Джейс-Апокалипсис (СИ) - Белякова Наталья - Страница 55

— Имеются, — буркнул Нозерн Лайт, поднимаясь. — Говори, зачем ты его убил?!

Да чтобы он не убил меня первым! Фраза вертелась на языке, но говорить я не спешил. Вместо этого бросил беглый взгляд за спину. Да, так и думал. Олеся сидела прямо позади меня, вытянув вперёд руку с микрофоном. Получается, меня сейчас услышат не только присутствующие в зале, но и, без малого, все обитатели Мёртвых земель!

А значит, моя речь должна быть тщательно продумана.

— Прежде чем ответить на поставленный вопрос, возьму на себя смелость озвучить предысторию нашего конфликта с Аларисом, — спокойно начал я, — чтобы вынесенный приговор был максимально справедливым.

— Ну-ну, удиви, — хмыкнул глава Полярных Песцов.

— Впервые мы встретились в начальной локации. Аларис попросил меня помочь ему в одном деле. Как выяснилось позднее, это был квест на повышение преступной кармы.

— И чё, помог? — нагло спросил молчавший ранее офицер гильдии «Нарывающиеся».

— Нет, конечно. Он хотел напасть на девочку-НПС, которая мешала выполнению квеста. Мне пришлось его вырубить.

— Это потому что в песочнице убивать нельзя, — едко заметил Нозерн. — Так бы убил.

— Ну, допустим, я верю, — громыхнула бронёй офицер из Лиги Справедливости, Крапива Зеркальная. — А у тебя доказательства есть, чтобы остальных убедить? Достижение, вроде, должны были дать?

Я с готовностью открыл рот, но тут внезапно заметил над головой странное сияние. Виртуальный экран, а на нём что? Все мои достижения?! Надо же, в зале суда никаких личных данных не утаишь. Главное, чтобы Воскрешалку не засветили, а то Дедуля расстроится.

— Да мало ли кого он там от кого защитил? — взвился Песец. — Такая ачивка почти у всех есть!

— Ладно, этот момент пока опустим, — не стала спорить Крапива и кивнула в мою сторону: — Рассказывай дальше.

— После этого случая мы с Аларисом встречались ещё дважды. Оба раза он вёл себя агрессивно и… словно преследовал меня. А сегодня напал, когда я вёз лапки Жроликов в город.

— Напал? — удивлённо переспросила Крапива.

— Да, — нахмурился я. — Толкнул меня на мою тележку. Из-за этого все препараты разбились.

— Тоже мне, проблема! — фыркнул Нозерн Лайт. — Ещё накрабишь.

Охранники внезапно напряглись и перехватили оружие поудобнее. Неужели почувствовали, как во мне закипает безумная ярость? Как просыпается желание запрыгнуть в ложу и хорошенько врезать по наглой физиономии Песца?

— Данную сотню итемов я выбивал семнадцать дней, — холодно произнёс я, подавив эмоции. — Если точнее: сто двадцать восемь часов, тридцать одну минуту. Из них шестнадцать часов я был под баффом «Удазола». Конечно, для меня не проблема нафармить лапки заново!

— Покажите статы персонажа Джейса, — внезапно подскочил Иллюзор Мадженто. — Удача, меня интересует удача!

Похоже, информация тут же высветилась на экране, так как присяжные хором ахнули. А за моей спиной приглушённо ругнулись Апасный и Олеся.

— Нет, я бы ещё понял, интеллект… — задумчиво пробормотал кто-то из присяжных.

— Ага, или харизма…

— Слушай, а чего ты с такой удачей вообще в игре делаешь?! — воскликнула Крапива.

— Удовольствие получаю, — проворчал я.

— Так, хорош! — вдруг взорвался Нозерн. — Он же под дурачка закосить решил! Не-ет, с нами это не пройдёт. Отвечай, давай, на мой вопрос! Зачем убил, если тебя всего-навсего толкнули?

Я выдержал взгляд главы Песцов не мигая.

— После этого Аларис наставил на меня винтовку. Сказал что-то вроде «сделаю тебе одолжение, отправлю на реролл». И подскользнулся на моих разбитых препаратах.

— Логи боя дайте, — попросил Лайт, и тут же принялся сосредоточенно изучать появившиеся на виртэкране строчки.

— По-видимому, у того парня тоже не всё в порядке с удачей, — хохотнул Никмак Суровый из клана «Аццкие псы». — Было. Ну, раз он оглушение от падения словил. А иначе что? Иначе этот шкет его бы не уделал!

— Соглашусь, — кивнула Крапива. — И задам ещё один вопрос: когда ты убил Алариса, что чувствовал при этом?

От неожиданности у меня слова застряли в горле. Вот же коварная дама! Я-то, наивный, думал, что она на моей стороне!

— Ну… не знаю. Обидно было до чёртиков. Столько сил в персонажа, в фарм вложил… — решился рассказать я. Только не стал упоминать, что все эти переживания из-за Деда. — А тут… как увидел Алариса в отключке, сразу что-то в мозгу перемкнуло. И разум помутился.

Тут уже не лукавил. Ну не мог я в здравом уме округлить семнадцать дней до «почти месяца»! Разве что в кошмарном сне.

— В общем, мне картина ясна, — с лязгом пожал плечами Иллюзор. — Убийство в состоянии аффекта, самозащита.

— Даже не знаю, — буркнул Нозерн. — Скользкий тип. Слишком уж всё… правдоподобно.

— Ага! Вдруг этот тоже читоюзер? — поддержал его Никмак. — Не наш неуловимый маньяк, конечно, но подумайте: он завалил игрока, превосходящего по уровням и шмоту на изи! Действительно, странно… А что это за гул снаружи?

— Не знаю, но мне тоже интересно, — внезапно подал голос Админ0257. — Ща, погромче сделаю.

Он пробежался пальцами по виртконсоли, и зал тут же наполнился диким рёвом толпы. Слышимость стала такая, что, казалось, мы находились не в зале суда, а на помосте с виселицей на главной площади древнего города.

— Свободу нубасу! Ветрову в президенты! — орали игроки вразнобой. Иногда выкрики прерывались пулемётными очередями и взрывами. Надеюсь, стреляли в небо.

— А можно потише?! — проорал на ухо Админу сидящий рядом офицер Нарывающихся. Тот кивнул и убавил громкость.

— И чё это было?! — гневно воскликнул Лайт.

— Народ бушует. Интересно, почему? — удивлённо пробормотала Крапива.

— Да вон, глянь, кто у нас в зале сидит, — объяснил Мадженто, кивком головы указывая на Олесю. — С ней любое слушание автоматически становится открытым.

Девушка действительно вставляла какие-то замечания по ходу моего рассказа, общаясь со своей публикой. Но я не прислушивался, так как важнее было сосредоточиться на присяжных. А тут, получается, Олеся вела свою игру, и вела успешно. Смогла раззадорить игроков, чтобы они решили меня поддержать. Интересно, это тоже часть Дедулиного плана?

— Как вы успели заметить, многие наши радиослушатели собрались под окнами суда, желая удостовериться в справедливости вынесенного решения, — проговорила Ветрова в микрофон. — На моей памяти, ещё ни одно судебное заседание не вызывало столько ажиотажа! Итак, до развязки остаются считанные минуты. Присяжные уже удалились на совещание, а у нас выдался небольшой перерыв. Пока мы ждём, я бы хотела ознакомить вас с последними новостями…

Жаль, что саму Олесю нельзя сделать потише, как радиоприёмник. Мешает сосредоточиться. А подумать было о чём. Например, что Дедушка снова в ущерб себе пытается вытащить меня из неприятностей. И будет огорчён, если его любимого Внучека отправят на каторгу. Тем не менее, такой вариант вполне устроил бы меня: в закрытой локации, под присмотром неписей-охранников куда безопаснее, чем под открытым небом Мёртвых земель. Туда никакая реинкарнация Скайуокера не доберётся, не говоря уж об убийце-читере. Надеюсь, Деда примет во внимание эти факты и сможет уехать в отпуск со спокойной совестью!

Пока я предавался размышлениям, присяжные успели вернуться в аудиторию и рассесться по местам.

— Подсчёт голосов завершён, — объявил Иоханнес Бесстрастный. — Суд готов вынести приговор!

Глава 24

— Ты щётку зубную взял?

— Взял.

— А футболки свои не рваные нашёл?

— Нашёл, — Дедуля вынырнул из вороха сваленной в кучу одежды и гордо продемонстрировал тёмно-серую тряпочку. Выглядела она неважно, словно поеденная молью. А на лицевой стороне еле-еле угадывалась надпись «Нирвана». — Раритет!

Бабуля громко фыркнула и углубилась в собственную гору вещей.

— Угу, куртку Бейна ещё возьми…

— А она у меня есть?!

Я сидел в кресле, поджав под себя ноги, попивал обжигающий нёбо сладкий чай и лениво следил за перемещениями родных. Они в свою очередь на меня внимания не обращали, сосредоточенно копошась в… Мда, иначе, как «антиквариатом» содержимое «раскопок» назвать было трудно. По квартире было разбросано всё, что раньше покоилось в шкафах. Меня не покидало ощущение, что некоторые вещи видели свет впервые за долгое время. Или впервые вообще. Мотоцикл, чтоб тот не мешался под ногами, Дедуля заботливо уложил на диван. И я поглядывал на него с нескрываемой завистью.