Кто ты, моя королева (СИ) - Островская Ольга - Страница 20

— Не надо, не лгите мне, что вы ко мне равнодушны. Я ни за что в это не поверю. После всего, что между нами было.

Я начала пятиться назад, но этот чудик двинулся следом. Прям так, на коленях.

— Вы зачем в присутствии ребёнка такие вещи о его матери говорите?!! — во всей этой ситуации больше всего меня испугало, что может почувствовать Тай. Это ж кошмар какой слушать а похождениях собственной родительницы!

Граф, как будто, только теперь увидел ошарашенного принца. Этого хватило, чтобы заставить его подняться.

— Да, вы правы Тэрэса. Покорнейше прошу меня извинить. Это было невоспитанно с моей стороны. — начал он и тут же снова вернулся к своим баранам. — Поэтому я и умоляю вас о встрече. Чтобы рассказать вам о своих чувствах наедине.

— О каких чувствах, граф Стэйван, вы хотите рассказать моей жене? — раздался в гулком пространстве коридора полный холодной ярости голос.

Вздрогнул не только господин посол, но и я тоже. Вскинув глаза, увидела Яргарда, застывшего у закрытой двери. Очень-очень злого Яргарда.

— Ваше величество. — графу хватило ума смутиться в данной ситуации, а то я уже думала, он совсем отмороженный. — Простите, что вы это услышали. Я не хотел этого. Но и скрывать, что люблю вашу жену не вижу смысла. Все знают, как вы относитесь друг к другу, как ненавидите, так какая вам разница? Она вас не любит и никогда не полюбит в отличие от меня.

— Замолчите! — не выдержав, рявкнула я. Это уже ни в какие рамки не лезет. — Что вы себе позволяете?!! Тайком идёте за мной, на коленях ползаете. И всё это при ребёнке. Как вам не стыдно? — я уже откровенно шипела.

Кровь шумела в ушах, злость накатывала удушающей волной, смывая остатки здравого смысла. Сжав кулаки, я шагнула к Тимору ближе, готовая разорвать его в клочья.

— И вы ещё смеете надеяться на любовь? Да если выбирать между вами и королём Яргардом, то вы даже мизинца его не стоите. Даже Тэрэса вас бы не выбрала, а я и подавно.

В образовавшейся внезапно тишине, до меня запоздало дошло, что я только что сказала. Ойкнув и закрыв рот ладонью, я в ужасе подняла глаза сначала на Тая, а потом на короля. Но вместо удивления увидела, как срывется со щёлкнувших пальцев Яргарда странный огонёк и врезается в грудь графа. А через доли мгновения вслед за ним прилетает такой же от Тая. Посол дёргается и застывает в этой неестественной позе, со вскинутыми руками и глазами навыкате.

— Тай, сбегай в мой кабинет и в сейфе найди пузырёк с Забвением. — велит абсолютно спокойно Яргард и вручает сыну ключ.

— Хорошо, отец. — так же спокойно отвечает принц и, как ни в чём не бывало уходит прочь.

Я сначала провожаю его глазами, а потом снова смотрю на короля. Ноги уже подкашиваются, и мне приходится ухватиться за стену, чтобы не упасть. Яргард замечает этот жест и подходит ближе. Берёт меня за подбородок жёсткими пальцами, поднимает мою голову и внимательно всматривается в глаза.

— Что конкретно ты пила, Нэлли?

​​​​​​

Яргард

В расширенных до черноты глаз зрачках плещется страх. Пухлые губы дрожат, а лицо бледное, как воск.

— Ч-что? — шепчет она еле слышно.

— Я спрашиваю, что ты пила Нэлли? — повторяю я свой вопрос, продолжая удерживать её за подбородок.

— З-зелье? — минуту назад, едва ли не с кулаками бросаясь на это недоразумение природы, именуемое графом, она была гораздо красноречивей.

— Какое конкретно? — набираюсь я терпения в который раз за последние дни. Хотя, по её виду и поведению ответ и так понятен.

Вот только непонятно, почему это мою новую жену так быстро развезло. Надо бы головы посворачивать приставленным к ней целителям.

— Вы знаете. — всхлипнула она, обхватывая себя руками. — Меня казнят?

Хм, слышал я уже такое предположение.

Тогда я до последнего не верил, что Тэрэса действительно выпьет зелье. И когда она начала ставить условия, первое, что я почувствовал это мрачное удовлетворение своей правотой. Надо же, как ожидаемо. А потом она, в который раз после своего отравления, меня удивила. Попросив то, что мне и самому было выгодней, просто взяла с моих рук Глоток Истины, не пряча страха и волнения, и выпила его до дна. Когда её сознание начало туманиться, паника и непонимание в карамельных глазах и без вопросов окончательно убедили меня, что она действительно ничего не помнит. Действие этого зелья было известно даже тем, кто не обладал даром, а Тэрэсу бездарной никак не назовёшь.

Меня настолько поразил этот поступок жены, что я даже не сразу вспомнил, какие вопросы собирался задавать, когда уложил бесчувственное тело на кровать.

— Ты слышишь меня, Тэрэса? — ляпнул первое, что пришло в голову.

А в ответ не услышал ровным счётом ничего. Какого беса? Глоток Истины не приносит физического вреда. Нашёл пальцами пульсацию на горле. Жива. Тогда, что это значит?

— Ты можешь отвечать на мои вопросы?

— Да. — шевельнулись бледные губы.

— Почему не ответила на первый?

— Я не Тэрэса. — обрушила она на меня тогда оглушительную правду. Что значит, не Тэрэса? Как такое возможно?

— Кто ты?

— Нэлли Казанцева. — поведала она мне совершенно незнакомое и непонятное имя.

— Почему ты так похожа на мою жену?

— Я в её теле. — огорошил меня новый ответ, заставив сомневаться в здравом рассудке допрашиваемой. Может она от яда с ума сошла?

— Что ты имеешь ввиду? Как ты можешь быть в её теле?

— Не знаю. Моя душа пришла вместо её.

— Откуда? Почему?

— Из другого мира. Я там умирала.

— Что случилось с душой Тэрэсы? — неужели такое возможно? Как это может правдой? Я никогда о таком не слышал.

— Я не знаю.

Выругавшись, я прошёлся по комнате. Услышанное не укладывалось в голове… но объясняло многое. Правда, далеко не всё.

— Почему сразу не призналась, кто ты? — если она и вправду другая личность, то почему молчала об этом? Зачем было вводить всех в заблуждение? Обманывать моего сына? С какой целью? Что ей нужно?

— Я боялась.

— Чего?

— Казни, тюрьмы, психушки. — последнее слово было мне незнакомо, но по смыслу можно было догадаться.

— Почему?

— Я ничего не знаю об этом мире и о том, как тут поступают с попаданцами.

— Кто такие попаданцы?

— Те, кто попал в другой мир.

Сомнения относительно её умственного здоровья у меня всё ещё оставались, но внутри я осознавал, что верю этой незнакомке в теле моей ненавистной жены. Что-то такое я, пусть и неосознанно, но чувствовал. Она была другой, абсолютно. Не знаю, лучше ли, или возможно хуже, но точно другой. И хоть Варэк, узнав, что королева потеряла память, убеждал, что такое возможно, мне слабо верилось что можно настолько измениться.

Вопросов у меня было очень много. И пусть теперь они отличались от тех, что я изначально планировал, но не воспользоваться возможностью их задать и получить правдивые ответы, было бы глупо. Так что, я подтянул к кровати одно из кресел и, устроившись удобно, тщательно взвесив, что именно хочу знать, приступил к допросу.

Рассказ Нэлли о её жизни, о техническом мире, где нет магии, о том, как она умерла затянулся на пару часов, с каждым словом убеждая меня всё больше и больше. Разве такое возможно придумать? Меня интересовало ещё многое, но её срывающийся и сиплый голос, заставил умерить свой пыл и спросить напоследок самое главное.

— Что ты собираешься делать дальше?

— Искать способ вернуться назад.

— А если его нет?

— Жить.

Мда. Всеобъемлюще.

— Как ты относишься к Таю? С какой целью привязываешь его к себе?

— Мне его очень жалко. Он замечательный. У меня нет такой цели, это происходит само собой.

Да неужели. И не врёт ведь. Поддавшись странному порыву, я приблизился к женскому лицу, жалея, что не вижу растопленной карамели этих глаз. Воспринимать такие знакомые черты без привычного негатива, было тяжело. И лишь её глаза однозначно были другими. С самого начала.

— А как ты относишься ко мне, Нэлли? — почему-то мне вспомнилось, как топорщились соски под тонким батистом и вздымалась от волнения грудь.