Фаворит богини (СИ) - Распопов Вячеслав Валерьевич - Страница 86

— Деонисий утром предупредил, что ты не тот, кем кажешься, и что если я попытаюсь тебя проучить за вчерашнее, то вновь буду битым. Но я не смог усмирить свою гордыню, и в результате Господь посмеялся надо мной — я предложил побороться сопляку, и был трижды им бит — сопляк оказался мастером.

— Кандидатом в мастера. — поправил я, и тут же оговорился. — Нет, вру, с учетом возросшей скорости — точно мастером.

Вскочивший как ни в чем не бывало, здоровяк потребовал продолжения «банкета». Мне пришлось продемонстрировать ему «мельницу», броски через плечо, спину, подсечки, подножки, пару приемов из арсенала тугов — в общем, порядочно взмок, ворочая такую тушу. Агапит же сиял так, как будто только что выиграл олимпийскую медаль. Я его в принципе понимаю — самоучке-фанату борьбы проиграть мастеру-профессионалу — большая честь.

После умывания и легкого перекуса, во время которого разговор шел исключительно о борьбе, перешли в кабинет клирика и занялись делом. Дело было достаточно простым, но и в тоже время сложным.

— Мне тут птичка на ушко начирикала, что скоро может случиться массовое восстание народа, недовольного восхождением Романа на трон. Понятно, что народные массы пойдут ко дворцу, где их встретит дворцовая охрана — а это пять тысяч копий — и разогнать для них невооруженную толпу, пусть в десять раз превосходящую их числом — дело времени. Мне надо, чтобы ты нанял десяток умелых ветеранов, для которых прорывать вражеский строй — пустяшная задача. И чтобы каждый из них подобрал под себя полсотни опытных наемников. Далее сложней — сражаться им предстоит не в доспехе и привычным оружием, а переодетыми в обычных горожан. Их оружием будет только то, что доступно в таких случаях толпе, пока они не добудут привычное себе у стражи. Как обещал Дионисий, оплата ребятишкам будет достойная, плюс боевые трофеи, плюс то, что возьмут с дворца — а золота там, как грязи.

— Придворная охрана, конечно, бойцы так себе — павлины в золоченых доспехах, силы много, а опыт в основном с плаца. Но и этого достаточно, чтобы выставить строй в несколько шеренг, который по зубам разве что тяжелой коннице или хорошо вооруженной тяжелой пехоте. К этому прибавь, что прикрывать строй будут три сотни лучников. Тоже придворные шаркуны, но как профессионалы — лучшие из лучших. Бездоспешному воину без ростового щита подобраться к вражескому строю нереально — все сразу полягут, а если кто и подберется — то тут же будет надет на копья. Среди наемников жадных на деньги полно, но самоубийц нет — мне таких точно не найти.

— Пока не знаю как, но думаю, с лучниками я вопрос решу. Самоубийцы, которые бросятся плотной толпой на копья и сомнут строй, тоже найдутся….

Обедня почти закончилась, а священника все не было — я уже начал себя накручивать на предмет «что бы это значило», как отворилась входная дверь. Дионисий был мрачнее тучи, и с порога заявил.

— К Мистику тебе не подобраться… Без большого шума не подобраться. Наедине он ни с кем сейчас не общается, кроме Романа и послов Папы римского.

— А когда ожидается ближайший посол? — как ни в чем не бывало, с улыбкой поинтересовался я.

— На коронацию должен прибыть. — и зыркнув на меня осуждающе из под кустистых бровей, добавил — Не понимаю твоего веселья, юноша… Все очень серьезно.

Действительно — по рассказу старца, не просматривалось лазейки для того, чтобы подобраться к Николаю для беседы. Для убийства и сравнительно успешного бегства — были, а вот поболтать тет-а-тет — не было. Когда пошли на третий круг — надо сказать, что святоша раз за разом отвечал на одни и те же вопросы без раздражения и досконально — наконец обозначился смутно обозримый вариант. Дело в том, что интересы Романа и Мистика пересекались еще и на Царе Царей Армянском и Грузинском — Ашоте II Железном. На мой вопрос.

— Что же за громкий титул такой — царь царей?

Клирик только сплюнул, но пояснил, что если у армянского дворянина десяток воинов в подчинении, он — князь. Если сотня, то — Светлейший князь, тысяча — Великий князь, дальше уже царь, и далее по списку. В настоящее время в Армении правило два царя царей, а простых царей было больше, чем во всей Европе. Но это так, отступление — а главное, что Роман и сам из этнических армян, и благоволил к своему союзнику, успешно сражавшемуся против Халифата, а Мистик имел на занятые Ашотом земли конфессионный интерес. Возможно, и скорее всего, были еще какие-то подоплеки, но святоша об этом не знал. Так или иначе, но вся фельдъегерская связь между Романом и Ашотом велась через патриарха, и что примечательно, была она более чем оживленной. А тут уже интересно — Главный фельдъегерь армян, после ознакомления Николая с почтой, приглашался к Мистику, для передачи помимо почты еще и устных посланий. О разговоре с глазу на глаз речи не было — как правило, присутствовал секретарь и обязательная охрана из двух капелланов, статью, как минимум, не уступающие Агапиту. И еще немаловажный факт — поскольку послы прибывали с востока, переправлялись они через Босфорский пролив на постоянно ожидавшем их трекатре (небольшое парусно-гребное судно на Средиземном, Черном морях), принадлежавшим церкви.

Мне этот вариант показался наиболее приемлемым. Если удастся попасть на трекатр вместе с послами, то час вдумчивого общения, пока не достигнем западного побережья пролива, у меня будет. Тут же попросил святошу разузнать место, где судно поджидает фельдъегерей. Клирик ненадолго о чем-то задумался, и выдал в ответ.

— Место я и так знаю. — и прищурившись, продолжил. — Только учти — Мистик свободно говорит по армянский.

— Вонцес Ахпер джан?! Хаш, ариса бастурма бозбеш? — и улыбнувшись, я закончил. — Суджух кучуч, ара да?! Значит, поговорим с патриархом по армянский.

На самом деле не буду же я объяснять, что для достижения цели мне достаточно менее минуты внимания Мистика и его окружения — а на каком языке я буду говорить, никакой роли не играет.

То, что я сказал по армянски — это всего лишь дружеское приветствие, и перечисление знакомых мне армянских блюд. В своей прошлой жизни, в одном из рейсов, штатного доктора ушедшего в отпуск, подменил молодой медик армянин — Альберт Эгоян. Интеллигент в нескольких поколениях, интересный в общении, и просто умный и хороший парень. Мы в рейсе как-то быстро подружились. Видимо, профориентация в его школе хромала, или родители настояли, но парень явно больше тяготел к поварскому искусству. Пользуясь тем, что все судовые «поварешки» напрямую подчинены ему, частенько вечером оккупировал камбуз и готовил там всякую вкусняшку. Так я стал практически знатоком армянской кухни и почитателем его стряпни. Как-то во время такого пиршества, на столе появилась бутылка «Арарата», и парня потянуло на откровения. Оказалось, Альберт всеми фибрами души ненавидит море, но вынужден был пойти на эту работу из-за денег. Сейчас он достаточно обеспеченный человек, и еще может помогать своим родственникам. Но стоит ему вернуться на родину, которую он искренно любит, как опять придется вести полунищенское существование. И это при том, что Армения обладает уникальными и неисчерпаемыми, природными богатствами. В том числе — источниками минеральных вод, типа Арзани, Гарни и Гюмуша, которые по оценке европейских специалистов входят в элитную десятку вод Европы. Он ради интереса узнавал цены на элитные минеральные воды в Барселоне и Марселе, и выяснил, что два бакса за бутылочку 0,33 литра еще божеская цена, а Россия забирает их природное богатство по семнадцать копеек за литр. То есть, если продавать их воды капиталистам напрямую, пусть в два раза дешевле их розничных цен, и делить доход на всех жителей Армении, то каждая семья могла обзавестись квартирой и машиной, и менять их раз в полгода, только за счет одной минералки. В качестве доказательства был предъявлен расчет, состоящий из четырех столбиков цифр. Признаю, он меня сильно впечатлил. Когда Дед рассказывал о развале СССР, я напомнил ему этот разговор, и поинтересовался, как было на самом деле.