Тинар (СИ) - Аратои Мартин - Страница 39

Отшатнулся, тяжело дыша и расправляя плечи, чтобы немного передохнуть.

Сейчас переломный момент. Самая опасная часть плана. Если я ошибся, то бой будет завершен, и я проиграю.

Нэйну тоже воспользовался заминкой и отступил тяжело дыша.

Значит, и его выносливость не безгранична. Возможно, его способность поглощает уйму энергии.

Я чуть-чуть выпрямился, слегка опуская кулаки ниже.

— Похоже, этот твой навык сжигает много энергии. Думаю, через минуту-другую тебе придется притормозить, — сказал я, позволяя кулакам опуститься еще на сантиметр.

Я знал, что это движение, каким бы легким оно не было, не ускользнет от его внимания. Мне пришлось спрятать усмешку, когда глаза Нэйна забегали между моим лицом и руками.

Нэйн не купился на уловку, да я и знал, что не купится. Мы вновь схлестнулись, он принялся осыпать меня шквалом ударов, рассчитанных скорее на то, чтобы измотать, а не причинить подлинный ущерб.

Секунды тягуче тянулись одна за другой. Я позволил локтям соскальзывать сантиметр за сантиметром, притворяясь более измученным, чем был на самом деле. Момент действовать настал, когда я выставил блок, чтобы отразить удар крюком, нацеленный в лицо. Я блокировал удар, но когда вернул руку в защитную позицию, она была слишком низко.

С торжествующим криком кулак Нэйна устремился вперед, к лицу, к победе. Только когда Нэйн заметил мою широкую ухмылку, он понял свою ошибку.

Оттиск! Захват руки! Проворот! И вот он летит через мое плечо, с грохотом приземляясь на землю.

Я держал руку Нэйна оттиском, когда тот падал, и теперь выпрямил ее, прижав к внутренней стороне бедра. Затем я ударил его в бок, услышав треск ребер, и, нанес удар в лицо кулаком.

— Стой!

Я замер, когда раздался голос мастера, и быстро отступил, давая целителям возможность позаботиться о поверженном противнике. Я почувствовал руку на своем плече и, оглянувшись, увидел другого целителя, стоящего с сосредоточенным выражением лица.

Через несколько мгновений я испытал облегчение, когда вся боль улетучилась из избитого тела. Я поблагодарил целителя и, обернувшись, увидел, что Нэйн уже поднялся на ноги и приближается ко мне.

Несмотря на поражение, он не выглядел расстроенным. Вместо этого на его лице появилась широкая жизнерадостная улыбка.

— Отличный финт, — сказал он, сердечно похлопав меня по плечу, — не многие люди, пройдя через такое избиение, все равно победили бы. Я не сомневаюсь, что именно ты заслуживаешь участие в турнире.

— Не скрою, был момент, когда я уже думал, что моя песенка спета, — признался я, тоже улыбаясь, — но одно я знаю точно, когда-нибудь нам стоит снова сойтись в поединке!

Нэйн ухмыльнулся еще шире, и мы пожали друг другу руки, зная, что схватка-реванш обязательно состоится.

— Ты выиграл! Ура! Ты сделал это!

Я немного опешил, когда Адель налетела на меня, как только я покинул сцену, и обняла меня.

— Да, спасибо, — ответил я, неловко поглаживая ее по спине и стесняясь опустить руку пониже.

Никак не мог привыкнуть к подобным объятиям, которыми она в последнее время частенько меня одаряла.

Из всех людей меня обнимала только мама да изредка отец.

Однако я не высказал этих мыслей вслух, просто подождал, пока Адель отпустит меня, и повернулся к входу на арену.

Сегодняшний день немного отличался от остальных, так как после шести дней боев осталось всего четырнадцать человек прошедших отборочные бои.

Я видел, что большинство людей собрались перед возвышением, которое установили здесь только сегодня. Там стоял директор с несколькими инструкторами, а за его спиной высилась большая крытая доска.

— Я был последним, кто закончил бой? — спросил я Адель, когда мы пробирались сквозь толпу.

— Да, — ответила она, стараясь держаться поближе ко мне.

— Так что же происходит сейчас?

— Я думаю, что они собираются объявить всех, кто сделал это среди санкари. Я вижу Актара на сцене, так что они, вероятно, вызвали всех наставников, чьи воспитанники прошли.

Глядя на сцену, я насчитал семь человек, не считая Актара и директора.

— Да, ты, наверное, права, — сказал я, — ты случайно не видела, кто еще прошел?

Мы с трудом протолкались в передние ряды. К самой сцене не подойти, очень тесная толпа.

— Нет, я за твоим боем наблюдала, не отвлекаясь, — Адель покачала головой.

— Всем успокоиться и собраться перед сценой! — голос Рендезо перекрыл шум толпы.

Директор терпеливо ждал еще несколько мгновений, пока притихшие ученики все повернутся к нему.

— Прежде всего, хочу поздравить тех, кто боролся за то, чтобы попасть на турнир. Более половины первокурсников даже не пытались соревноваться, так что ко всем, кто сражался, я отношусь с уважением.

При этих словах раздались вежливые аплодисменты. Он подождал, пока они стихнут, прежде чем продолжить.

— Поскольку я уверен, что мое уважение слишком эфемерно, все, кто участвовал в соревнованиях, получат достойную награду. Когда-нибудь в следующем семестре вам всем будет позволено посетить один из наших Заказников. Для тех, кто не знает, что это такое, Заказник — это место, где вы сможете собрать большое количество энергии. Если у вас есть еще вопросы, спросите своих наставников.

На этот раз аплодисменты прозвучали заметно громче, и я в очередной раз порадовался, как мне повезло, что я могу посещать Заказники почти ежедневно.

— Без дальнейших церемоний, я объявлю участников первого в этом году турнира. Актар, прошу вас.

При этих словах наставник протянул руку и дернул ткань, покрывавшую стенд.

Раздался громкий свист и гул, все подались вперед, чтобы лучше видеть. Доску занимала интересная схема: снизу восемь табличек с именами, выше четыре пустых, затем два и, наконец, один.

Мое имя второе справа, но мои глаза прикованы к третьему слева.

Я отвернулся, оглядывая толпу, пока мой взгляд не упал на того, чье имя появилось на экране. Того, кто вообще не должен был туда попасть.

Тензин стоял в стороне от сцены. Его приспешники стояли вокруг него, хлопая по спине и улыбаясь. Фенсин обнаружился там же, чуть в сторонке.

Я понятия не имел, как этот болван умудрился попасть на турнир, но знал наверняка, что если столкнусь с этой швалью на арене, то не проявлю милосердия!

— Если хочешь победить, тебе надо быть легче на ногах! Подвижней! — раздался голос Актара, когда конструкт ударил меня каменным кулаком в лицо.

Я вскрикнул от боли, рука метнулась к тому, что, несомненно, являлось сломанной челюстью. Кулак каменного голема ударил прямо в нос. Я распластался на земле, а перед глазами поплыли звезды.

Мгновение спустя по телу пробежала теплая волна исцеления, и туман отступил вместе с мучительной болью на лице.

— Спасибо, Кирэн, — сказал я, садясь и потирая нос и челюсть.

До турнира оставалась неделя, и Актар взял нас в нешуточный оборот, сказав, что не позволит, чтобы мы его опозорили.

Справа от себя я видел, как Адель швыряет копья и использует плети против такого же голема. Так же, как и мой, этот конструкт проворен и мощен, не позволяет ни одной атаке пройти успешно. Пока я смотрел, голем бросился на Адель, разбив ее щит и отправив в глубокую отключку.

Услышал, как Кирэн вздохнул и побежал, чтобы исцелить ее.

Сам я медленно поднялся на ноги, не сводя глаз со своего конструкта. Актар сказал мне, что это тот самый голем, с которым я столкнулся, когда проходил вступительное испытание.

Я был не настолько глуп, чтобы поверить в это хотя бы на секунду.

Этот конструкт намного сильнее, быстрее и выносливее, чем тот. Мне не удалось нанести ни одного удара, и каждый раз, когда я попадал в него, то трещали кости.

— Не вижу смысла в этом упражнении, — крикнул я, когда голем вновь двинулся вперед, чтобы сокрушить меня, — как постоянное избиение поможет нам в турнире?

Я сумел увернуться от удара и попытался нанести ответный, но все, что мне удалось сделать, — это дотянуться до бока конструкта.