Рыцарь (ЛП) - Андрижески Дж. С. - Страница 69

Он снова кивнул.

— И когда же ты попросил их проделать всё это? — я скрестила руки на груди, нахмурившись. — Ревик, я пошла прямиком туда после того, как приняла душ и переоделась.

— Я тоже, — когда я вскинула бровь, он улыбнулся. — Возможно, я начал организовывать детали, пока мы ещё находились в постели, — в ответ на мой возмущённый вопль он широко улыбнулся, но я видела, что он всматривается в моё лицо с насторожённостью. — Я спросил, можно ли мне перенести твои вещи, Элли. Я спросил, помнишь?

— Я помню, — я всё ещё в неверии таращилась на него. — То есть, пока я невнятно пыталась попросить тебя съехаться, ты уже организовывал детали для нашего переезда?

Он опять кивнул. Всё ещё всматриваясь в моё лицо, он поцеловал меня в щёку и покрепче прижал к себе.

— Ты не против?

Поначалу я не отвечала.

Глядя на ту светящуюся кнопку на панели лифта, я осознала, что нервничаю.

Мы вроде как и раньше жили вместе. То похожее на отпуск сожительство в убежище Повстанцев. Потом ещё время на круизном лайнере, и те недели, что мы делили хижину в горах. Однако это ощущалось иначе.

Это ощущалось как нечто настоящее.

Ревик крепче обнял меня.

— Жена, я не человек.

Я усмехнулась, поднимая на него взгляд и обхватывая руками его ремень на поясе.

— Думаю, в этом факте никто не сомневается, муж.

Он поцеловал меня в шею.

— Ты поняла, что я имел в виду. Ты мне не «наскучишь». И если я увижу тебя в туалете или во время болезни, ты не станешь для меня менее желанной.

Я кивнула, но невольно ощутила проблеск смущения.

— Ты ни капельки не нервничаешь? — спросила я.

— Нервничаю, конечно. Но я больше предвкушаю, чем нервничаю, — всматриваясь в моё лицо, он добавил: — Это слишком быстро? Для тебя, имею в виду. Ты хочешь сначала провести церемонию?

От этого я тоже опешила.

— Ты всё ещё хочешь её провести?

— Да, — ответил он без промедления. — В ближайшем будущем, если возможно. Я надеялся, что мы сможем обсудить возможность её проведения в твой день рождения, Элли, раз до него осталось несколько дней. Я подумал, что мы можем выделить один вечер и просто сосредоточиться на нас. Конечно, после того как я накормлю и напою тебя, — помедлив, он пристально посмотрел на меня. — Теперь, когда мы знаем настоящую дату твоего рождения, может, ты бы предпочла подождать до настоящей вечеринки в честь дня рождения? Мы и так могли бы сходить на свидание и поговорить.

Я уставилась на него, слегка растерявшись.

Это тронуло меня настолько, что к щекам прилило тепло.

— Я совсем забыла о своём дне рождения, — сказала я.

Он на мгновение стиснул меня.

— Мне не терпится повести тебя на свидание. Нам никогда не удавалось по-настоящему отпраздновать дни рождения, — поколебавшись, он посмотрел на меня. — Если ты предпочла бы повременить с серьёзными вещами, скажи мне. Иначе я могу размахнуться на полную катушку.

Я расхохоталась.

— Забавно, что у тебя это звучит как угроза, — улыбнувшись, я покачала головой. — И нет, я не хочу ждать. Моя мама выбрала этот день. Я не хочу полностью отбрасывать его.

— То есть, два дня рождения? — Ревик улыбнулся. — Это кажется… удобным.

Я рассмеялась.

— Или всего лишь один, — задумавшись на минутку, я присвистнула. — Gaos. Тебе исполнится 132 года перед моим настоящим днём рождения.

Он крепче стиснул меня.

— Это тебя беспокоит?

Я фыркнула.

— Беспокоит ли это меня? Нет. Взрывается ли у меня мозг от того, что моему мужу 132 года? Ну, есть немножко. Я всё ещё меряю всё человеческими годами.

— Представь, в каком шоке была бы собака, — выдал Ревик.

Я опять расхохоталась в голос, и тут лифт издал тихий сигнал. Двери открылись, и он вывел меня, направляя в левый коридор и переплетая свои пальцы с моими.

— Кстати, — отважилась я, немного ускоряясь, чтобы поспевать за его широкими шагами. — Есть ещё кое-что. Я всё хотела у тебя спросить.

Он взглянул на меня, вскинув бровь.

— Твоё имя, — пояснила я. — На самом деле тебя зовут не Дигойз Ревик. Я заметила, что теперь даже 'Дори зовёт тебя Ненз. Хочешь, чтобы я тоже тебя так называла?

Он помедлил посреди коридора, уставившись на меня.

Увидев его опешившее выражение, я задалась вопросом, задумывался ли он вообще о том, чтобы попросить меня называть его настоящим именем. Я видела, что он всё ещё думал об этом, когда продолжил шагать вперёд, выуживая из кармана ключ-карту. Нахмурившись, он остановился перед дверью.

Я наблюдала за его лицом, пока он возился с картой и поворачивал её нужной стороной. Затем он провёл ею по сканеру и прижал большой палец к панели безопасности.

— Я привык, что ты называешь меня Ревик, — сказал он, взглянув на меня. — Я не против того, что Врег и Балидор называют меня Ненз. Они оба достаточно стары, чтобы имя не казалось им слишком давним. Но мне пришлось бы привыкать слышать это имя от тебя, — он опять посмотрел на меня. — Ты бы предпочла называть меня так?

Я пожала плечами.

— Честно? Ты для меня скорее Ревик. Опять-таки, после всего этого, я вроде как думаю о Нензи как об имени ребёнка. Но я буду называть тебя так, как ты захочешь. Просто может потребоваться некоторое время, чтобы привыкнуть…

Я умолкла, забыв, что мы обсуждали, когда он распахнул дверь.

Мой взгляд оказался прикован к окнам во всю стену, которые занимали весь мой обзор.

Затерявшись в панорамном виде на парк и город за органическими панелями, я с неверием окинула взглядом масштабы этого пространства.

Последовав за Ревиком по плюшевому ковру в главную гостиную, я в лёгком шоке разглядывала мебель, чувствуя себя так, будто вошла на съёмочную площадку какой-то передачи про то, где останавливаются богатые люди во время путешествий. В апартаментах имелась полностью оборудованная кухня, столовая и стол, диваны как будто из натуральной кожи, стол из настоящего дерева, камин.

Посмотрев налево, я увидела офис крупнее своей старой квартиры, где имелась полупрозрачная перегородка с полноразмерным ВР-резервуаром, два шезлонга с гарнитурами, два стола и новенький с виду монитор во всю стену.

В аквариуме, встроенном в стену коридора, плавали рыбки. От коридора, уходившего влево от меня, расходилось как минимум несколько комнат.

Передо мной располагались эти окна.

Судя по мерцающему свечению за раздвижными стеклянными дверями, я подозревала, что там находится балкон с прозрачным покрытием, чтобы не портить вид.

Я посмотрела мимо этого мерцания на деревья и озера Центрального Парка, а также на высокие здания, обрамлявшие его по краям как картинка из книжки комиксов. Сейчас было слишком светло, чтобы видеть все голографические рекламы, украшавшие горизонт, но ночью, должно быть, вид потрясающий.

— Ревик, — выдохнула я. — Ты уверен, что нам стоит поселиться здесь?

— Есть и побольше, — сказал он, и улыбка по-прежнему виднелась только в его глазах. — Это, на самом деле, одни из самых небольших апартаментов верхних этажей. Я посчитал, что с офисом это всё, что нам нужно. Мы всё равно мало будем бывать здесь днём.

Он неопределённым жестом показал на камин и диваны.

— …А ещё, — добавил он, прочистив горло. — Эти апартаменты дороги как память.

Я повернулась, нахмурившись.

— Дороги как память? Хочу ли я вообще знать об этом?

Он подошёл ко мне, обняв рукой за талию, и поцеловал в шею. Он положил подбородок на моё плечо и показал на диван, всё ещё прижимая меня к себе.

— Мы с тобой как-то раз тут целовались, — мягко произнёс он.

Я издала короткий смешок.

— Ага, — отозвалась я. — Конечно.

Его тон посерьёзнел.

— Это не был наш первый поцелуй. Несколькими часами ранее ты схватила меня в ночном клубе и поцеловала, — он задрожал, крепче прижимаясь ко мне. — Я привёл тебя сюда. Я говорил себе, что это ради работы, но оглядываясь назад, понимаю, что это дерьмовое оправдание, — он печально усмехнулся. — Ты практически подловила меня на этом. Ты прямо спросила меня, привёл ли я тебя сюда для того, чтобы уложить в постель. Шокировала меня до усрачки, честно говоря. Я что-то пролепетал тебе в ответ, но уверен, что на том этапе я уже нёс какой-то бред[2].