мало силы? Что они, по правде говоря, не идут ни в какое сравнение с Вратами Жизни Порвонов?

— Успокойтесь, Фицнер!

Но Сликиттер уже отреагировал. Слова полились из его воронкообразного рта.

— Мы используем Окно Сликиттера для связи наших измерений, Сликиттера и Ируниума, через которое я и прошел. Мы снабдили вас устройствами, далеко превосходящими все, что есть где-либо еще. Я принес для вашей подписи новый контракт. Но я не допущу, чтобы меня здесь оскорбляли! Потом все успокоились. Принесли вино. Разговор спорадически прерывался.

— Сликиттер! — мрачно прошептал Чернок Уилки. — Я бы предпочел, чтобы наша техника была с Альтинума или с Земли.

— Графиня прекрасно справится с ним, — ответил Уилки. — Эта девушка может справиться с кем угодно!

— Но вы же не пришли сюда с пустыми руками, — говорила в это время Графиня сладчайшим голосом. — Я уверена, вы цените наше отношение к изобретениям Сликиттера. Если перекатывающийся воронкообразный рот мог улыбаться, то Сликиттер улыбнулся.

— Вы слышали о Дуросторуме?

Уилки почувствовал, как напрягся Чернок.

— Ах! — вздохнула Графиня. — Да, слышала. И вы… вы подтверждаете?

— Подтверждаю.

— Тогда мы можем поторговаться.

Торговля происходила в запутанной серии законных уловок, которые Уилки описал бы одним словом: жадность. Но он почувствовал изумление от предмета их торговли. Были упомянуты различные партии драгоценностей, и Графиня, мельком взглянув на Уилки, пообещала значительно увеличить их добычу. Она не предъявила требования техники, и Уилки почувствовал облегчение. Он не жаждал работать с машинами Сликиттера. Наконец, Графиня откинулась на спинку кресла и сделала глоток из украшенного драгоценностями платинового кубка, поднесенного ей полунагой меднокожей девушкой. Она задумалась.

— Отлично. Договорились. Вы расскажете мне точное местоположение и обстоятельства. Мне странно, что Порвоны рискнули с таким отсталым миром… и еще…

— Они идут туда, где внесены в список. — Сликиттер отставил пустой кубок. — Они не станут шутить с этим.

— Не беспокойтесь на наш счет. Ни я, ни мои люди не собираемся когда-либо даже увидеть Порвона. Я не буду выделывать с ними трюки. У нас с ними не произойдет столкновения.

— Обещаете?

— Окончательно!

— Слава за это Черному Наспурго! — шепотом вырвалось у Чернока. Его смуглое лицо посерело и пошло пятнами от каких-то ужасных мыслей.

Вейн лязгнул доспехами, отодвигая назад свой меч. Его грубое лицо выглядело сердитым, неудовлетворенным и раздраженным.

Сликиттер и Графиня обменялись ритуальными словами прощания, затем чужак вышел в сопровождении Понтиуса и почетной охраны. Уилки внезапно поймал себя на мысли, что для него Понтиус со своими завоевателями, хонши, даже Валкини такие же чужие, как и Джангли. Но почему-то от Сликиттера дышало особой трансцедентной чуждостью.

Мысли о чужаке продолжали волновать Уилки следующие несколько дней. Он знал, что Графиня строит какие-то планы, не связанные с алмазными шахтами. В городе возникло большое оживление. Были собраны скиммеры с овальными шасси и рядами сидений, покрытых плексигласовыми куполами. Из ряды выстроились вдоль стен. Какая-то цель оживила Город Алмазов.

— Раньше для больших дел мы использовали земные вертолеты, — сказал ему Чернок. — Но недавно Альтинум заключил контракт на поставку скиммеров — быстрых маленьких машин. Ваши люди будут использовать их землекопки.

— Я уверен, — с удивлением отозвался Уилки.

Он удивился еще больше, когда Графиня сообщила ему, что он будет сопровождать ее в поездке на Дуросторум.

— Соберите необходимые для сафари вещи и оружие. Чернок поможет вам, — сказала она. — И еще, Дж. Т., поскольку ваша работа по переоборудованию здешних шахт завершена, подумайте о том, что я могу обойтись без вас. — Она сладко улыбнулась.

— Могу. Но я вознаграждаю преданных слуг. Запомните, Дж. Т., вы по-прежнему работаете на меня, и мне принадлежит ваша жизнь и лояльность.

— Я не забуду этого, — Графиня, — ответил пылкий Дж. Т.

Уилки, хорошо понимая значение каждого слова. Путешествие началось утром ясного дня, который Уилки, ведущий счет, посчитал за пятницу.

Дюжина больших скиммеров, полных Валкини и хонши, направилась на запад, пересекла серебристую ленту реки и полетела к поднимающимся на горизонте горам. Чернок разместился с Уилки на заднем сидении скиммера. К его левому запястью был прикован на цепочке Джангли.

— Графиня взяла с собой несколько Проводников, — кратко заметил он. — Для страховки.

Блестящая цепочка была из особого металла, который не позволил бы Джангли сбежать от Чернока через Врата. Нажатием кнопки на браслете можно было пропустить через Джангли ток.

— Чтобы держать его в форме, — просто объяснил Чернок.

Первые Врата, через которые прошли скиммеры и люди, перенесли их в обширную открытую страну озер и моря, сосновых лесов и тундры. Еще три часа они летели на запад. Уилки не видел ни признака Графини.

— Она путешествует в личном экипаже с охраной под началом Понтиуса. — Чернок покачал цепочкой. — У меня же здесь вы с Джангли.

— Конечно, она имеет право на небольшой комфорт, — отозвался Уилки. — К тому же, она женщина.

— Да, — сказал Чернок и замолчал.

Уилки знал, что Вейн, постоянно носящий черные доспехи, командует параллельным отрядом, стремящимся добыть другие Врата Жизни Порвонов, действующие на другом конце от Врат из Дуросторума. Миссия была важной, но, по словам Отторино, не такой трудной, как обещала Графиня.

— Это ей нравится, — с энтузиазмом подхватил Уилки. — Она всегда полагается на себя.

Путешествовать в скиммере было, как в автобусе, все ощущения являлись самыми обычными. Следующие Врата привели их в измерение, где они покинули скиммеры. Те выполнили свою задачу, перенеся экспедицию на большое физическое расстояние, и теперь людям предстояло идти пешком к более маленьким Вратам на пути в Дуросторум.

Уилки хорошо понимал, что сейчас они идут не тем путем, которым его вели в первый раз — через бесконечные стада серых чудовищ Миксотика. Инстинктивно он вспомнил Полака и отбросил эти мысли с пылкой ненавистью ко всем врагам Графини.

Чернок, ведущий Проводника Джангли, знал, где они идут. Перейдя в следующее измерение, они один за другим вынырнули в мире, наполненном мыльными пузырями. Словно выдуваемые миллионами счастливых детишек, эти радужные шары парили и кружились над ними. Уилки был зачарован их переливчатой красотой.