Прах и тлен - Мэйберри Джонатан - Страница 51

Никс оттянула Бенни на безопасное расстояние.

— Берегитесь! — предупредил Бенни. — Эти зомы отличаются.

— Как отличаются, бро? — спросил Джей-Дог.

Внезапно два зома бросились на него. Улыбка Джей-Дога на мгновение исчезла, но даже в присутствии зомов, двигающихся с почти человеческой скоростью, он не стоял как вкопанный.

— Ох, — произнес доктор Скиллз. — Это что-то новенькое.

Джей-Дог шагнул навстречу бегущим существам и низко и широко замахнулся топором. Большое лезвие прошло через колено первого зома и икру второго, оба упали рычащим клубком. Доктор Скиллз пробежал мимо него, и в два быстрых, как молния, удара разломил черепа железным набалдашником на конце копья.

— Дог, — сказал доктор Скиллз, поправляя очки, — эти сухопутные акулы стали действительно грузовыми.

— Чеа, — фыркнул Джей-Дог. — В чем дело?

Осталось восемь зомов.

— Чувак… четыре слева, — сказал Джей-Дог. — Давай агг.

Доктор Скиллз ухмыльнулся:

— Всегда аггро.

Они пошли, размахивая топором и копьем, нанося удары, ломая и раздавливая. Бенни и Никс отшатнулись назад от мясобойни, когда кусочки разрезанной плоти и щепки костей полетели в их сторону.

— Чувак! — позвал доктор Скиллз, и Джей-Дог развернулся, когда один из зомби-детей прыгнул на него, пытаясь укусить в бедро. Джей-Дог увернулся и упокоил маленького зома ударом подбитого сталью ботинка. А потом внезапно и необъяснимо все закончилось. Ни один зом не двигался, и ни один не был цел. Джей-Дог и доктор Скиллз стояли в центре круга кровавых останков. Доктор Скиллз осмотрелся, кивая самому себе.

— Чувак, — сказал он.

Джей-Дог кивнул, соглашаясь.

— Точно, чувак.

Они повернулись к Никс и Бенни и сняли шлемы. У доктора Скиллза были длинные каштановые волосы и островок бороды под нижней губой, у Джей-Дога — длинные черные волосы и козлиная бородка. Оба были загорелыми, и, когда улыбались, их зубы казались до боли белыми.

Бенни прочистил горло.

— Чувак? — предположил он.

Моя мама сказала, что все, пережившие Первую ночь, получили ПТСР — посттравматическое стрессовое расстройство. Чонг говорит, что нужно называть его ППНСР — постпервоночное стрессовое расстройство, что является, как он настаивает, ПТСР плюс нечто называемое «виной выжившего».

Некоторые люди притворяются, что с ними все в порядке, словно им не плохо после произошедшего. Мама говорила, что это и есть симптом повреждений. Никогда не было такой сильной травмы, как Первая ночь. Даже если соединить все войны и болезни, все равно так плохо не будет, так что пострадали точно все. Другие люди словно знают, что им полагается быть немного сумасшедшими, так что они берут это безумие и заставляют его работать на себя. Том говорит, что это причина, по которой столько людей, особенно тех, что все время имеют дело с зомами в «Руинах», берут себе странные прозвища. Он говорит: «Легче быть персонажем в истории, чем звездой собственной трагедии». Мне понадобилось много времени, чтобы это понять.

Друзья Тома Джей-Дог и доктор Скиллз как раз такие. Когда я познакомилась с ними, то увидела по их глазам, как им больно. И как страшно. Но они играют в некую игру. Игру «Чувак сёрфер», и это изолирует их от реальности. Это словно защитный плащ. Укус будет болеть, но не убьет тебя.

Из-за этого я начинаю гадать, какое безумие у меня.

54

Тому было легко идти по следам, оставленным Чонгом и его похитителем, но направление понять было сложно. Вместо того чтобы идти прямо к возвышенностям, где охотники за головами предпочитали устраивать лагеря, этот след шел по кругу и направлялся почти на восток. Это беспокоило Тома. Могли ли Геймленд переместить в Йосемити? Или этот человек вел Чонга куда-то еще?

Том услышал мужские голоса дальше по тропинке, быстро спрятался за рядом густых кустов и тихо подполз к ним. Мужчины разговаривали громко, как люди, не боящиеся, что их услышат. Их было трое, и они стояли на поляне, на развилке двух часто используемых тропинок.

Том узнал одного из них: оставшийся в живых партнер тех двух людей, убитых Салли. Его копия арабского ятагана висела на поясе. Другие были ему незнакомы: большие, брутальные на вид мужчины. У одного были рыжие волосы и ожерелье из фаланговых костей, у другого коричневая кожа и автоматы 45-го калибра в кобуре на плечах. Том подошел поближе, чтобы послушать их болтовню.

— Я все еще не понимаю, почему ты хочешь попробовать продать его Медведю, — сказал стрелок.

— Ага, зачем рисковать? — согласился рыжий. — Медведь не захочет заключать с тобой сделку, Стош. Он захочет скормить тебя зомам, и все.

— Неа, вы неправильно поняли, ребята, — настаивал Стош. — Если я приведу ему Быстрого Томми, то он все простит и забудет. Вот увидите.

— Мы увидим, как Медведь прибивает твой скальп к дереву, с тобой все еще в нем, — сказал Стрелок, и Рыжий рассмеялся вместе с ним.

— Серьезно, старик, — сказал Стрелок, — не рискуй или иди на север. Отправляйся в Эден или Форт Снайдер. Убирайся из тыла Медведя, потому что, даже если тебе удастся привести Быстрого Томми или его малолетнего брата, Медведь просто заберет их у тебя и сделает с тобой то же самое, что сделал с Бобби Толтризом. Привяжет и скормит стае. Мы пытались сказать Бобби то же самое — но слушал ли он? Нет. Теперь смотри, что случилось.

— Знаю, — тихо сказал Стош. — Это было отвратительно. Бобби был неплохим парнем. И нечестно, что Медведь винит нас в том, что случилось с Чарли. Мы с командой были наверху Хиллкреста, черт возьми, когда все это случилось. Ничего уже нельзя было сделать.

— Угу. Бобби попытался рассказать это Медведю, и смотри, что с ним произошло, — согласился Стрелок. — То же самое случится и с тобой, если ты не оставишь территорию Медведя далеко позади.

— Ни за что, — уперто сказал Стош. Он достал листок бумаги из кармана и потряс им перед ними.

— Я знаю, как сильно Медведь хочет заполучить Тома. Видите здесь цены? Когда-нибудь видели такие награды? Нет! Медведь хочет их всех, и он поцелует меня в задницу, если я их приведу. Всех их. Томми, эту вонючую цыпочку Райли, Потерянную девушку, крысеныша брата Тома.

Рыжий взял бумажку и прочитал ее, кивая.

— Ага… с такой суммой можно уйти на пенсию.

— Если повезет, — сказал Том, выходя из-за кустов, — она покроет расходы на ваши похороны.

Трое мужчин развернулись к нему. Черный стрелок потянулся к своим автоматам, но Том достал пистолет и выстрелил так быстро, что никто даже не успел ничего сделать. Стрелок упал назад, в его лбу над левым глазом виднелась ровная круглая дырочка. Такой выстрел охотники за головами называли «один и готов». Выстрел в голову, и потом не нужно упокаивать тело.

Это оставило Стоша и Рыжего стоять по обеим сторонам трупа. Оба смотрели на него с ужасом.

— Боже святый, — прошептал Стош. — Том!

Рыжий усмехнулся.

— Я знаю, кто это. — Он сузил глаза до жестоких щелочек. — Ты только что застрелил невинного человека, дружбан. Ты не понимаешь, в какие неприятности…

Том всадил пулю в землю между ног мужчины.

— Побереги это для кого-то, кому есть дело, — тихо сказал он. — Уберите оружие.

Все еще дымящийся ствол не предоставлял возможностей для дебатов. Оружие со стуком упало на землю.

— Все, — предупредил Том.

На их лицах читалось озлобление, но они все-таки начали доставать ножи, двустволки, проволоки для удушения и медные кастеты из потайных карманов.

— Откиньте их в сторону. Хорошо. А теперь слушайте меня, — сказал Том, его взгляд был лишен эмоций и суров. — У вас, парни, есть один шанс уйти отсюда живыми.

— Что ты предлагаешь? — настороженно спросил Рыжий.

— Простой обмен. Вы отвечаете на мои вопросы, и я вас отпускаю. Если вы что-то обо мне слышали, то знаете, что не стоит мне лгать, а также, что я сдержу свое слово. Вы уйдете отсюда и пойдете в другое место. Я вас снова не увижу. Вы больше не будете бродить по этим холмам.