Я, Великий И Ужасный (СИ) - Кацман Изяслав - Страница 77

Наседающие на меня бандюганы вдруг дружно подали назад и в минуту скрылись за углом ближайшего дома. Я повернулся к Тагору. У него тоже всё было кончено: пара трупов под ногами, два шевелящихся тела близ стены дома, ещё один лежит с топором, торчащим в спине, метрах в десяти. Тузтец недовольно бормочет: "Зачем только метал топор. Этот ублюдок мог бы и убежать с ним".

-Ладно, не убежал же - успокаиваю друга - Что теперь делать с ними?

-Это забота стражи. Ага, вот и она - усмехнулся Тагор.

Действительно - пятёрка воинов в кожаных нагрудниках и ярких шапках топает по переулку с копьями и мечами наизготовку.

Разбирательство вышло коротким: старший над стражниками скользнул взглядом по предъявленным нами кускам материи с печатями местной таможни, выслушал скупое объяснение моего спутника: "Да, сопровождаем посла из далёкой страны в Вохе. Да, сошли с корабля на пару-тройку дней, от палубы корабельной отдохнуть, пока команда шухона пополняет запасы, а хозяин свои дела в Шутир-Шуфе делает. Остановились у Чолота. Решили прогуляться по вашему гостеприимному городу. Претензий к городской страже не имеем". Потом к начальнику подбежал один из подчинённых, осматривавших трупы и раненых, и коротко доложил.

-Оборванцы, что ещё живы, сознались, что хотели ограбить благородных господ - сказал старшой, выслушав стражника - Если у господина Главного Управителя Покоя и Благочиния возникнут по этому делу вопросы к уважаемым господам, то можно ли рассчитывать на то, что господа соблагоизволят ответить?

-Если не покинем до того времени Шутир-Шуфу - словно отрубает мечом Тагор, и тут же добавляет помягче - Мы не претендуем на оружие и содержимое кошельков. Только мой топор мне верните.

-Где? - начальник стражников начинает вертеть головой.

-Вот там - тузтец показывает пальцем.

-Да, точно - соглашается тот и командует - Шефот, принеси оружие благородного господина.

Молодой стражник срывается с места и бежит к трупу с торчащим из спины топором, резким движением выдёргивает оружие из тела, вытирает лезвие о лохмотья, служившие одеждой неудачливому грабителю, и возвращается, протягивая рукояткой вперёд.

-Благодарю - говорит Тагор, коротко кивая. Потом интересуется у командира патруля: "Ещё вопросы есть?"

-Нет - немного подумав, отвечает старшой.

-Тогда мы пойдём - утвердительно произносит экс-наёмник. И тут же с его губ срывается ругательство. Я понимаю, в чём дело, практически сразу же за своим ручным "диким гусём": наш провожатый исчез. "Уши оторву паршивцу" - добавляет мой спутник и спрашивает он у начальника стражников: "Где здесь Южные ворота?"

-Да вон там - тот показывает рукой - Видишь, крышу храма Куиры С Коровьим Выменем? Где два рога торчат. Это рядом совсем.

-Ага, рога вижу - подтвердил тузтец.

-Вот левее храма ворота и будут.

-Благодарю - отвечает Тагор, коротко кивает старшому, и направляется в сторону возвышающихся над округой загогулин, долженствующих изображать коровьи, как я понимаю, рога, коль богиня в явном родстве с бурёнками.

Идти оказалось действительно недалеко: зрение меня вначале немного подвело в сторону завышения размеров строения и расстояния до него. Через пару кварталов мы вышли на площадку перед святилищем богини с коровьими сиськами. Отсюда было видно, что не такие уж и большие эти рога. И довольно корявые, сделанные, судя по всему из дерева, обитого медью. Когда-то, наверное, обшивка ярко блестела на солнце, но теперь покрытая зеленоватой патиной, впечатление производила весьма убогое. Как и сам храм. Возможно, он знавал и лучшие времена, но если и так, то это уже в далёком прошлом.

Южные ворота действительно были рядом - метрах в ста, не больше. А возле самого святилища шумел небольшой базарчик, опять же с преобладанием крестьян, торгующих своими нехитрыми продуктами. Тагор вновь было принялся за набросанную Хишттой схему, но я толкнул его в бок, указывая на высокого и худого мужика с "солнечным" квадратом, болтающимся на веревочке. Тузтец сперва недоумённо покосился на меня, потом, проследив за направлением руки, увидел тенхорабитский символ, согласно пожал плечами и обратился к его носителю: "Почтенный, не подскажешь ли нам, где найти Тинчо Горшечника?"

Мужчина озадаченно посмотрел на чужаков, которым вдруг потребовался ремесленник-единоверец, и задал резонный вопрос: "А для чего он вам?"

-Нужен - коротко ответил бывший наёмник - У него наш друг остановился. Вчера приехал. Хишттой зовут.

-Хорошо - пожал плечами торговец и, внимательно оглядев нас с Тагором, обратился к соседу - Последи за товаром. Я быстро.

А тузтцу сказал: "Подождите. Пойду, спрошу". И исчез в переулке.

Вернулся тенхорабит скоро. Вместе с молодым парнем. Кивнув в нашу сторону, он встал на своё рабочее место, а пришедший с ним повёл нас вглубь квартала. Завернув за угол первого же дома, парень толкнул низкую дверь. Мне и тузтцу пришлось пригибаться, входя в неё.

Во дворе кипела работа: несколько человек замешивали глину в большом каменном чане, руки их по плечи были в липкой массе; под навесами на двух гончарных кругах формировали кувшины - я с профессиональным интересом и завистью наблюдал, как прямо на глазах из податливого бурого комка возникают изящные обводы высокой амфоры.

Среди работников, занятых перемешиванием глины, выделялся один - мощный тёмно-коричневый торс его был покрыт татуировками, напоминающими папуасские. С Южного архипелага, что ли? Глиномес разогнул спину, выпрямляясь для минутного отдыха, скользнул равнодушным взглядом по двору, заметив чужаков, остановился на миг на мне с Тагором. Лицо его тут же приняло озабоченное выражение, словно вспоминал, где он мог кого-то из нас видеть. Затем тёмнокожий крепыш сказал что-то своим коллегам и уверенно направился в нашу сторону. Между нами оставалось всего пара шагов, когда я, наконец, понял, кто передо мной. Имёна тех мятежников из болотного народа, кого продал за совершенно смешную цену тенхорабитам, в памяти не отложились, а вот лица их запомнились, оказывается. Отчаянно подумалось, что вряд ли успею выхватить меч или топор, а лось на меня идёт здоровый.

Однако бунса вроде бы не собирался нападать немедленно. Подойдя к нам, он спросил: "Сонаваралингатаки?"

-Да - только и оставалось ответить мне. И на "автопилоте" выдаю стандартное для Пеу приветствие - Как твоё здоровье? Как урожай баки и коя? Как приплод свиней?

От растерянности я, правда, выдал всю стандартную формулу, которую здоровающиеся папуасы произносят в несколько приёмов, выслушивая ответы собеседника и отвечая на такие же точно встречные вопросы. Зато сообразил, что спрашивать о родных и близких уж точно нелепо.

-Да неплохо живу - отвечает проданный мною в рабство - С местными лажу. А глину месить работа не тяжелее, чем кой с баки выращивать. Жену нашёл себе.

-Из местных? - спрашиваю просто, чтобы хоть что-нибудь сказать. Растерянность и испуг отступили, но неловкость никуда не делась: не каждый день сталкиваешься с человеком, которого лишил родины и свободы и словно вещь обменял на несколько серебряных монет.

-Нет, из наших - болотный житель улыбнулся - То есть, она из Кесу.

Не понял.... Откуда тут взялись уроженки нашего острова? На корабли нанимались исключительно мужчины. Женщин ни одной не было. Мысли в голове зароились очень нехорошие. Сразу же неловкость мою словно рукой сняло.

-Извини, не помню твоего имени - говорю после некоторого молчания.

-Ромеки - отвечает тинса.

-Ромеки, у меня сейчас беседа с хозяином дома и его гостями - продолжаю - Но потом мне нужно будет задать несколько вопросов тебе и твоей жене.

-Хорошо - пожимает плечами тот - Я сегодня никуда не должен отлучаться. Кимиу тоже.

-Когда будет нужно, тебя позовут - заканчиваю разговор.

Наш провожатый стоявший рядом, переминаясь с ноги на ногу, вопросительно посмотрел на меня.