Жестокий роман (СИ) - Ангелос Валерия - Страница 101

А я никак слюни не соберу. Гоняюсь за девкой с членом наперевес. Жалкий. Трусливый. Слабак. Ни на что не способен. И отпускать не готов. И убивать не стану. А оставлять-то нельзя. Не поймут. И нет тут правильного выбора. Кругом засада.

Я перебираю варианты. Больные. Безумные. Провальные. В бред впадаю. Цепляюсь за пустоту. Просчитываю ходы наперед и понимаю: не выгорит. Не сработает. Не поможет. А все равно копаюсь в этом. В мусор с головой зарываюсь.

Ну, например.

Заставить семью невесты отказаться от брака. От денег. От выгоды. От чести. Принудить их к тому, чтобы лично договор разорвали. Застращать. Такого им налить в уши, чтоб убоялись дочку в жены мне отдавать. Часть правды открыть. Сдобрить угрозами. Выставить себя монстром. Показать настоящую сущность. Вдруг страх перевесит жадность? Затуманит разум. Заставит на обычаи наплевать. А может, попросту найдут красивый повод помолвку расторгнуть. Сойдет любой расклад.

Чем не идея?

Допустим, добьюсь этого. Преуспею. А дальше? Новый шаг? Отец не отступит. Другую девчонку в супруги подыщет. Или еще чего похуже удумает. Спокойно жить не даст. Он жаждет крови. Я выиграю очередную битву, но проиграю войну. Потяну время. И что? Сейчас хоть ясно, откуда удар ждать. Ход за мной.

Отец видит жертву в царице. Замену не оценит. Не примет. Могу запытать всю семейку Стрелецких. Девку. Сынка. Папашку. Отцу наплевать. От убийства моей женщины не откажется. Пощаду ей не подарит. Даже если я целый город вырежу. Всех до единого прирежу. Прибью.

Мне нечем отвлечь его. Нечего предложить. Ничто тут не прокатит. Глухо. Глупо пытаться.

А если поднять бунт? Устроить мятеж. Выступить против старых устоев. Новый порядок устроить. Бросить вызов отцу. Открыто. Явно.

Вариант круче некуда. Тогда на меня и пулю пожалеют. Плюнуть в мою сторону побрезгуют. Либо псам на ужин скормят. Либо под табун лошадей швырнут. Может, несколько отщепенцев поддержат. Не спорю. Только армию из таких не сколотить. Продадут подороже. При любой удобной возможности.

Ладно. К черту. Погнали дальше.

Вдвоем удирать? Паршивая затея. Поймают. Выследят. Рано или поздно. Результат одинаковый. Нам не скрыться. Братец мой сумел пригреться на Мальте, но мне такого счастья не дадут. Обломают зубы. Вырвут клыки. Выдерут когти. Как бы я не бился, всю орду не смету. Раздерут. Стаей накинутся и сожрут. Кости обглодают.

Я повязан долгом. Кровным. И долгом хозяина. За рабыню. Двойной капкан. Куда бы ни сунулся — прищелкнут. Завалят, в клочья разорвут.

Мне спокойно уйти не разрешат. Не позволят. Не подарят отпущение грехов.

Как документы ни меняй, какие схемы ни прокладывай — все по боку. Нас будут искать. В любом случае. И найдут. Под любым именем. В любой стране мира. Хоть после пластики. Хоть после смены пола. Раскопают правду везде. Пронюхают. Возьмут след.

Я сам своих людей натаскивал. Я знаю, как это произойдет. До деталей. До мелочей. Засада по всем фронтам.

Вырвем год. Два. При удаче — лет пять отхватим. Не больше. Финиш.

— Марат, — шепчет царица, вжимаясь в меня, грудную клетку ломая, вламываясь внутрь, вливаясь вглубь. — Я… Я люблю тебя.

Мало боли ей причинил? Мало насиловал? Мало резал? Мозг повредил? В башке чего двинул? Невозможная девка. Никак не отвадить. Не отпугнуть. Тянется ко мне. Во мрак погружается. Ныряет во тьму. Льнет. Ластится. Ласкается. Наивная.

Эх. Разрази гром. Вот чем заслужил такое счастье? Проклятье. Никому не отдам. Всех разнесу. Пусть не мечтают. Не попробовать им ее крови. Не дорваться до плоти.

— Тогда вдвоем сдохнем, — усмехаюсь и в своих руках, как в тисках, ее тело сжимаю.

Сгребаю. Загребаю. Зверею. Дурею от близости. Балдею.

А чем не путь? Помереть. В один час. В один день. Прямо романтика. Разве не о таком бабы мечтают? Любовь до гроба. До могилы.

Я улыбаюсь. Вижу выход. Свет. Ослепительный. Яркий.

Выбор, о котором говорила сестра.

Наконец я это понимаю.

Выхожу во двор и Монаха встречаю.

— Ничего себе, — присвистываю. — Какими судьбами?

— Так ты наше собрание пропустил, — говорит. — Звоню на мобилу — ноль по фазе. Хотел с помощниками твоими связаться — тоже глухо. Я уже задергался, не случилось ли чего.

— А тут все в отключке, — заключаю с насмешкой.

— В смысле? — глаза вылупливает.

— В прямом, — хмыкаю. — Решил проверить своих ребят. Устроил форс-мажор. И что-то никто ни хера проверку не прошел. Отрубились на раз. Даже стараться не пришлось. Заходи, твори любую дичь. Хоть весь дом заминируй. Не заметят. Не дернутся.

— Плохо дело, — кивает. — Видно, расслабились. Давно ничего серьезного не было, вот хватку и потеряли.

— Лодыри, — кривлюсь. — Всех порешу. Допросятся.

— А проверку ты из-за крысы затеял? — спрашивает и, хохотнув, прибавляет: — Татарин раскопал, кого нам закапывать?

— Профилактика, — отмахиваюсь. — Крыса меня сейчас мало волнует. Завтра вечером прихлопнем. Пока есть дела поважнее.

— Завтра? — хмурится. — Ты вроде до конца недели ему срок дал.

— Некогда резину тянуть, — пожимаю плечами. — У меня свадьба назначена. Нужно жене время уделить, а не морды месить.

— Понимаю, — соглашается. — Просто думал, вся эта бодяга надолго растянется. Не так просто вычислить, кто нас всех поимел и деньги стащил. Гад наверняка через хакеров работал, всякие модные примочки использовал.

— Татарин сократил список до трех имен, — заявляю.

— Круто, — протягивает. — Значит, даже список есть. Любопытно. И что там? Он тебе показывал?

— Я жду результат, — отрезаю. — Толку сейчас изучать? Пускай одного оставляет, его и размажем.

— Верно, — выдает Монах. — Вижу, текущие вопросы ты обсуждать не настроен. Тогда перенесем на следующую неделю.

— Есть что-то серьезное? — уточняю.

Отрицательно мотает головой.

— Сам разберись, — бросаю.

— Я тебя не подведу.

— Конечно, — усмехаюсь и кладу ладонь ему на затылок. — Иначе башку оторву.

Он замирает. Застывает прямо. Как будто мимо меня глядит. Перехватываю этот остекленевший взгляд. Оборачиваюсь и все сразу понимаю.

Царица. Стоит за окном. Наблюдает. Жадно. Всматривается так, точно по губам читает и разговор наш понять хочет. Каждую фразу ловит. Любопытная девчонка.

Монах уже плывет. А кто бы не поплыл под ее чарами? Равнодушных нет. Любого цепляет, на крюк берет, нутро продирает. Ведьма. Натуральная.

— Нравится? — спрашиваю.

— Да я… — дергается и мнется. — Удивлен слегка. Ты же обычно в свой дом никого не приводил. Или это твоя невеста?

— Сбавь обороты, — мрачнею. — Я в жены беру порядочную девушку. Такая до свадьбы в дом мужика не придет.

— Извини, я совсем не…

— Ладно, — на часы смотрю. — Надо к отцу наведаться.

— Ты ему про крысу рассказывал? — интересуется.

— Зачем? — удивляюсь.

— Ну, хоть он и отошел от дел…

— Поверь, крысы его не волнуют, — обрываю. — У нас намечается важное семейное мероприятие. Вся родня завтра утром соберется. Будем праздновать.

— Вот как? — и вновь глаза лупит. — Нечто вроде помолвки? Дань старым традициям? У вас все так любопытно устроено.

— Не бери лишнего в башку, — отмахиваюсь. — Завтра потолкуем.

— Завтра, — кивает. — Разумеется.

— Вместе крыс погоняем, — ухмыляюсь.

— Точно, — аж приободряется.

— Не скучай, — хлопаю его по спине и в авто усаживаюсь, не оборачиваясь, бросаю через плечо. — Кстати, после встречи с отцом загоню тачку в твою центральную мастерскую. Двигатель барахлит. А она мне нужна завтра. Рабочая. Без этой машины как без рук.

— Давай, — отвечает. — Починим и доставим в лучшем виде.

— Почему ты выбрал это место? — спрашивает отец.

— Тихо. Красиво. Народу нет.

— А настоящая причина? — хмурится.

— Девка сама мне его показала, — хмыкаю. — В душу лезла, про своего покойного батю напевала, на слезы прошибала. Я не особо вникал, но сразу оценил условия. Там легко бойню устроить. Никаких свидетелей. Есть где развернуться.