По закону сломанных ногтей (СИ) - Лабрус Елена - Страница 42

Она помедлила с ответом.

— Гуэн ждёт наша участь, — подсказала ей Ири.

— Возможно, но в отличие от вашего варварства и антисанитарии, у нас всё же врачи, больницы, — не осталась в долгу Лара.

— Бесспорно, Варт позаботится о вас.

 — Кстати, Арина теперь принадлежит Варту, — сказала Лара как бы невзначай.

— Правда? — спросила, но совсем не удивилась Ири. — Так она, значит, теперь как ты?

Лара стиснула зубы до скрежета, но ответила любезно:

— Она никогда не будет как я, всё же я выросла на острове и считаюсь сестрой короля.

— А ещё сестрой принца, за которого ты вроде собиралась замуж. Так не ты ли согревала холодную постель короля, пока Бри была на острове?

— А хоть бы и я, — хмыкнула Лара. — Время Бри давно прошло.

— А твоё, значит, только начинается? — не унималась Ири.

— Я приехала не для того, чтобы спорить с тобой.

— Ты приехала, чтобы убедиться, что купленный мной невольник жив и, согласно закона нашего острова, я объявлю его своим мужем, ведь мы чтим целомудрие и королева не имеет права забеременеть от кого попало.

— Да, вы в праве устанавливать на своих островах любые законы, не противоречащие законам центральных островов, — усмехнулась Лара.

— К сожалению, его выкрали фурии.

Лицо Лары вытянулось похлеще лошадиного, и она так натянула поводья, что её конь захрапел и встал.

— Как? Когда? Почему?

— Почему ты узнаёшь об этом последней? — спросила Ири, проезжая мимо.

— Нет, почему ты не пожаловалась королю?

— Потому что Варту хватает забот и без моих, — улыбнулась Ири, но её улыбку видела только Арина.

— Но, если он уже был у тебя в спальне, — не унималась девушка.

— То, что? Богиня-мать отпустит мне мои грехи. Арина, я думаю, тебе обязательно нужно заехать в наш храм, — и она направила лошадь прямо через заросли.

Лара понеслась за ней, и если бы не Крис, то Арина ни за что не нашла бы дорогу.

— С детства они ссорятся, — пояснила Крис. — И делят Ричарда. Хотя он давно уже сделал свой выбор, а к Ларе всегда относился как к сестре.

Арина промолчала, хотя согласилась с девушкой: Ричард сделал свой выбор уже давно, только оттягивал принятие решения, ссылаясь на пророчество. Ну, что ж, она рада, что помогла ему определиться, теперь у неё своя дорога.

Храм оказался скалой с небольшим неровным полукруглым проходом внутрь, в пещеру. И все его ступенчатые стены снаружи были покрыты рисунками. Детскими незатейливыми рисунками: солнышки с кривыми лучами; человечки, которые как в песне «палка, палка, огуречек»; цветики-семицветики; лошадки, больше похожие на собак. И юные художницы находились тут же, не покладая рук трудились мелками над новыми шедеврами.

— Леди Крис! — крикнула одна из девочек, увидев рыжеволосую гостью и кинулась обнимать её своими перепачканными руками. Другие девочки тоже побросали своё занятие и бежали к ним.

— Ну, всё, всё, затискали, — вдоволь со всеми наобнимавшись, сказала Крис. — А смотрите, что я вам привезла!

Она доставала из седельной сумки пачки новых разноцветных мелков и вручала их под радостные возгласы.

— Ты нарисуешь нам принцессу? В короне? А радугу? А воздушные шары? — доносилось со всех сторон. И когда дети утянули Крис к скале, Арина вошла внутрь.

Стены изнутри расписывали явно дети постарше. Горы, мосты, дождь и ангелы поразили Арину больше всего. Девочка лет десяти самозабвенно рисовала снежинки.

— Откуда ты знаешь, как выглядит снег? — удивилась Арина.

— Я родилась в горах, — ответила она, не отрываясь от рисунка. — Потом меня привезли в эту школу.

— А это кто? — Арина ткнула пальцем в мужчину в чёрной одежде на снежной вершине.

— Это Боэль, Ангел Подарков. Он любит горы, снег и книги. Только у нас нет книг. А там, где ты живёшь есть книги?

— Да, и очень много, — ответила Арина.

— Какие вы, наверно, счастливые, — искренне позавидовала ей девочка и позвала её за собой вглубь. — Если бы у нас были книги, я бы научилась писать и читать. А так нас учат только считать и рисовать. Я не жалуюсь, просто мне интересно знать, как живут другие люди, а не только мы. Тебе туда.

Она ткнула пальцем в один проход, а сама пошла в другой. Худенькая, высокая, смуглая, босая, но с гордо поднятой головой.

— Тебя как зовут? — крикнула ей Арина вслед.

— Лейла, — обернулась к ней девочка и широко улыбнулась.

— А меня Арина.

— Я знаю. Ты очень красивая. — сказала она и продолжила свой путь.

Видеть кладбищенский монумент Верочки Пряжкиной на месте поклонения богине-матери было неприятно, но что-то подобное Арина и ожидала. Не ожидала она, что здесь те святыни, что король хранит за семью печатями, будут выложены на всеобщее обозрение просто под стеклом, как в музее.

Пещера из светлого мягкого камня, с песочным полом усиленно освещалась уставленными по всему помещению свечами. На полу, на постаменте, в выступах стен они мягко потрескивали и наполняли комнату запахом церкви и умиротворения. Арина встала на колени, чтобы лучше рассмотреть рисунки.

В-основном, это были эскизы татуировок в стиле Маори: акулы, скаты, черепахи. Арина интересовалась их историей, прежде чем сделать свою. Они берут своё название от одноименного племени, и их история насчитывает многие века. Когда-то они использовались для обозначения статуса их владельца, указывали на единение с богами, храбрость и мудрость. А в современном мире выросли в самостоятельный стиль татуировок, именуемый полинезийским.

Видимо, Верочке они тоже нравились, только на её теле Арина видела совсем другую татуировку. FLY — на запястье правой руки. И она иногда складывала ладони в виде крыльев, зацепившись большими пальцами и слегка помахивала ими как крыльями. Это стало одним из её фирменных движений, так она позировала даже на выпускную фотографию. Так её запечатлели на памятнике.

Арина развернулась к другой стене и увидела под стеклом свою татуировку. Без надписей, без цифр и слов, просто эскиз. Её эскиз. Она не знала, как этот рисунок попал в её школьную тетрадь. Однажды она просто нашла его там и он ей понравился. Она сохранила его и когда решила сделать тату, вспомнила. Стала искать что-то подобное и всё же пришла в тату салон именно с этой потёртой бумажкой, которая лежала сейчас под стеклом.

— Листья папоротника и спиральные узоры, — ткнулась в стекло морщинистая рука, и Арина невольно отпрянула, увидев покрытое татуировками пожилое лицо. Но женщина невозмутимо продолжала, и Арина внимательно слушала: — Они означают путешествие по лабиринтам миров и дают надежду на возможное возвращение оттуда. Эти три листа означают связь прошлого, настоящего и будущего. Если сделать такую татуировку, то можно попасть туда, куда дороги нет.

— А что сделать, чтобы оттуда вернуться?

— Поверить в себя. Учиться. Бороться. Действовать, — её вкрадчивый голос завораживал.

— Это девиз королевской семьи, — вспомнила Арина.

— Они позаимствовали его у богини, — сказала женщина. — Не будь жертвой. Не будь жалкой. Умей вовремя остановиться. Не бойся начать всё сначала. Всё это написано там, — она повторно ткнула в стекло. А потом упёрлась пальцем прямо Арине в лоб. — Всё это должно быть здесь.

Она сунула ей в руку свёрнутую бумажку и вышла. Арина ещё оторопело смотрела ей вслед, когда в комнатку заглянула Лара.

— Вот ты где. Мы тебя обыскались. Поехали, нам пора увидеть нечто действительно интересное, а не эти катакомбы.

По дороге перепачканная мелом Крис рассказывала Арине, что её семья курирует эту школу для девочек, единственную на все острова, кроме той в которой обучают отпрысков королевских семей. А ещё, что цель её поездки как раз леса и редкий эвкалипт, из которого она мечтает сделать уникальную коллекцию драгоценностей.

Ири лишь улыбалась на все её прозрачные намёки, хотя девушка обещала, что это будет необычайно щедрое предложение.