Когда-нибудь мы будем вместе (СИ) - Мархасин Вадим - Страница 201

"Даа, — еще раз тяжко вздохнул Ковалев, представляя, как озвучит ультиматум президента Ельцина, представителям сторон, ожидающим в приемной: Арса́нову — представителю президента в Чечено-Ингушетиии Галазову — главе правительства Северной Осетии.

Верховный суд Северной Осетии в апреле прошлого года принял "судьбоносное" решение о выселении ингушей "захвативших" свои пустующие дома. На сессии Верховного Совета, в этом же месяце, соратники коллеги, не приведи господь, морально затравили и выжили депутатов ингушей.

Следом осетины ввели чрезвычайное положение в отдельных районах Северной Осетии, продолжая морально давить на ингушей. В начале года начались нападения на воинские части с целью завладения оружием. Потом осетины обнаглели вконец, официально запросив оружие у сорок второй армии для вооружения народного ополчения.

Ингуши создали отряды самообороны в местах компактного проживания. Виток противостояния вышел на новый уровень.

— Уважаемые, — начал речь Ковалев, довожу до вас персонально предупреждение президента Ельцина об уголовной ответственности за разжигание национальной розни, а вас, Ахсарбек Хаджимурзаевич — остановился взглядом на Галазове Ковалев, — еще и за покушение на территориальную целостность Российской Федерации.

— Это когда я покушался, — возмутился глава Осетии, — да вернее чем осетины для русских нет народа на Кавказе!

— А президент Ельцин, только так трактует ваши высказывания о невозможности жить совместно с ингушами и возможном создании объединенной, независимой Осетии — Алании. Это вы от большого ума так высказались или ненавязчиво шантажируете Москву?

Арсанов, удовлетворенно наблюдал, как Ковалев воспитывает главу Осетии и решил озвучить свои претензии Галазову: — господин Галазов, вопрос передачи Пригородного района в состав Ингушетии практически решен. Постановлением Верховного Совета Российской Федерации по просьбе ингушей Ингушения уже выведена из состава Чечни, вице-президент Руцкой обещал решить вопрос с Пригородным районом, так что смиритесь!

— Я с вами на эту тему не желаю говорить, — свысока поглядел на Арсанова глава Осетии. А вице-президент Руцкой не уполномочен принимать такие решения, а то, что сказал…. Собака лает….

— Ахмет Баудинович ваши речи наводят на мысли, что ради популизма вы готовы пройти по головам, — перебил Арсанова Ковалев, — что за отряды самообороны ингушей появляются в Осетии, кто их вооружил и послал туда? Вы что себе позволяете? А вы господин Галазов какое ополчение создаете, зачем вам оружие — пять тысяч автоматов запросили в штабе сорок второй армии? Это что игрушки, по-вашему?

— Я забочусь о безопасности жизни и здоровье осетин, — оскорбился глава Осетии.

— Так вот и заботьтесь, не протирайте штаны в кабинете, а проедьтесь по всем селам, где живут ингуши, пообщайтесь с людьми, сядьте за стол переговоров, выпейте стакан вина и поймите, что делить вам по сути нечего. А автоматы в таком количестве здоровья и безопасности не прибавят!

— Это же и вас касается, — посмотрел на довольно скалящего зубы Арсанова Ковалев, — нечего разжигать в людях надежду на территориальный передел и возврат земель. Президент Ельцин сказал, что в России земли много, но массового переселения народов больше не будет, переселяться будут только самые непонятливые на Магадан и Колыму, на время отведенное уголовным кодексом!

Ельцин высказался предельно откровенно, для него нет осетин и ингушей, а есть граждане России, которые имеют право жить и работать где пожелают от Белгорода до Камчатки и Сахалина.

Кстати, я тут вам фильм интересный привез посмотреть, прокрутите по местному телевидению. Про животных, как стадо орангутангов несется прогонять такое же стадо, пришедшее на их территорию бананы рвать, а потом победители пожирают трупик убитого детеныша проигравшей битву стороны "агрессора".

Арсанов с Галазовым оскорбленно вытаращились на посланника президента, так с ними давно никто не разговаривал. Каждый из них, идя на встречу, лелеял свою правду и надеялся повернуть ситуацию в свою сторону. А тут еще и с обезьянами сравнили.

— Ну это уже слишком, — вскочил с места Галазов? — Что вы себе позволяете?

— А вы, что себе позволяете, заявляя, что не сможете ужиться с ингушами? Вы оружие попросили ворон гонять? Не можете ужиться — уезжайте, живите, где сможете. Или как те орангутанги, только прогнать да зажрать?

Галазов, так и продолжавший стоять, прошипел: — Ингушский прихвостень! — развернулся и выскочил из кабинета, с грохотом захлопнув дверь.

— Вот такие они…. осетины, — нравоучительно произнес Арсанов. — Их самих надо выселить, и исконные земли ингушам вернуть!

— Ахмет Баудинович, по поводу переселения я уже пояснил, кто и куда будет переселен в обязательном порядке, — приземлил Арсанова Ковалев.

— Плохой из вас переговорщик, господин Ковалев, — поцокал языком Арсанов, — ни с кем договориться не смогли.

— Найдутся другие люди, более адекватные и готовые к переговорам, — не остался в долгу представитель Ельцина.

***

Между тем обстановка в Осетии продолжала накаляться. Проповедники национальной исключительности в лице руководства республики, вещали по местному телевидению и радио об исконных правах осетин на территорию отторгнутых от Ингушетии и вошедших в состав Северной Осетии Пригородного, Ачалукского, Назрановского, Пседахского районов, западной части Сунженского района и города Малогбек.

Через границу с Грузией просачивались "родственники" из Южной Осетии с горячим желанием пограбить супостатов, защищая кровных братьев.

На усиление самостийных отрядов самообороны ингушей прибыли защитники из внутренних районов вновь созданной Ингушетии, вооруженные награбленным в воинских частях на территории Чечни оружием.

Предприятия Владикавказа большей частью остановились, народ тусовался возле дома правительства, устраивал митинги и демонстрации, испытывая оргазм единения и сопричастности к "историческим" событиям.

Всех представителей СМИ, зарегистрированных за пределами республики, не имеющих аккредитации в штабе чрезвычайного положения, задерживали, изымали отснятые и записанные материалы и выдворяли по месту жительства.

Был организован цензурный комитет, проверяющий тиражи местных СМИ и программы телевидения, на предмет разжигания национальной розни. Любое подозрение, что какая либо статья или репортаж ведет к обострению национальной вражды, влекло за собой арест и его изъятия из мест распространения с последующим уничтожением всего тиража издания, с возбуждением уголовного дела по соответствующей статье уголовного кодекса.

Указ президента Российской Федерации о введении чрезвычайного положения на территории Северной Осетии и Ингушетии подогрел ожидания толпы, каждый видел в Указе то что хотел увидеть и напрочь отметал положения Указа о жестком пресечении беспорядков, мародерства и националистических проявлений, относя эти проявления к своим оппонентам.

Сотрудники милиции, в основном осетины, шмонали и осматривали машины, на импровизированных блокпостах возле населенных пунктов, где проживают в основном ингуши, опасаясь заходить в сами села. Совместно с добровольными горластыми помощниками, называющими себя ополченцами, проводили негласные проверки паспортного режима, врываясь в дома ингушей, упиваясь властью и куражась от чувства превосходства и силы.

Опасаясь повторения событий сорок четвертого года, Ингушетия отмежевалась от Чечни и обратилась в Верховный Совет РФ с просьбой официального признания самостоятельной республикой.

Руководство обеих республик из числа самых уважаемых акынов, сидело в Москве, обивая пороги службы безопасности и министерства внутренних дел, тыкая пальцами друг в друга, обвиняя во всех грехах, выпрашивая льготы и преференции, угрожая прямо немедленным выходом из Российской Федерации.

Менее уважаемые акыны на местах набирали очки, мутили воду, зарабатывая дешевую популярность в массах.