2018: Далёкое Отечество (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 93

— Вряд ли, — сказал Эа. — Это противоречит Эмрис.

«Эйм Рес», если точнее вспоминать древнее наречие — старая-добрая философия жизненного пути. Ещё одна частичка прошлого, которая вряд ли выживет в белой тишине. Или выживет, но станет чем-то совершенно гротескным, ибо смогут ли люди в этом истерзанном мире поступать не по праву силы, а по справедливости?..

Ещё скрип снега под подошвами сапог, ещё одни торопливые шаги.

— Вот ты где! — молодой и звонкий голос, полный, казалось бы, неуместного в этом мире радости и жизнелюбия. — А я тебя по всему убежищу ищу, сестричка. Ой! Доброй ночки вам, мастер. Не спится, да? Ну ещё бы, сегодня ведь такая прекрасная ночь! В такие ночи я особенно жажду крови…

А вот и причина беспокойства обычно спокойной и рассудительной Рин — хранитель Ан-Хак Эрин, Сто Вторая.

Последнее и, пожалуй, лучшее творение среди всех хранителей — оптимальное сочетание физических и магических способностей, улучшенные боевые навыки, высокий интеллект и живучесть. Возможно, поэтому и получился не сдержанный и спокойный хранитель, а какой-то ходячий комок энергии, активности и жизнерадостности — не могло же всё быть настолько идеальным, должен был быть и какой-то изъян…

Хотя, изъян ли? Ан-Хак Эрин предыдущего поколения это всё не помешало стать лидером всех хранителей, а её дочь сполна унаследовала все черты своей пусть и несколько взбалмошной, но храброй и великой матери.

Миниатюрная — долговязому Эа она едва доставала до груди — хорошо сложенная, с недлинными тёмными волосами и неизменной улыбкой. Редкого фиалкового цвета глаза — неожиданный побочный эффект подобранного набора генов у последней серии хранителей.

Рин наградила сестру мрачным взглядом и демонстративно отвернулась. Та задумчиво нахмурилась, подошла к хранительнице с одной стороны, с другой, затем просияла и, с радостным воплем, обняла Рин за талию.

Та недовольно нахмурилась, вскинула руки… Но потом как-то неожиданно поникла, с каким-то даже отчаянием в глазах.

— Я не хочу тебя терять, сестра, — тихо произнесла Рин. — Нас… нас осталось так мало…

— Какие глупости! — довольно щурясь, наклонилась вперёд Сто вторая, заглядывая в лицо хранительнице. — Если я не захочу, то никогда и ни за что не потеряюсь! Для меня теряться — это противно Эмрис. Вот.

— Ты понимаешь, что хочешь идти на другой край мира, даже… даже не зная, правда ли там копьё твоей матери! Сможешь ли ты его достать! Будет ли оно работать! Ты же ничего этого не знаешь!

— Но я ведь знаю, — неожиданно уверенно заявила девушка. — Знаю, что Гаэ Асайл сошло с орбиты два месяца назад и не сгорело в атмосфере, раз зовёт меня. А достать… ну, это уже не проблема, даже если будет непросто: совершать невозможное — это угодно Эмрис!

— О, небеса, что за мелкая упрямица… — закатила глаза Рин. — И что ты заладила Эмрис да Эмрис… Это просто пустые слова на страницах старой книги, а ты говоришь это так, будто… будто Эмрис — это какой-то бог или…

— Богиня, — совершенно серьёзно закивала Эрин. — Думаю, это будет богиня.

— Будет бо… О чём ты?

— Ну, я тут недавно совершенно случайно задумалась о процессе созидания, когда пекла грибной пирог…

— Это когда ты едва не спалила половину кухни? — невольно улыбнулась Рин.

— Грибной пирог — это очень непростой противник. Очень. Но погоди!.. В процессе этого славного сражения я подумала, что если чего-то нет, а оно требуется, то его нужно сделать. А когда я начала думать, сколько всего нам надо, то решила, что с таким справится только какой-нибудь бог. Ну или богиня. И я подумала… А почему бы нам, ну или конкретно мне не придумать и сделать богиню? Такую, чтобы помогала, и ещё была красивая, и могучая, и вся такая! Ну прямо! Вообщеее… Гениально, правда?

— Дурочка, богинь сделать нельзя, это ненаучно, — Рин стянула с сестры капюшон куртки и с улыбкой потрепала по голове.

— Нда? — с сомнением произнесла Эрин. — А по-моему — ничего сложного…

Сто вторая отскочила назад, легко запрыгнула на каменный парапет, колесом перекатилось по нему, не особо смущаясь пропасти внизу. Спрыгнула обратно на площадку, сделав в воздухе сальто, и патетично взмахнула руками.

— Если боги рождаются из воли людей, — важно произнесла девушка, — то я своими поступками, мыслями, словами и клинком создам такую богиню, служба которой честь, а дело которой — правда! Отныне и во веки… веков!

На своих последних словах она зачерпнула рукой горсть снега, скатала снежок и запустила его в голову Рин.

— Иногда ты не говоришь, а натурально бре… ЭЙ!

Вид у старшей хранительницы, которой заехали по макушке снежком, был откровенно ошарашенный. Но уже спустя мгновение она рассмеялась, скатала снежок и тоже запустила в сестру.

На посадочной площадке Убежища впервые за сотни лет хранители сошлись в беспощадном, но абсолютно мирном бою, хотя бы ненадолго превратившись просто в беззаботных девушек-подростков.

И глядя на них, Эа стало немного легче на сердце.

Его время и время помнивших старый мир уходит, но им на смену придут новые поколения, которых будут вести и направлять хранители. В отличие от первого поколения — смертные, но полные человеческих эмоций. Полные человеческой жизни со всеми её радостями и горестями, со всеми страхами и мечтами, ненавистью и любовью, отчаянием и надеждой.

Этот мир потерял очень многое, потеряет ещё немало, но найдёт ещё больше. Многие не пройдут этот путь до конца, но когда Алая Звезда взойдёт опять и небеса вновь рухнут, мир будет готов.

Они будут готовы.

Иначе просто и быть не может.

Эта история не кончается посреди замёрзших осколков старого мира.

Она будет длиться тысячи лет — через победы и поражения, через подвиги и предательства, отражаясь в глазах тех, кто будет звать себя апостолами Эмрис.

Эта история продолжится спустя двенадцать тысячелетий, когда рождённые под иным солнцем пришельцы дадут новое имя этому миру, и этим именем будет…

Светлояр.

Невельск, 2015–2017 гг.