Когда-нибудь мы будем вместе (СИ) - Мархасин Вадим - Страница 167

Я заранее готовил общественное мнение, специально инициировал передачу на первом канале: "Разберем Закон по косточкам", в которой, грамотные юристы, тактично направляемые харизматичным ведущим, нацеленные лично мной на нужный результат, в режиме реального времени анализировали принимаемые Верховным Советом законы.

Ведущие и юристы обсасывали каждый пункт, находя противоречия с Конституцией и перекрестные нестыковки с другими федеральными законами. Выискивали непродуманные формулировки и дыры, позволяющие упомянутый закон обойти, не исполнять, трактовать так, как тебе вздумается, игнорировать, извратить его смысл и похоронить в бюрократических завалах.

Во второй части передачи анализировались подготовленные моей администрацией похороненные, отклоненные законопроекты и изменения в законы. С какой целью они вносились, что предлагалось исправить или регламентировать и, главное, почему законопроект не прошел. Какая фракция и кто персонально были против конкретного закона, чем руководствовались, осознанно или нет.

Два месяца, еженедельно мы препарировали каждую фразу и статью законов о приватизации государственной собственности, приватизации жилья и очень убедительно, доказательно, с примерами доводили до телезрителей, куда они могут пристроить свои приватизационные чеки-ваучеры, что ими обклеить, как тщательно помять перед использованием, чтобы не навредить чувствительным органам.

Осчастливленным акциями рабочим, доходчиво разъяснялось как руководство заводов и фабрик развалит всю работу, загонит предприятие в долги, остановит производство, выпроводит всех в неоплачиваемые отпуска на полгода-год, с единственной целью — предложить голодающим сотрудникам избавиться от ненужной бумажки за так, за выплату части зарплаты утюгами, унитазами или тазиками, произведенными ранее, придержанными на складах. И пойдут, да уже пошли, рабочие торговать произведенной ими же продукцией на рынки и толкучки за бесценок, а директора станут единоличными собственниками предприятий.

С предельной откровенностью и цинизмом разъясняли, как приватизированные метры делятся на сантиметры и продаются, вначале с целью прописки в Москве, а потом с целью выжить из жилища, создавая невыносимые условия жизни на общей площади.

Как стариков и пенсионеров, алкоголиков и наркоманов лишат жилья: за пузырь или дозу, за предложение разменять с доплатой большую площадь на меньшую, за обещание кормить до смерти. И кормление крысиным ядом для более быстрого освобождения вожделенных метров, с переселением на пару метров вглубь.

— Наши отцы и деды, взявшие власть в свои руки в семнадцатом году, свергнувшие прогнивший царский режим, не простили бы нам, своим потомкам, такого издевательства! — продолжал обличительную речь Зюганов. — Контрреволюция, загнанная усилиями рабочих и крестьян в подполье, вышла гордо подняв голову, требуя пересмотра и перераспределения собственности, облекая свои желания в сказки-обещания всенародного блага!

"О как завернул, молодца! Я тебя уже обожаю Геннадий Андреевич! Давай режь правду-матку".

Зюганов перевернул страничку, скосил взгляд и выдал дальше правды на гора.

— Реваншу буржуазии нет! — поддержали главного коммуниста коллеги.

— Для чего нам эти приватизационные чеки, оцененные в десять тысяч рублей? Если три года назад бесценная доля общенародной собственности оценивалась, не пойми кем, в такую смешную сумму, но все-таки равную, к примеру, стоимости автомобиля, то сейчас десять тысяч это полугодовая зарплата рабочего. А с такими темпами инфляции, пока мы напечатаем эти ваучеры и выдадим вам, их стоимость будет равна бутылке водки! Вы действительно желаете получить свою долю народной собственностью в жидкой валюте?

— Нет приватизации народной собственности! — Выкрикнул кто-то из толпы.

Эти кто-то, заранее назначенные и проинструктированные, равномерно распределялись по всей длине колонны, концентрируясь в своем большинстве возле трибуны Мавзолея.

— Вся власть Советам! — Подхватили, немного не в тему, но с энтузиазмом, с другого конца.

"Жги Геннадий! Я тебя уже даже люблю! Как ты про жидкую валюту отсебячил! Цимес!"

Геннадий жег, поймав кураж, видя зримую поддержку и энтузиазм масс!

— Вам нужны акции? Право на одну тысячную вашего завода? — короткими, рублеными предложениями Зюганов заколачивал в головы народа, присвоенные им и выстраданные мной идеи, — Или вам нужен доход, достойная зарплата? Так выгоните к черту проворовавшееся руководство, выберите директора из своего коллектива, наймите порядочного бухгалтера, снабженца, специалиста по продажам. Заработайте столько, сколько сможете! Зачем вам хозяева на вашем заводе? Хозяином должен быть народ и только!

"Вам шашечки или ехать? Конечно, ехать! Зюганов плодотворно, однако поработал над моими тезисами. Вон как развил и усовершенствовал! Партийный опыт не пропьешь! По крайней мере, не сразу".

— Даешь достойную зарплату!

— Долой контру!

— Вся власть народу! Ура товарищи! — оглушительно выкрикнул гражданин с матюгальником.

Подогретая Зюгановым масса народа дружно поддержала:

— Уррррааааа! Ураааа — эхом прикатилось с другого конца площади, — аааа, — Затихая вдали.

Смотря на наших доморощенных политиков, я все больше и больше убеждаюсь, что все эти программы и политические платформы сплошная фикция, надувательство людей. Кто успел первый — того и тапки. Места среди либералов и демократов маловато? Ничего, коммунистов возглавим! Слишком много коммунистов на одного? Поделим электорат, создадим партию самых настоящих коммунистов среди перерожденцев и инсургентов. Надоело быть на вторых ролях? Пожалуйте в другую партию на ведущую позицию!

Полчаса на трибуне мавзолея толкались у микрофонов, отпихивая друг, друга представители профсоюзов, повторяя сказанное Зюгановым, оживляя изредка оригинальным видением и своей трактовкой и бросаемыми в толпу лозунгами.

Закончив торжественную часть, по команде Зюганова, столпившийся народ раздался, пропуская к выходу с площади, посыпавшихся с трибуны активистов Первомая и под зажигательную музыку двинулся следом, вытягиваясь в колонну в сторону музея Ленина, направляясь к концу маршрута — Манежной площади. Я с охраной, как и задумывалось, понемногу смещаясь в сторону ГУМа, вышел из колонны и встал на обочине.

Будет людям счастье, счастье на века,

У советской власти твердая рука…..

Гремел на всю площадь марш коммунистических бригад.

Да у устроителей праздника, явно ни фантазии не хватило, ни чувства такта. В этом вся коммунистическая идеология — все догмы, сценарии концертов и праздничных шествий, вплоть до детских утренников — на века! Вот только со счастьем людям что-то не задалось…

Чувствую, скоро "сожмем свой штык мозолистой рукой" и пойдем в последний смертный бой, давить новоявленных красных буржуев.

— Долой буржуазную партократию!

— Отгремели последние аккорды марша, голова колонны утянулась в сторону Манежной площади.

— Вся власть народу!

Как по заказу выглянуло солнце, обогревая митингующих невесомыми, ласковыми, теплыми касаниями.

Когдаааа душаааа поеоот, и про сит ся сер дце в полеот,

В до ро гу да ле кую, в не бо вы со кое, к звеооздам нааас зовеоот!

Весны твоей огни, навеки сохрани

Пускай они светятся, если вдруг встретятся

Облачные дни….

"К звездам нас зовет…, а вот позову панимашь, кто кроме меня позовет? Горбачев зазвал нас в рынок и мировую семью народов, только вот нужны мы там, как пятое колесо телеге! А идея государству необходима как воздух, величественная цель, морковка перед носом, влекущая в будущее, лишь попутно решая материальные вопросы, исподволь, не привлекая значительного внимания. Надо на корню удушить зарождающуюся идеологию потреблятства, дать людям достойную альтернативу.

— По моему кивку на полную мощь из установленных на Красной площади колонок грянул гимн победителя, гимн строителей новой России, как назвал песню Газманова известный советский поэт Роберт Рождественский: