Когда-нибудь мы будем вместе (СИ) - Мархасин Вадим - Страница 140

Обиженные Итальянцы, Французы, Поляки и прочие Румыны, подзуживаемые оставшимися без дармового сырья промышленниками, объявили торговое эмбарго и прекратили поставку духов, мебелей и прочих гарнитуров. Смешные люди, нашли, чем напугать русского пролетария. Он и так всегда пролетает мимо этих гарнитуров.

Литва выставила многостраничный счет на пятьсот миллионов долларов, за якобы убытки от Советской оккупации. Я их наладил с претензиями к Сталину и выставил встречный иск на вдесятеро большую сумму за построенные заводы, электростанции, порты и прочую инфраструктуру и потребовал незамедлительно вернуть выделенные во временное пользование советскими оккупантами в тридцать девятом году Российские земли — как города Вильня и Виленско-Трокского уезда, так и части Свентянского и Браславского уездов общей площадью 6739 квадратных километров, с более чем четыреста пятьюдесяти тысяч населения, Волковысский район — ныне Друскининкай, Клайпеду (бывший Мемель) и часть территории Белоруссии с городами Свенцяны (Швенчёнис), Солечники (Шальчининкай), Девянишки (Девянишкес) и Друскеники (Друскининкай), переданных Литве после провозглашения Советской властив сороковом году. От Советской власти Литовцы отказались, значит и договор не действителен, не так ли?

А как иначе мне по суше в Калининград ездить?

Верховный Совет на две трети набранный из этих самых бизнесменов-директоров, на оставшуюся треть из популистов и болтологов, взявших на выборах брутальностью и звонким голосом, ежедневно вместо принятия законов обсуждал и критиковал каждый пункт моих указов, выискивая противоречия с действующим законодательством и конституцией.

Еще бы не быть противоречиям, если в законотворчестве и конь не валялся.

Все железнодорожные станции и разъезды, особенно вблизи западных границ, порты морские и речные забиты эшелонами с сырьем, товарами и продовольствием.

Граница трещит по всем швам, как запруда, тут и там прорываются ручейки и открываются краники, проколупываются дырочки, но потихоньку уровень товарной массы в стране повышается.

По моему распоряжению на базе спешно создаваемых профильных министерств из третьего уровня чиновников, не успевших запустить руку в бюджет, или укравших не очень много, создали оперативный штаб по учету спасенного от вывоза, анализу и распределения по оптово-розничным таможенным базам и складам госрезерва.

С таможенных пунктов, развернутых в каждом областном центре, на основных транспортных магистралях, давались телеграммы в адрес отправителей грузов, с требованием в трехдневный срок предоставить подлинники договоров, платежных документов на поставку, выписок из банка на поступление оплаты или предоплаты, выписок из налоговой инспекции об оплате налогов на прибыль и добавленную стоимость, выплате заработной платы и выплате в пенсионные и социальные фонды.

Если подтверждающие документы не поступали, груз описывался и перемещался на таможенные склады, на которых производились открытые аукционные торги на партии определенных видов товаров. В адрес отправителя высылалось уведомление о конфискации. С получателями продавцы пусть сами разбираются.

Покупатели, выигравшие аукцион, обязаны были всю партию товаров реализовать через свои торговые сети с не более чем двадцати пятипроцентной надбавкой от цены аукциона, с ежедневной отчетностью и сдачей всей выручки в расчетно-кассовые центры госбанка на свои счета.

Если документы имеются, предоплата произведена, судьба самого груза такая же, груз все равно конфискуется, но покупателю возвращается аванс, за счет прибыли таможенных пунктов конфиската и уведомление о расторжении договора поставки.

После продажи партий товаров, поставщикам, предоставившим документы, что они являются производителями и собственниками грузов выплачивалась половина от продажной аукционной стоимости. Таким образом, стимулировалось желание производителей и торговли заниматься не международной спекуляцией, а реализацией продукции в своей стране. Посредникам и финансовым спекулянтам никаких компенсаций предусмотрено не было. Таких бизнесменов стране не надо.

Экспорт любого сырья, кроме нефти и газа, моим указом был запрещен, до насыщения внутреннего рынка.

За рубеж разрешалась продажа только готовой продукции высоких технологий уровня: турбин гидроэлектростанций, станочного оборудования, а также вооружения и военной техники, через специально созданную государственную оборонную торговую корпорацию.

Текстиль, посуда, радиоэлектротовары напрямую отправлялись на реализацию через розничные таможенные склады-магазины.

Вырученная от продажи нефти и газа валюта направлялась только на покупку необходимого производству импортного сырья, лицензий, станков и технологий, лекарств.

Ввели высокие заградительные пошлины препятствующие ввозу импортного автометаллолома.

Произведенные всеми заводами страны легковые автомобили, разрешалось продавать только через единые дилерские центры, созданные в каждом областном центре. Все автомобили отправлялись в них по квоте в процентах от численности населения. Продажа автомобилей проводилась поштучно, через открытые аукционы, все очереди были отменены. Хоть таким путем изъяли часть лишней денежной массы.

Предпринятые меры позволили приостановить отправку больших партий грузов железнодорожным и морским транспортом и придержать контрабанду на основных автомагистралях.

Мелкая контрабанда естественно осталась, но жестко пресекалась силами спешно развертываемых пограничных и таможенных отрядов, пунктов и постов.

В случае поимки контрабандистов груз однозначно изымался, а на преступников заводились уголовные дела. Нечистым на руку таможенникам я пообещал привлечение к уголовной ответственности по статье измена Родине.

Результатом уже первого месяца такой жесткой экономической политики явилось постепенное насыщение полок магазинов товарами первой необходимости и даже продуктами, которых было очень даже прилично в конфискованных грузах. За продукты никаких выплат их бывшим владельцам предусмотрено не было. Нечего торгашам жировать, когда люди голодают.

А колхозы пускай торгуют на городских колхозных рынках, которые по моему распоряжению были акционированы, только не в собственность торгашей, а в общую долевую собственность сельхозпроизводителей в виде ЗАО, без права продажи пакета акций на сторону.

Установилось шаткое равновесие, к концу марта цены замерли. Жесткая финансовая политика, фиксация заработных плат бюджетных работников, рабочих государственных предприятий, полный запрет эмиссии денег, этому так же неплохо поспособствовали.

Установили разницу между минимальным и максимальным уровнем заработной платы в пять раз на госпредприятиях и процент отчислений на заработную плату от прибыли предприятия — не более пятидесяти процентов с налогами, остальная часть прибыли должна пускаться на развитие производства.

Опять всплыли Ленинградские редкоземы и партия сверхчистого алюминия, уже на границе с Латвией. В отправителях числились вновь созданные предприятия с учредителями с одной стороны владельцев компаний, первоначально заключивших посреднические договора с мэрией Санкт-Петербурга, и с другой — родственниками и друзьями руководителей предприятий.

Отправителей и всех рядом стоящих и способствующих взяли за цугундер, возбудили уголовные дела по статье — хищение в особо крупных размерах со сроками до пятнадцати лет.

Нахлобучил Пулина на второй круг в Питер, не все дерьмо ты сударь выгреб, так что одевай говноступы и вперед — покорять ассенизаторские вершины!

Вспомнил про клад в княжеском доме Нарышкиных, накорябал на бумажке адрес и вручил ему со словами: "Мне тут видение было…. Снились мне вилки и ложки, числом аж в две тысячи, серебряные. Ты поищи их Владимир Владимирович по этому адресочку, найди комнатку потаенную".

На закономерное сомнение в моем здравом уме, выраженное обтекаемым "как искать и как обосновать поиски?" Предложил взять рулетку и померить все помещения внутри, сравнив с шириной и длиной здания и толщиной стен, а с обоснованием отправил к Примакову. Пора Пулина понемногу вводить в курс дела с моим послезнанием, в части касающейся.